Чтение онлайн

– В таком случае могу тебе пообещать быть на вечере с парой. Ты довольна?

– Благодарю за понимание. И, Оливия – мать сделала паузу, как будто решая продолжать ей разговор со мной или нет.

– Что еще?

– Чтобы не происходило, мы с твоим отцом любим тебя и всю жизнь стараемся для тебя. Мы желаем тебе только добра и хотим дать тебе достойную и счастливую жизнь.

– Мам, я… – от столь странных слов, да еще и от матери, я потеряла дар речи – Я знаю это, мам, и всегда буду вам благодарна за это. Я вас люблю, и всегда буду любить.

– До встречи, Оливия.

В телефоне послышались короткие гудки, а я все еще держала его прижатым к уху. За всю мою жизнь, мать говорила раз третий, что любит меня. Это было не типично для нее и совершенно необъяснимо для меня. Я решила попробовать поговорить с ней об этом уже при личной встрече, а пока отложить этот вопрос в сторону. Вскоре я услышала хлопок входной двери в дом, а затем в гостиную вошел Скотт. Его светлые джинсы были немного спущены на бедрах, а купленное мной поло плотно обтянуло его плечи и хорошо сложенную фигуру. Скотт снял пиджак с плеч и, кинув его в сторону, устало упал около меня на диван.

– Как все прошло?

– Тебе как, сразу все выложить или постепенно и дозировано шокировать тебя?

– Я серьезно. Говори все и сразу – я повернулась к Скотту и стала пристально смотреть в его глаза.

– В таком случае, док, можешь поздравить меня. Перед тобой сидит исполнитель второстепенной роли сына главного злодея в будущем блокбастере "Войны света".

– ТЕБЯ ВЗЯЛИ?

– Как ты могла понять из моего монолога, да, взяли – Скотт широко улыбнулся, а его лицо приобрело самодовольное выражение.

– О, ГОСПОДИ – я кинулась к Скотту на шею, не в силах больше сдерживать радостные эмоции – Я так рада за тебя!

– Я вижу, док. Ты меня сейчас задушишь. А ведь в фильме у меня не самая последняя роль и мой персонаж должен помочь своему отцу захватить планету и поработить целую расу гуманоидов.

– Прости – я отпрянула от Скотта, но продолжая смотреть на него сверкающими от счастья глазами.

– Поэтому, Лив, я хотел бы сказать тебе спасибо за твои труды и твою помощь. Это и твоя заслуга тоже.

– Может ее малая часть, но основная заслуга все же твоя – я засмеялась, а затем как можно веселее спросила – Так ты играешь злодея в фильме?

– Я играю сына злодея. Но, по факту, мой персонаж все же относится к категории отрицательных и желает творить зло во вселенной.

– Довольно интересное решение со стороны режиссёра. Ты не сильно похож на злодея.

– Почему?

– Не могу тебе объяснить, но с первых минут нашего знакомства у меня ты никак не ассоциировался со злодеем. Скорее, наоборот, с положительным персонажем.

– Так может в этом и суть. Чтоб актер играл противоположную самому себе роль. Чтоб показать себя с другой стороны и попробовать себя в новой роли.

– Все же ты перечитал моей научной литературы – я вновь громко засмеялась и толкнула Скотта в бок – Но теперь у тебя явно не будет лишнего времени на это.

– Думаю, что его будет в разы меньше. С завтрашнего дня я выхожу на площадку и буду пропадать там.

– А как ты туда будешь добираться? Мне иногда нужна машина, но в остальные разы можешь брать мою.

– На счет этого не переживай. За мной будет заезжать Сэм, и мы с ним будем вместе ездить на работу.

– Даже так? Вот сейчас неожиданно было. Он даже за мной не заезжает, когда это необходимо.

– Он сам мне предложил, а я согласился – Скотт откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза – Я надеюсь, что теперь у меня начнется новая жизнь и в этот раз она будет на все сто процентов полноценной.

– Я не сомневаюсь в этом, Скотт. Ты заслужил жить нормально и так, как ты сам того захочешь.

Я склонила свою голову на плечо Скотта, и он по-дружески обнял меня. Такой простой жест вызвал во мне радостное ощущение тепла и спокойствия. Моя теория оказалась правдой, и Скотт даже без своих воспоминаний смог вернуться в нормальное общество и зажить полноценной жизнью. Я была как никогда рада за его успехи и всеми силами надеялась, что это только начало его восстановления и становления в роли Скотта Смита.

Спустя неделю я и Том ехали в направлении Лос-Анджелеса на благотворительный вечер моего отца. Когда я предложила Тому поехать со мной, он с большой радостью согласился сопроводить меня в этот важный для меня день. Сейчас, смотря на его идеально сложённую фигуру, я поблагодарила себя за этот выбор. Том сидел в темно-синем костюме, из-за чего его глаза казались насыщенного синего цвета. Привычная голубизна глаз была слишком яркой, а его волосы аккуратно были зачёсаны назад. Я же сидела в лёгком белоснежном платье и пыталась в своей голове разыграть все возможные сценарии знакомства моих родителей с Томом. «Все мои предыдущие парни родителей не устраивали, и они всячески пытались разрушить наши отношения. Я надеюсь, в этот раз они будут более благосклонны, чем с другими моими партнёрами. Да и сам Том по всем признакам должен подойти под их стандарт «идеального» партнёра. За ходом своих мыслей я не заметила, как мы подъехали к зданию выставочного центра, где десятки людей в самом лучшем виде стекались со всех сторон. Я осмотрела все это внимательным взглядом и тяжело вздохнула. Эта картина вновь вернула меня в мое детство, где родители постоянно таскали меня по таким мероприятиям. Мне было всегда скучно в подобном обществе, но со временем я стала общаться с окружающими меня людьми. Мне стало интересно узнавать что-то новое от них, а параллельно узнавать самих незнакомцев. Это вошло у меня в устоявшуюся привычку, которая и определила сферу моей будущей деятельности. Единственное, что спасало меня на всех этих вечерах, это приход Сэма и его родителей. Как только семья Ларсев появлялась на вечере, я сразу оживлялась и с нетерпением ожидала нашего с Сэмом общего времяпровождения. Сейчас я была уже далеко не маленькой девочкой, и давно переросла эти детские забавы, но присутствие рядом со мной партнёра явно придало мне дополнительной уверенности и воодушевления. Тем временем Том смотрел на меня внимательным взглядом и следил за каждым моим движением:

– Ты уже давно молчишь. О чем задумалась?

– О родителях и потраченном на подобных мероприятиях детстве. Мне же мать даже ходить на вечеринки не сильно позволяла. Зато на подобные мероприятия меня таскали всю мою жизнь.

– Так у тебя и детства как такового не было?

– Не было. Нужно было всегда быть серьёзной и собранной. А главное, надо было показывать уровень воспитания и дисциплинированности – я процедила эти слова с определённой злостью, цитируя собственную мать и ее неизменные установки для меня.

– Звучит довольно жестоко. Но знаешь что?

– Что?

– Я тебя как никто сейчас понимаю. Мой отец примерно тоже самое мне твердит и всегда требует от меня все больших высот.

– Видимо, оба наших родителя представляют из себя жестоких и деспотичных личностей с манией величия – я засмеялась, чем вызвала у Тома широкую улыбку на лице.

– Видимо – Том замялся, а затем неуверенно спросил – Лив, как мне лучше всего найти подход к твоим родным и как вести себя с ними?

– На самом деле будь самим собой. Мой отец терпеть не может фальшь, а мать ее распознаёт за километр. Просто общайся в более-менее деловой манере, как будто ты на переговорах. Будь немного сдержанным и строгим. Этого должно хватить для их благосклонности.

– Это я могу тебе гарантировать. Какие-нибудь ещё указания будут?

– Том, моя мать будет спрашивать тебя о родителях и о твоём занятии по жизни – я осеклась, стараясь подобрать наиболее тактичные слова для своего вопроса – Ты не мог бы мне заранее рассказать, где ты работаешь и чем занимаешься?

– Думаю, что в нашем с тобой случае мне стоит поделиться с тобой столь конфиденциальной информацией. Мой отец придерживается подобных установок и всегда требовал от меня их беспрекословного выполнения.