Чтение онлайн

Некоторую тень в настроение бросало присутствие ушлых личностей, лезут всякие второстепенные чиновники. Всегда такие чуют момент. Никому не нужны, никто их не ждет, но затешутся на полузаконных основаниях, а потом будут при каждом случае вспоминать, как они были чуть ли не главные. По некотором размышлении, Максим Иванович решил, что он несправедлив. В их существовании тоже есть смысл и символизм. Короля делает свита. Ну, вот такая свита. Что же поделать?

Но главным сигналом для Максима Ивановича и ярким пятном на сером фоне для всех прочих стали красные одежды девушки. Можно всякое предполагать, но этот фасон и цвет намекают на такое, о чем думать боишься. Неужели?! Впрочем, не стоит обольщаться. Это просто возможный исход. Да что врать себе? Наиболее вероятный исход. По разговорам, открыть серьезный проход не так просто. Не на десять минут для одного человека, а на несколько часов и весьма приличной ширины. Тут жреца мало будет. Нужна целая команда. И вот она, перед ним. И он, Максим Иванович, не думал увидеть такое событие. Однако, и ему нашлось место.

Но все же, на фоне восторгов проскальзывал страх. До конца никто не расскажет твою роль. Это не театр, где все реплики прописаны. Здесь ты только двигаешься в заданном направлении. Да, традиции соблюдаются. Но это касается слов, жестов, предметов. Между ними есть пробелы, которые сам должен понять, как заполнить, как того требуют. Причем, не люди. И сделать поступок по ситуации. Вот тут можно все выиграть и все проиграть. И каково его место? Что от него будут ждать? Чутье подсказывало определенно, роль он себе уже определил, но таилась боязнь упустить нужный момент.

Максим Иванович еще раз проверил готовность. Силовым прикрытием занимаются американцы. Главный их, некто Лео распоряжается, и жрец слушает его первого. Обидно, когда хозяйничают, но потерпеть можно. Посмотрим, где этот Лео будет, когда до дела дойдет.

Неудобные одежки сшил мне старый портной. Льняная выбеленная нижняя рубашка до колен. Узкий ворот, едва голова пролезла. Красной парчи длинная юбка и узкий халат, стянутый широким поясом. Рукава жесткие, еле руки согнешь. Две молчаливые помощницы со скорбными лицами на голову водрузили плат. Он свободно спускается по плечам и спине, напущен на лоб до самых глаз и удерживается только золотым обручем.

Я посмотрела на себя в зеркало. Восточный халат открывает грудь. Треугольник рубахи единственное белое место на красном. Не нравится мне это. Никто мне ничего не объясняет. Лев Михайлович сказал, что все по ходу понятно будет. Я жду своей очереди. Часть таинств обойдется без меня. Чувствую, что в главном шатре горят свечи и какие-то воскурения, для меня совершенно лишние.

Чтобы не волноваться и лишнего не надумывать, сосредотачиваюсь на сути дела. Ладно, откроем, что сможем. А взамен Лев Михайлович поможет с проходом к Виране. Тем более, мне пока никуда перемещаться не надо, никакие Иоанны-Пресвитеры меня не интересуют. Даже если там источник вечной молодости окажется, я в стороне. У меня свои цели.

Меня позвали. Четверо бойцов в масках и черной форме встали рядом. Все обвешаны коробочками, чехлами, шнурками. Один все время чуть ближе других. И к нему возникает доверие. Жалеет?

На улице уже смеркается. Основной шатер покрыл место площадью со спортивный зал. На входе охрана. По углам лампы. Народу толпа целая. Какие-то стульчики, подставки, столики. Главный Жрец в белом балахоне на меня глянул, как на вещь, и продолжил бормотания и махи свечами. Ко мне подошел Лев Михайлович.

– Не смущайся нарядом. Это такой обычай. Для нас ничего не значит, но очень просили уважить западных партнеров. Любят они шоу. Даже в таких делах. Не помешает сосредоточиться?

– Переживу, - подергиваю я плечами, - что он там машет? Шаманизм какой-то. Где крест? Мне надо его понять.

– Не беспокойся. Будет время и на крест, и на дело. Без нас не обойдутся. А пока позволь познакомить тебя с Максимом Ивановичем. Он представляет очень влиятельные структуры в нашем регионе.

– Здрасьте, - кивнула я бодрому старичку с колкими глазами.

Тот медленно наклонил голову и без стеснения осмотрел меня. Взгляд на секунду застыл на моей белой рубахе в области сердца. Потом дедуля с блуждающей улыбкой отошел. От него точно веяло опасностью. Мало того, его намерения расшифровывались, как убийство. Меня.

– Лев Михайлович, вы поручились за безопасность всего этого театра. А Максим Иванович очень мне не нравится.

– Своеобразный товарищ. Как и все здесь. Тем не менее, часть необходимых инструментов в его ведении.

Я оглянулась на своих охранников. Только глаза видны. Холодные профессионалы. Но никаких мыслей в моем отношении. Отличный самоконтроль. Даже захотелось поиграть, заставить их реагировать, но я себя остановила.

Жрец закончил обряды, воздел руки и шагнул в сторону. Знакомый уже дед- «искусствовед» в таком же белом балохоне поверх костюма с галстуком внес знакомую шкатулку. Так же с поклоном открыл ее. Я взяла в руки крест.

Теперь надо настроиться. Я смотрю на него. Это ретранслятор. Своей энергии в нем нет. Была когда-то. Но давно изъяли то, что ее давало. Теперь он сам не работает. Но еще может усилить и направить в нужное место чью-то силу. Например, жертвы. Я изучаю невидимую структуру креста. Вижу место, которое раньше содержало алмаз. Не простой. Завязанный через канал к Печати Силы. Нет больше ни алмаза, ни следов Печати. Но если налить туда крови, немного поработает. Мою энергию тоже усилит. Вот триггер. Направить туда немного силы, и включится.

Лев Михайлович выбрал место, взял мешок и белым порошком насыпал круг, затем принялся чертить знаки, фигуры и надписи. Очень все кустарно. В сравнении с практиками Яра, это как средневековые миниатюры рядом с искусством Возрождения. Я встала в середину круга. Передо мной никого нет.

Несколько бородатых старичков в шляпах и серых балахонах притащили ларец и очень бережно поставили сбоку на специальный постамент. Двое сняли крышку, а еще двое достали объемистый квадратный сверток в красной парче, расшитой узорами и письменами. Покрывало сняли. Под ним оказалась серая каменная плита. На ней умелым резцом изображен узор, похожий на лабиринт. А по краям неведомые знаки.

– Теперь, Машенька, соберись. Время пришло, - шепнул Лев Михайлович.

Я глянула за спину. Один из боевиков закрыл и открыл глаза. Лампочки погасли. Несколько свечей выхватывало застывшую по бокам и сзади толпу. Главный Жрец заголосил, опуская и поднимая руки. Неведомый мне язык переваливался в воздухе хрипло и гортанно. Смысла я не поняла. Но эмпатическую суть уловила. Это восхваление и приглашение. Жрец замер, и Лев Михайлович шепнул, что можно начинать. В тишине слышно только дыхание ближайшего охранника.

Начинаю. Для начала нужно продышаться. Эта одежда не лучшая для дыхательных упражнений, но выбирать не приходится. После дыхания я полностью отрешилась. Матрица порталов показывает нужные действия ума. В этом случае реальностью управляет мысль. А вот ее надо правильно структурировать и направить.

Все рисунки Льва Михайловича - только наводка на место. Состояние потоков времени и пространства здесь нестабильно, хоть и определено по направлениям. Имеются различные допуски и буферные зоны. Чтобы четко направить их сейчас в нужное место и нужен такой графических стабилизатор. Энергии порталов это тоже касается. Я увидала образ примерно такой же схемы, но рисунки Льва Михайловича исправлять не стала. Подойдут и эти. Место активное. Но это лишь выход силы. Потенциальная энергия. Ее надо превратить в кинетическую, активировать и заставить двигаться в нужном направлении.