Чтение онлайн

— Леонид на Арене, а это означает, что мы сможем наблюдать за всем происходящим там. При условии, что он сделал всё так, как ему показал андроид. — Лекарь достал из кармана своего балахона контроллер и протянул мне. — Ты же тоже можешь включить это устройство?

Я взял кольцо, провернул кристалл и произнёс:

— Контроллер, соедини меня с комплементарным прибором.

Объёмное изображение Арены, моментально возникшее над кольцом в полумраке жилища Изориуса, поразило нас необычайной яркостью картины и гомоном множества голосов.

— Убавь звук! — поспешно вскрикнул я, испугавшись того, что охранники за дверью могут быть привлечены необычным шумом, раздающимся из хижины.

В тот же миг стало значительно тише, голоса людей уже не резали слух, и Изориус, взглянув с опаской на дверь, промолвил:

— Нам надо быть осторожнее… Как я вижу, праздник уже действительно начался. Посмотри, все зрители на местах и с нетерпением ждут, когда состоятся поединки между бойцами.

Я положил кольцо в центр стола и принялся внимательно разглядывать голографическую картину в воздухе над его поверхностью. Арена представляла собой довольно вместительное сооружение в виде амфитеатра, возведённое, очевидно, уже спустя значительное количество времени после трагических событий, приведших к потере контроля над звездолётом. Возможно, оно подразумевалось строителями как место для проведения театральных представлений, спортивных игр или собраний. Вообще, весь отсек, внутри которого располагалась Цитадель, изначально предназначался для развлечения и досуга населения ковчега. Город был построен на территории бывшего стадиона, а Арена находилась где-то на его окраине. Большую круглую площадку в центре амфитеатра окружали ступенчато уходившие вверх ряды деревянных скамей, и сейчас все они были до отказа заполнены ангелами. Некоторым из зрителей даже не хватило места, и они стояли в проходах между рядами.

Леонид, вероятно, разместился где-то в нижней части строения. Самого молодого лекаря нам не было видно, но он расположился таким образом, чтобы кристалл кольца на его груди мог захватить как можно более обширный сектор Арены и за счёт этого транслировать нам достаточно полную картину происходящего. В средних рядах, на противоположной от выбранной им стороне амфитеатра, находились места для знати ангелов. Там мы увидели Одреда в окружении его приближённых, а также нескольких невысоких, крепких людей довольно дикого вида, про которых Изориус сказал мне, что это и есть военачальники кочевников, гости верховного правителя, а самый важный и свирепый — их вождь. В этой группе я узнал Жусена, бородатого кочевника, который присутствовал в тронном зале на нашем допросе и рассказал ангелам о битве андроидов с его соплеменниками в туннеле.

Справа и слева от Одреда сидело двое крепких мужчин с татуировками на лицах. Одним из них был Артис, а вот второй был мне незнаком. На мой вопрос о нём лекарь ответил, что это — Финнис, младший сын вождя ангелов. Он обладал приятной внешностью и стройным телом атлета, а его тёмные волосы, так же как и у брата-блондина, доходили ему до плеч. Если по надменной физиономии Артиса легко читались такие особенности характера, как высокомерие и тщеславие, то утончённое лицо Финниса обладало более благородными чертами, в которых угадывались проницательность и сдержанность. После того как я выразил эту мысль вслух, Изориус сообщил мне, что оба принца являются родными братьями только по отцу. Мать Артиса принадлежала к народу ангелов, а Финнис происходил от отщепенки, захваченной в плен при одном из набегов. После рождения младшего принца несчастную женщину по распоряжению ревнивой матери Артиса отправили на отдалённую плантацию в качестве работницы, где она вскоре умерла от непосильного труда и голода. Несмотря на то, что у ангелов практика использования рабынь для обновления и пополнения генофонда племени была достаточно распространенной, Артис при любом удобном случае старался напомнить о низком происхождении своего брата и всячески пытался его этим унизить. Как объяснил Изориус, Одред почему-то больше любил своего младшего сына, и это обстоятельство, естественно, вызывало злобу у старшего брата, хотя в принципе ничем и не угрожало последнему, так как по праву наследования именно ему предназначалось стать верховным правителем после смерти отца.

Достаточно насмотревшись на вождей ангелов, я сосредоточил всё своё внимание на бойцах, находившихся непосредственно на Арене, и на их действиях. Главный лекарь попутно комментировал происходящие события, и если бы не его спокойный, размеренный голос, мне было бы трудно выносить это отвратительное и кровавое зрелище. Один бой сменял другой, оставляя после себя на поверхности площадки кровь, отрубленные головы и конечности, а также кишки и другие внутренние органы, извергнутые из вспоротых животов поверженных людей. На Арене обречённые на смерть рабы бились друг с другом, с ангелами и даже с кочевниками. По всей видимости, некоторые из жителей и гостей Цитадели изъявили желание участвовать в поединках, но при этом у их противников не было никаких шансов. Если в схватках между рабами принимали участие физически крепкие мужчины, наверняка это были бойцы, содержавшиеся в той же казарме, куда отправили Конрада после нашего допроса, то для боёв с представителями их хозяев подбирались тщедушные, измождённые голодом люди, и в некоторых из них я с прискорбием узнал обитателей тюремного барака. С этими узниками я до недавнего времени жил под одной крышей…

Все бойцы, выходившие на площадку, были вооружены только мечами, никаких защитных приспособлений вроде щита, доспехов или кольчуги у них не было. Сражались они всегда до смерти одного из участников. Если потерпевший поражение человек не умирал сразу, но был тяжело ранен, то на пощаду ему рассчитывать уже не приходилось. Под яростные вопли зрителей с трибун победитель убивал несчастного особо изуверским способом: сначала перерубал руки, отсекал ступни, вспарывал живот, выкалывал глаза или отрезал нос и уши, и только после этого перерубал шею пока ещё живой жертве.

При виде всех этих издевательств и жестоких смертей мне порой становилось дурно, и я отказывался верить своим глазам. Изориуса удивляла моя чувствительность — для него всё то, что мы наблюдали, не было чем-то из ряда вон выходящим. По его словам, подобным образом проходили все большие праздники у ангелов. Сначала всегда проводились чудовищные по своей кровожадности бои на Арене, а когда они заканчивались, наступало время общей трапезы с сопутствующими ей обильными алкогольными возлияниями, приводившими обычно к тому, что многие ангелы, как мужчины, так и женщины, напивались до бессознательного, полуживотного состояния.

Так прошло примерно три часа, я уже просто не мог смотреть на весь этот кошмар и желал только одного: чтобы так называемый «праздник» побыстрей закончился. Вдруг, после того как убрали труп очередного раба, павшего от руки одного из кочевников, площадка в центре амфитеатра опустела, раздался протяжный трубный звук, и из ворот, расположенных посреди нижних рядов, появилась могучая фигура берсерка. Зрители, словно заворожённые, притихли, и звенящая, напряжённая тишина повисла над Ареной. Гигант остановился в центре сооружения, положив на плечо длинное копьё и широко расставив свои мощные, босые ноги. За его широкой спиной на ремнях, обхватывающих крест-накрест верхнюю, обнажённую часть тела, был прикреплён кожаный чехол с торчащей из него рукоятью меча. Судя по размерам чехла и рукояти, клинок, под стать хозяину, был огромен. Лицо берсерка, как обычно, скрывала маска; хотя из-за неё и невозможно было рассмотреть выражение его лица, но, судя по расслабленной позе великана, каких-либо сомнений в исходе предстоящего поединка у него не возникало.

Через минуту из тех же самых ворот вышел Конрад с мечом в руке, и толпа на трибунах оглушительно взревела. Люди громко выкрикивали оскорбления в адрес андроида и показывали неприличные жесты, причём некоторые из них подзадоривали таким образом сразу обоих бойцов. С невозмутимым видом, полностью игнорируя насмешки, капитан бодрой походкой подошёл к берсерку и остановился напротив него на расстоянии нескольких шагов, смерив при этом гиганта оценивающим взглядом. Левая рука андроида была перевязана ремнями и продета в поддерживающую повязку, перекинутую через шею. Мне стало не по себе при мысли о том, что он собирается только с одной здоровой рукой противостоять свирепому мутанту. Кто-то за трибунами, невидимый для нас двоих в доме Изориуса, протрубил сигнал к началу схватки, и бойцы разошлись в противоположные стороны амфитеатра.

Конрад внимательным взглядом окинул нижние ряды зрителей и остановил свой взор на мне и Изориусе. Конечно же, он смотрел не на нас двоих, а на Леонида, но контроллер на груди юноши так идеально передавал изображение и звук с Арены, что создавалась почти полная иллюзия нашего там присутствия. Только запахи оставались нам недоступны, чему я, впрочем, был очень даже рад.

После ещё одного громкого звука трубы все зрители утихомирились в предвкушении кровавого представления. Конрад перевёл взгляд на гиганта, поднял меч перед собой и принял боевую стойку, направив острие клинка на противника и согнув немного ноги в коленях. Берсерк выставил одну ногу вперёд и взял копьё наизготовку. Ангелы на скамьях с напряжённым вниманием следили за ними, а мы с Изориусом боялись даже шелохнуться, чтобы не пропустить ни одну деталь предстоящей схватки. Казалось, будто весь мир замер на мгновение, а время приостановило свой ход. Андроид и берсерк словно превратились в каменные изваяния. Через пару минут, показавшихся мне вечностью, гигант не выдержал и первым начал бой.

Мутант издал вдруг громогласный, протяжный клич и с невероятной — для существа с таким мощным телосложением — скоростью метнул копьё в андроида. Смертоносное орудие просвистело в воздухе и с громким треском воткнулось в деревянное ограждение, служащее барьером между нижними рядами скамей и самой площадкой, как раз в том месте, где за секунду до этого находился Конрад. Люди, сидевшие сразу за ограждением, в страхе вскочили со скамей. Но быстрота реакции андроида не подвела его и на этот раз. Он отпрыгнул в сторону, перекатился по настилу, не выпустив при этом оружие из руки, а затем моментально вскочил на ноги и снова развернулся лицом к врагу.