Чтение онлайн

В последний раз он приходил ради Захариила и Аннабель. В последний раз его переполнял гнев и ненависть, направленный на то, чтобы захватить мать. Он опускал голову, его голос звучал низко, он слишком боялся отказа.

Сегодня он понимал, что не будет отвергнут. Он знал свои права. Осознавал, что полезен Всевышнему, его гнев ушел, а прошлое не имело значения. На его пути не стояло никаких препятствий. Колдо хотел этого ради любви. Всевышний всегда хотел такого исцеления для него. Никогда Он не желал человеку страданий, даже в качестве жизненного урока.

– Нет необходимости собираться и обсуждать. Твой запрос утвержден, – ответила Криста, кивнув.

Он знал, что это произойдет. Теперь нужно обговорить детали.

– Чем я должен пожертвовать? Отдам все, что попросите, но хочу напомнить, что это не относится к методам Всевышнего. Он не требует ничего, кроме уважения Его законов.

– Но мы требуем этого, желая сохранить наши традиции, – сурово заметил Бенедикт. – Ты все еще хочешь продолжить?

Нет необходимости думать над ответом.

– Да.

Последовала пауза, пока члены совета переглядывались. Затем они кивнули в унисон.

– Мы могли бы попросить тебя держаться подальше от человека, Николы, – проговорила Катерина.

Его желудок скрутило. Нет. Не это. Что угодно, только не это.

– Но не станем, – добавила она, и Колдо с облегчением вздохнул. – Мы заберем твои крылья. Оставь их здесь. Затем можешь пойти в храм Клириси, где тебя высекут. После этого он сопроводит тебя к воротам реки. Ты согласен?

Заплаканное лицо Николы промелькнуло у него перед глазами.

– Да, – ответил он.

Переводчик: Shottik

Редактор: Ekadanilova

Глава 32

Кафзиель стоял позади него, сжимая кинжал.

Колдо сел на табурет, наклонился вперед и ухватился за край стола.

– Ты храбрый мужчина, Колдо, – сказал член совета. А затем, как и мать Колдо столетия назад, начал мучительный процесс отделения крыльев от мышц спины.

Металл рассек плоть. Потекла теплая кровь. Боль охватила все тело Колдо. Он скрежетал зубами и стойко терпел. Он обходился без крыльев всю жизнь. Обойдется и впредь.

Но Колдо оплакивал тот факт, что больше никогда не поднимет Николу в воздух. Никогда не полетит рядом с товарищем. Снова станет чудаком среди себе подобных.

Лучше быть странным с любимой, чем "нормальным" без нее.

Уголком глаза он заметил, как одно крыло опустилось на пол, прекрасные перья окрасились багровым, мускулы и сухожилия стали не более чем сырым мясом.

– А сейчас второе, – сказал Кафзиель.

Колдо представил Николу. Ее красивое, улыбающееся лицо. Ее мерцающие глаза цвета грозового неба. Она радостно обняла его. Поцеловала, говоря спасибо.

Это того стоит.

Прошло немного времени, и второе крыло присоединилось к первому, а Колдо помогли встать. Ноги дрожали, и все, что осталось от его спины, разорванное и растянутое, болело и жгло... от спины, которую вскоре высекут.

– Человек может отвергнуть этот дар, – высказалась Изабелла печально. – Она может отказаться от Воды, бороться с ее эффектом.

Он это понимал, но не мог сожалеть о своем выборе. Колдо дал бы Лайле шанс. Это было все, что в его силах. Ему никогда не придется оглядываться назад и спрашивать себя, что бы случилось, если бы он хотя бы попытался.

– Я не остановлюсь сейчас, – ответил Колдо.

– Тогда иди к Клириси, – сказал Адеодат, кивая.

– Благослови тебя Господь, Колдо! – в унисон произнесли члены совета.

Как бы мало сил у него ни оставалось, Колдо перенесся к воротам реки у храма Клириси. Его зрение уже затуманилось.

Однако, он узнавал это место сердцем. Здесь нет травы, только земля. Нет деревьев и цветов. Одна сплошная грязь и толстый пень, служивший местом порки. Перед ним растянулись железные ворота, через которые он вскоре пройдет... если сможет ходить.

Он ожидал увидеть там стражника с кнутом в руке, но вместо этого Клириси вышел вперед, чтобы поприветствовать его.

– Здравствуй, Колдо.

Его колени подогнулись, и он упал на твердую землю прямо перед пнем. Дыхание Колдо стало прерывистым, но он смог ощутить аромат корицы и ванили – такое сочетание исходило от его собственной кожи. Также, как он покрыл Николу эссенцией, она отметила его.

– Я доволен тобой, Колдо. Ты поставил чужое благополучие выше своего собственного. – Клириси подошел к нему. – Не представляешь, что из этого выйдет, и все равно делаешь это.

Колдо закрыл глаза и не произнес ни слова, не задал ни единого вопроса.

– Твои действия – истинное выражение любви, – продолжил Клириси, – прими мою похвалу.

Перестань говорить!

– Это твой последний шанс уйти.

Мускул под глазом Колдо дернулся.

– Очень хорошо, – сказал Клириси.

Последовала пауза, а затем на него обрушился первый удар.

Кнут против поврежденной плоти, и кнут победил, заставляя разлетаться кусочки кожи, мышц и крови. Колдо стиснул челюсти. Последовал второй удар. Третий. Четвертый. Он так сильно сжимал челюсти, пытаясь сдержать крики, что был уверен, что кости треснули.

В этот раз он представил, как Лайла поднимается с дивана Захариила и отбрасывает болезнь, словно ненужное зимнее пальто. Колдо представил двух сестер, обнимающихся, смеющихся, обсуждающих небесные законы, изучающих и становящихся сильнее, низвергающих демонов на их место – к своим ногам.

Пятый удар. Шестой.

На нем не осталось плоти, он был уверен. Каждую мышцу в его теле тянуло, трясло и жгло. Черные точки плясали перед глазами.

Седьмой. Восьмой. Девятый.

Десятый. Одиннадцатый. Двенадцатый.

В конце концов, Колдо больше не мог сдерживаться. Мучительный крик сорвался с губ.

Тринадцатый. Четырнадцатый. Пятнадцатый.

Он делал короткие, тяжелые вдохи через нос и выдыхал через рот. Кнут продолжал опускаться. Ему нельзя отключаться. Колдо должен самостоятельно пройти через это ворота на своих ногах. Взять Воду и выйти. Иначе все это было бы бессмысленно.

После тридцатого удара кнут перестал опускаться.

– Готово. Это сделано.

Голова Колдо склонилась вперед, он лежал щекой на пне.