Чтение онлайн

Сердце у меня в груди нехорошо заколотилось.

Что значит, моя драконица проснулась? У меня есть драконица? Я обычный человек, у меня не может быть дракона!

— Академия бы нас очень выручила, — хмуро подтвердила Бертель. — Но я не могу ее торопить, все мы были на ее месте. Родители продали ее за кусок земли, а герцог, уж как бы он ни был хорош, дурно с ней обошелся, иначе бы ее не было здесь, иначе бы они искали ее без оружия, с уважением, а не как преступницу. Хлебнула она горя.

Я прижалась горящей щекой к холодной двери и закрыла глаза. Мне очень хотелось остаться под защитой вейры Бертель, но, кажется, пришло время самой о себе позаботиться.

Не помню, сколько я простояла так, не помню, как проскользнула в комнату. Как долго стояла у зеркала, пытаясь уловить всполохи в волосах.

— Анте, Анте! — застучали в дверь. — Спускайся на ужин!

— Прости, Калахне, аппетита нет, так устала, что кусок в горло не идет, — произнесла, не отводя взгляда от зеркальной глади. — Хочу лечь и выспаться.

Силой воли принудила себя лечь в кровать, укутавшись до подбородка одеялом, но сон не шел. До полуночи я лежала, уставившись сухими глазами в потолок. Горечь, ярость и боль смешались в торнадо, которое бешено крутилось у меня в груди.

А после полуночи в дверь толкнулись. Раз, другой. Я не выдержала, спрыгнула с кровати и резко распахнула дверь. Но за порогом вместо бабуль обнаружила кошку размером с небольшого тигра. Мягкая, черная, глаза янтарем светятся. Так вот какова она в полный рост!

— Ну проходи, коли пришла, — постелила вдвое сложенный плед в кресло и похлопала по сиденью рукой.

Забралась обратно в кровать, но кошка, к моему удивлению, запрыгнула следом и урча прижалась всем телом. Я слабо погладила ее по спине, а после и вовсе голову к ней на лапы пристроила.

Кошка не читала мне нотаций, не била, не ругала и не ставила обидных диагнозов. С ней можно было расслабиться и побыть собой.

— Можно я поплачу, — спросила шепотом, и та согласно заурчала.

Но вместо того, чтобы закопаться в подушки и всласть пореветь, я обнаружила, что не могу выдавить из себя ни слезинки. Я… изменилась. Смерть что-то бесповоротно изменила во мне.

В тот день с обрыва упала и разбилась доверчивая влюбленная Аланте, а выжила Анте. И мне только предстоит узнать, кто же она такая.

Утром с кровати встал уже совсем другой человек. Я надела тщательно выглаженное простое платье, крепко заплела волосы и пощекотала кошку за ухом. Та блаженно сощурилась, не отводя от меня светящихся глаз.

На завтрак спустилась во всеоружии, заранее продумав пару десятков стратегий на непредвиденный случай.

— Ну наконец-то, — ехидно поприветствовала меня Глок. — Заждались королевишну.

Я демонстративно посмотрела на часы. Да открытия лавки еще целый час. За это время хороший дракон поймает кролика, освежует, приготовит и съест.

— Не слушай ехидну, садись, Анте, — Калахне кивнул на стул, но я предпочла сесть напротив Бертель.

Это ее дом, ее лавка, а я принесла ей неприятностей. Быстро съела кашу, напоминавшую нашу земную овсянку. Обычно я терпеть ее не могла, но это раз даже почувствовала. Отодвинула тарелки и выпрямилась в струну от напряжения.

— Вчера мне не хватило духу рассказать кое о чем, — начала, сжав до боли кулаки, спрятанные в складки платья. — Поэтому не расходитесь. Будет лучше, если вы узнаете обо всем от меня.

Бертель подняла на меня внимательный жесткий взгляд, а я… Я рассказала все. И про вейра Орхо, и про пощечину, и про загоревшуюся лавку, а напоследок передала привет от загадочного вейра Шиин.

— Так вот что случилось, — искренне удивилась старушка. — А я-то решила, что это ты от страстных чувств лавку запалила.

— Ни за что и никогда! — замотала головой. — Вы меня спасли, разрешили остаться, а я даже толком вас не поблагодарила! Ах, да что там, разве я бы посмела поджечь вашу лавку!

Старушки переглянулись.

— Я же говорила, — удовлетворенно заявила вейра Глок. — Она не знает. Знают только истинные драконицы, рожденные от матери-драконицы и отца-дракона. А она — иномирянка!

Впервые на моей памяти слово «иномирянка» звучало как оскорбление и упрек одновременно. Нет, видит Иисус, Глок невыносима! Я никогда не была вспыльчивым человеком, но прямо сейчас у меня руки горели от желания оттаскать ее за волосы.

— … никогда не была вспыльчивой.

Я с непониманием уставилась на Бертель. Она мои мысли читает? Старушки переглянулись.

— Сядь, егоза, — она потянула меня за рукав, вынуждая сесть обратно. — Попробуй заглянуть себе в душу. Ты ведь и сама чувствуешь, насколько изменилась? Ведь чувствуешь?

Как зачарованная, я вслушивалась в тихий голос.

— Да, — ответила хрипло. — Я изменилась вчера.

— Нет, не вчера, раньше, когда упала с обрыва. Вспомни, что в тебе поменялось?

Вспыльчивость, вдруг озарило меня. Я стала вспыльчивой, капризной, яростной, любая сильная эмоция доводила меня до края. Вчера я подслушала разговор старушек и полночи корчилась от боли, хотя мне в жизни говорили вещи и побольнее. Я ударила вейра Орхо, хотя могла просто сказать ему «нет» и отвернуться. Я даже заглянула в пакет заказа вейра Шиин, хотя никогда не была настолько любопытной!

Подняла на Бертель потрясенный взгляд.

— Да, ты разбудила свою драконицу, — просто сказала она.

Вдох застрял у меня в горле. Драконица? Я?! Но… Как?

— Я же иномирянка, — принялась я убеждать Бертель после короткой паузы. — Человек! Я потому и стала Пустой, попав в тело настоящей Аланте, что мне не дано попасть в тело полноценной драконицы. Фактически я обычная вея. Это же элементарная генетика!

Выдохнувшись, я откинулась в кресло, погружая пальцы в кошечкин загривок, а после окинула победным взглядом своих бабуль.

— Драконья генетика завязана на магических потоках, — напомнила Калахне. — А вот насчет того, что иномирянка не может разбудить дракона…. Девочки, вы слышали про Клео из столичной Академии?