Чтение онлайн

Ледяные узоры прихватили окна и стены, уничтожили половину светильников. Цветочные гирлянды почернели и скукожились, а большинство гостей, отступили к стенам, поддаваясь животному ужасу.

Из дурацкой ситуации его выручила Аланте. Встала, прильнула кошкой к его руке, обволакивая теплом и неуловимо-карамельным запахом.

— Пришли новости из столицы, — беззастенчиво врала его Истинная. — Хоть свадьба, хоть похороны, а императору в разговоре не отказывают. Мы примем дары в течении завтрашнего дня.

— Мы понимаем, Вейра Фалаш, — тут же, с признательностью во взгляде, согласился глава Сталеш.

Он был старый и опытный, не одну войну прошел с его дедом. Драконы вторили ему нестройным согласным гулом.

Аль потянула его прочь из залы, и он, как заколдованный, пошел следом. Это было очень… тепло? Нежно? Сама мысль, что жутковатую зверюгу вроде него защищает малышка вдвое меньше ростом, а если перекинуться в первичную ипостась, то и вовсе размером с горошину, причиняла радость и боль. Ей даже в голову не пришло, что защищать нужно от него, а не наоборот. Доброта, утерянная в искусственно созданном безразличие, осталась в Аль на уровне рефлексов.

Он покорно поднялся в собственный кабинет, после, подчиняясь теплой ауре Аль, сел в кресло и послушно подставил голову под тонкие пальцы.

— Что произошло? — спросила она. — Раньше ты никогда не выпускал зверя, а теперь в залу спускаться страшно. Снег до утра убирать будут.

Раньше Кас не говорил глупостей. Он-то должен знать, что значит потерять Истинную.

Анвар виновато прижался щекой к ее ладони:

— Испугалась? Прости, я не должен был терять контроль.

— Что? Нет! — кажется, она искренне удивилась вопросу. — Мне нравится твой поток, я бы даже холодным его не назвала, даже наоборот. Мне он кажется горячим.

Анвар уже привык, что с Аль он очень многое делает впервые в жизни. Сегодня он впервые покраснел.

У Аланте был дар просто, без единой порочной нотки говорить смущающие вещи. Известно же, что горячей магия Ледяных Фалаш кажется только тем, кто идеален для них в постели.

Дракониц, чувствующих этот жар, находилось предостаточно, но их желание не шло ни в какое сравнение с бесстрастным голосом Истинной. Таким голосом профессиональный лекарь комментирует анатомию сходящего от желания с ума дракона.

Темное возбуждение тут же вскипело в магических жилах. Перехватило горло.

— У тебя здесь чешуйки. — Аланте подхватила выбившиеся из хвоста прядки у самых висков. Голос стал глубже, ниже. — И здесь. И… тут тоже.

Палец бесстыдно прошел от виска к ключице, к ямке, где судорожно стучала кровь, по груди, застыв на камне-пуговице. Где-то напротив сердца.

Анвар не мог чувствовать ее дракона, зато сам был перед Аль, как на ладони.

Медленно, словно боясь потревожить разлитое в воздухе острое желание, он повернулся к Аланте. Зрачок у нее расползся на всю радужку, губы алели, как цветочный бутон. Он сжал до острой боли собственный кинжал, спрятанный у бедра, чтобы не спугнуть. Не наброситься на Истинную, потакая изнанке собственной животной сути. Чтобы взять быстро, жарко, бесконтрольно отдаваясь сиюминутной жажде.

Он знал, что Аль понравится. И знал, что она не простит этого. Он чуял ее интуитивный страх перед мужчинами.

Анвар мог бы излечить его, но Аль этого не хотела. Она позволяла любить себя, только пока он на цепи и послушен, будто дрессированный щенок. Поэтому он терпеливо ждал, когда она сделает первый шаг: наклонится, пройдет ладонями по напряженным плечам, тронет губы. Сначала взглядом, потом пальцами, после, наконец, поцелуем.

Сказать бы кому-нибудь, что его Истинная — драконица немыслимой силы и одаренности — пуглива, как радужная рыбка, его засмеют.

Получив негласное разрешение, с коротким рыком дернул ее на себя, вжал, втиснул, выбивая дыхание из них обоих. При мысли, что Аль в любой момент его оставит, темная, жадная сторона Фалаш — та, что однажды привела Сопределье на край могилы, поддавшись собственному безумию — захватывала разум. Его вела слепая жажда окончательно пометить истинную, закрепляя связь. Когда-то так поступила мать, желая наказать отца за то, что тот сделал императрицей Ферхе — закольцевала связь, а после закрыла перед ним двери своих покоев. Наказывая его и себя.

Анвар с усилием отстранился, блокируя рев дракона, тяжело дыша, уткнулся лбом в изгиб ее плеча.

Он… не животное.

***

Впервые за этот месяц Анвар отстранился первым, хотя от желания у меня сводило живот, а супруг и вовсе был буквально каменным. Там… где соединялись наши бедра. Взгляд, минуту назад горевший нежностью, похолодел и погас. Я коснулась его плеча, словно пытаясь разбудить, но именно эту секунду выбрали главы кланов, чтобы ввалиться в кабинет.

Мы с трудом расцепились, приняв благопристойный вид, хотя, обоих еще потряхивало от неутоленной жажды близости. Сам воздух был настолько пропитан возбуждением, что вспыхнул бы огнем от одной несвоевременно зажженной свечки.

— Дом Чарис приветствует Солнце Сопределья, — грубовато заявил уже знакомый мне старик.

Глава Чарис был пьян в дрова, и если бы не Кастор Шиин, распластался бы еще на пороге. Ректор был трезвее, но меду тоже напился, и взгляд его мутно обшаривал меня с головы до ног, как самый пристрастный надзиратель. Его дракон, раскрепощенный алкоголем, жадно нацелился на меня. Наверное, Анвар почувствовал, на губах зажглась знакомая усмешка, но ледяная волна его ауры стала физически ощутима. По крайней мере, изморозь, легшая на спинки кресел, была очень даже материальна.

— Кастор, — тяжело обронил он. — Держи в узде своего зверя, как подобает главе клана.

Кастор бросил на меня короткий взгляд и отвернулся. Теперь я видела только край позорно розовой скулы.

Едва удержалась от смешка. Видит небо, за Анвара стоило выйти замуж исключительно ради этой сцены. Даже странно, что раньше я была настолько слепа. Теперь, когда мое сердце молчало, я отчетливо видела отчаянную влюбленность Кастора в ту самую отвратительную иномирянку, которой была всего месяц назад.

Рядом тут же закружились горничные, задвигались стулья, зазвенели блюдца, светильники залили огнем полутемную комнату. Драгоценный момент наедине с Анваром, тронувший меня до сердцевины магии, был безнадежно утерян.

— Вам придется подписать несколько документов, — предупредил меня старик Сталеш.

Передо мной на стол вывалили две стопки в локоть высотой, перо и золотую чернильницу.

— Может оттиска ауры будет достаточно? — сквозь безразличие я ощутила отголоски ужаса и что-то вроде детский обиды.