Проданная жена. Игрушка для бандита
Шрифт:
– А как еще назвать то, что ты предлагаешь?
– ведет он бровью.
– То есть ты проигрываешь меня какому-то опасному типу, заключаешь с ним на меня контракт, а я после этого не могу попросить тебя сделать то же самое для защиты собственных интересов?
– Ты что, мне не доверяешь?
– Знаешь, когда тебя проигрывают в азартные игры, то доверие невольно подрывается, - протягиваю я.
– Но я ведь то же самое могу о тебе сказать. Помнишь брачный контракт, который мы заключили перед свадьбой? Что-то я тебе ничего не говорила о доверии. Хотя, поверь, мне было неприятно.
– Алин, не путай, пожалуйста, мягкое с теплым, - снисходительно произносит Саша.
– Так принято, вот и все.
– Ты мне мог вешать эту лапшу на уши, когда у меня от любви голова вообще не соображала, и я спокойно закрывала глаза на любую твою прихоть. Но теперь все иначе. И именно сегодня стало иначе, когда ты решил поставить меня на кон. Так что решай: или мы с тобой подписываем договор, или я отказываюсь быть помощницей Хасанова.
– Хорошо, - кивает он.
– Я лажанул, ты права. И если тебе так будет спокойнее, то мы заключим договор. Я сейчас же его составлю, а завтра утром ты уже должна будешь поехать к нему.
Ему будто не терпится поскорее отправить меня…
И я вообще не могу принять его поведения. Только еще вчера он обнимал меня в постели и шептал, как сильно любит. А я была безмятежно счастлива и уверена в его чувствах, как и в своих.
Но уже сегодня Саша хладнокровен по отношению ко мне, хотя все еще пытается замаскировать это… Ему будто уже давно на меня наплевать, поэтому он с такой легкостью решился сделать меня пешкой в своей игре.
– Ладно, пиши. А я соберу вещи, - небрежно бросаю я и отворачиваюсь.
И он тут же уходит в свой кабинет, а я сажусь на пол и хватаюсь за голову.
Это какой-то абсурд. Как я оказалась в такой ситуации? Собираю вещи, чтобы поехать жить к совершенно незнакомому мужчине… А дальше что? Во что превратится моя жизнь после? Она и так уверенными темпами катится на самое дно…
К Саше я точно не вернусь, иначе буду полной дурой. Да, я все еще его люблю, но сейчас это чувство меня лишь раздражает и злит, как и сам Саша. Нельзя любить мужчину, который втоптал тебя в грязь. То, что он сделал, это пик возможного предательства от любимого человека. Это даже хуже измены.
Слезы катятся по щекам, а я нервно смахиваю их с лица. Мне сейчас так больно, горько и до невозможного обидно. Но я не хочу реветь из-за того, кто так жестоко обошелся со мной.
Я получу от Саши деньги, которые он пообещал, разведусь с ним. А после месяца у Хасанова начту жизнь с чистого листа, к которой сейчас совсем не готова.
– Можно подписывать, - в комнату возвращается Саша и протягивает мне листок.
Читаю договор, который он составил, и глаза лезут на лоб:
– Что? Ты перечислишь деньги только по истечении месяца?!
– Я ведь должен быть уверен, что ты не решишь уйти раньше времени. Это моя гарантия того, что ты не поставишь нас обоих под удар. Защита собственных интересов, так сказать, - оперирует он моими же словами.
Мне казалось, что Саша уже пробил дно. Но, нет, снизу вновь раздался стук.
Это я должна не доверять ему, а не он мне. Но, похоже, наше супружество закончилось ее до того момента, как нам выдали свидетельство о разводе. Теперь между нами только холодный расчет, отчего больно втройне.
И Саша-то этого определенно заслужил. Но я чем успела такое заслужить? Просьбой гарантировать перечисление средств на лечение брата?
– Ты просто сошел с ума, - качаю я головой и ставлю размашистую роспись на бумаге.
– Прости, милая. Это ради нашего общего блага.
Глава 4.1
Как же красиво начиналась наша история любви с Сашей. Как он ухаживал за мной, как относился, какие слова говорил… И мне все еще сложно поверить, что все это закончилось в один миг, и наша любовь закончилась.
Но можно ли разлюбить за один вечер? Раньше я считала, что это просто невозможно, но… Моему мужу почти удалось этого добиться, ведь сейчас я испытываю лишь безграничную боль от его гнусного предательства. И это чувство, вязкое, словно черная смоль, заполняет все внутри. Оно проникает в душу и заглушает все хорошее и доброе, что было когда-то к Саше.
Может быть, это сегодня я себя ощущаю именно так, а завтра все будет иначе. После любого сильного удара оправляешься не стразу, и уж точно не в этот же день. Но проснется ли во мне желание остаться с Сашей? Наверняка я знать не могу, но это очень вряд ли.
И дело уже по большей части не в том, что он проиграл меня пугающему мужчине, ведь это можно считать, как неоплачиваемая работа. Дело именно в беспринципности и хладнокровности Саши. В том, что даже после такого низкого поступка он не умолял простить его, не упрашивал меня согласиться и помочь ему, идиоту такому.
Он практически поставил меня перед фактом! И вместо того, чтобы дать мне взамен то, что так необходимо моему родному человеку, он еще ставит условия, будто я заслужила его недоверие.
Заканчиваю со сборами своих вещей и отставляю чемоданы в сторону. Целых два получилось. И, нет, я не собираюсь устраивать черноглазому показ мод с ежедневной сменой нарядов. Я просто не хочу снова возвращаться в этот том, поэтому и собрала все самое ценное и необходимое мне.
Возможно, через какое-то время мне станет легче, и я смогу вновь приехать, забрать то, что осталось. Но сейчас я держусь той мысли, что ухожу из этого дома и от Саши навсегда.
Саша входит в спальню, когда я уже готовлюсь лечь в постель и надеваю ночную сорочку. Не знаю, где он был все это время, я-то думала, что он лег спать на диване. Оказалось нет. Только непонятно, зачем он сейчас пришел.
– Тяжелый день сегодня был, - хрипло произносит Саша и расстегивает свою рубашку.
– Ты что делаешь?
– непонимающе спрашиваю я и складываю руки на груди в замок.
– Как что? Спать собираюсь ложиться, - отвечает он, как ни в чем небывало.
– Здесь? Со мной?
– я просто не верю в то, что после своего поступка он имеет наглость ложиться со мной.
– А где же мне еще спать?
– усмехается и садится на край постели, стягивая брюки.
– Я не буду с тобой спать, - отрезаю я.
– Иди на диван, или в гостевую комнату… Да куда хочешь!