Чтение онлайн

– У взрослых людей это называется иначе, Лика, - все-таки усмехнулась эрит.
– Вожделение и страсть, - она точно облизнулась.

Вот оно как. Я запомню. И припомню.

Подумать только, красноволосый образчик чести и достоинства еще удивлялся моему скептическому настрою.

– Из-за тебя в день конференции Ри появился на кладбище?
– свернула на другую больную тему, твердо решив поиграть в газетчика.
– Ему никто не противостоял. Не было никакой отлучившейся охраны. Может быть, ее и вовсе не было? А еще, вот что странно: Ри тогда пришел не за мной, а именно за Элом. И сейчас я здесь в качестве приманки для него. Так? То есть вам не нужна моя душа, не нужна сила. Вам нужен Эл?

– Не надо разговаривать, - утомленно повторила Лила.

Если Ви и хотела до этого что-то сказать на устроенный мною допрос, то передумала.

– Эл?
– неожиданно прошептала старушка, узнавая имя.
– Где Эл? Он тут?

– Вы знаете его?
– я склонилась к женщине, постепенно приходящей в себя.

– Он придет за мной, - уверенно улыбнулась она. Ее пальцы дотянулась до моего лица и попробовали стереть засохшую кровь, стянувшую левую сторону от виска до скулы.
– Он обязательно нас спасет.

Не поняла. Придет за старушкой? Эл? Зачем?
– Ты же Лика?

– Лика, - удивленно проговорила, пытаясь экстренно разобраться в причинах нашего знакомства.

– Он рассказывал о тебе.

В голове начали возникать образы, фразы из диалогов.

"Из-за женщины" - написала Лила в тетради.

"Родители погибли, когда ему было двенадцать лет, и его забрала на воспитание няня. А няня - человек!" - говорил Зарин.

"У меня есть личная причина, из-за которой у нас и произошел конфликт интересов с противоположной стороной. Мне нужны они. Им нужен я" - так сказал Эл.

И слова о том, что ее спас сын.

Солнце и луна, что происходит?

– Поняла?
– Ри стоял у решетки, устроив локти на прутьях, подпер лицо ладонями. Ноги пружинили от пола, из-за чего складывалось впечатление, что мужчина не может держаться ровно. С губ сочился яд, а в глазах мерцало сумасшествие. Он, безусловно, слышал наш разговор и не смог упустить шанс поиздеваться.

В попытке сохранить самообладание от неожиданного перемещения демона, обняла крепче бабушку. Защищая другого человека, за себя становилось не так страшно.

– Чувствую, что поняла, - с кривой усмешкой протянул он. И вдруг переменил тон на чутко-заботливый, позаимствовав тактику у красотки.
– А что за затравленный взгляд? Боишься меня?
– он сполна насладился реакцией и со злобой выплюнул следующую фразу.
– А с виду храбрая, язык острый.

– Что я вам сделала? За что вы так меня ненавидите?
– я сто раз за жизнь прокручивала в голове подобную сцену. Но никогда бы не подумала, что задам вопрос, дабы потянуть время и разговорить психа.

Тем не менее, ответа я ждала. И в этом ожидании была пучина страха и нездоровое предвкушение, которые не стали секретом для Ри.

Каким может быть ответ?

Я столько страдала из-за всего одного дня детства. Если бы его можно было вычеркнуть, если бы его можно было забыть, стереть, смыть, замаскировать, спрятать - все, что угодно, лишь бы иногда делать вид, что со мной все хорошо. Но со мной никогда не было до конца все хорошо. С изъянами можно научиться жить. С психологическими травмами можно научиться улыбаться. Но избавиться от мыслей невозможно.

– За что?
– безучастно переспросил Ри, откидывая голову назад, и плавно совершив вращение, склонил ее над левым плечом. Рука нежно поглаживала ковку. Я поняла, что что-то пошло не так. Я словно задела некий переключатель, сменивший день на ночь. Разговора не получится.
– За что. За. Что.

Его лицо за короткий миг потеряло оттенки. Глаза потухли, подбородок вытянулся. На меня смотрели темные провалы, вокруг которых начали проступать острые кончики перьев. Пальцы вцепились в железо, ногтевые пластины деформировались, чернели и превращались в загнутые когти.

Мне стало трудно дышать. Я в ужасе смотрела на трансформацию и не могла заставить себя сглотнуть заполнившийся слюной рот. Горло перехватило спазмом, но глотательный рефлекс все еще пытался сработать, отчего мне казалось, что я вот-вот задохнусь.

Символы на прутьях обозначили, что решетка в скором времени будет отворена.

Брошенный взгляд в сторону - к нам на помощь никто не спешит. Я крепче обняла женщину, плотно зажмурившую глаза и что-то шепчущую себе под нос.

– Она выбрала тебя. Не меня, - дверь откинулась, ударившись о стенку неподвижной части решетки. Ри медленно входил на алтарь, его пальцы то напрягались, то расслаблялись, однозначно готовясь применить их в качестве оружия. С каждым коротким шагом он все более видоизменялся. Перья покрыли предплечья, вытянулись клыки, безрукавка натянулась на увеличившемся торсе. Его и без того внушительную фигуру окутали черные тени, ластившиеся к нему, как голодные кошки.

Картинка перед глазами дернулась и съехала. Затылок налился свинцовой тяжестью. Усилием воли удавалось удерживать сознание наплаву, но организм надеялся спастись в обмороке.

Лила что-то выкрикнула. Эрит подскочила с лавки. Поздно.

– Я же ее дочь, - голос дрожал.
– Как она могла выбрать не меня?

– Я любил ее!
– выпад. Секунда.

Я взывала от чудовищной боли в плечах, когда демон вцепился в них и оторвал меня от пола. Ноги беспомощно искали опоры, норовя встать хотя бы на носочки.

– А она выбрала тебя!

Я ошибалась. Он не просто был безумен - он был одержим своим безумием. И это из-за меня? Из-за маленькой девочки, явившейся причиной его несчастий? Какое, должно быть, я вселяла ему отвращение. Каким я делала его слабым. И с этой слабостью он не мог бороться ничем, кроме как силой.

– Простите, - я смотрела туда, где должны были быть его глаза, и не могла сдержать слез. Было обидно, больно, до безысходности страшно. И мне было его жалко, как может быть жалко существо, не способное ни прощать, ни любить. Как может быть жалко того, у кого болезнь поражает не органы, а душу. Мне это виделось самым страшным недугом.
– Простите меня, пожалуйста.

– Ненавижу тебя, - с исступлением выкрикнул он, и черные тени метнулись в стороны, заполняя пространство.

Спину опалило огнем, вырывая из груди новый крик. Истошный, надрывный, с брызнувшими слезами и кровью из ран. В ушах зазвенело, отрубая все звуки кроме собственного тяжелого дыхания и часто стучащего в голове пульса. Я обессилено обвисла в руках демона, ощущая всепоглощающую тупую боль в спине, парализующую остальные части тела. Наверное, вот так и умирают будущие великие маги. От собственной глупости и длинного языка.