Чтение онлайн

— А, что же они искали? — спросил Алексей.

— Какие-то важные бумаги или документы, я точно не знаю, но мне было велено перетряхивать все барахло подряд.

— Понятно! — заключил Алексей, и в очередной раз напомнив Забийдулину о наказании, за дачу ложных показаний, собрался, было, его отпустить, перед этим, правда, взяв с него подписку о невыезде.

Однако в этот момент ему позвонил майор Марушев, и попросил не отпускать задержанного. А ему, Алексею, велел срочно зайти к себе в кабинет.

…Алексей вернулся через несколько минут и снова присел к столу. Забийдулин кинул на него вопросительный взгляд, — чего, мол, тебе еще надо, легавый?

— Владимир Арамович, — обратился к нему Алексей. — Скажите, а во время обыска салона, эти Ваши клиенты не вели разговоров о диске?

— О чем?

— О неком диске с секретной информацией.

После этих слов, лицо Забийдулина напряглось и побледнело, а глаза, смотрящие на следователя, вопросительно округлились.

— Ага, зацепило! — отметил про себя Алексей, — и, опустив руку в карман пиджака, вытащил оттуда прозрачную коробочку с диском.

— Вот он, Владимир Арамович, нашелся.

— Какой диск? И что значит, нашелся? — воскликнул Забийдулин. — Я ничего не слышал ни про какой диск.

— Ну, как же не слышали? Эти люди искали в машине Чулаева именно этот диск. И именно по заданию Генерального директора Вашей фирмы Благоверова Савелия Савельевича!

— Какие люди?

— Молодец, подстраховался проверочкой, — подумал Алексей. — Пытается выяснить, известны ли мне имена его компаньонов. — В том-то и дело, что не известны пока, дорогой ты мой товарищ Забийдулин!

— Какие люди? — переспросил его Алексей, — да те трое, которые были вместе с Вами! Вот только почему Вы подцепили их случайно в качестве извозчика у гостиницы Космос и говорите, что не имеете к ним никакого отношения, совершенно непонятно!

— Я сказал то, что сказал! — на удивление твердо отчеканил Забийдулин. — И можете не брать меня на пушку!

— Да, Благоверов молодец! — подумал Алексей. — Хорошо его проинструктировал!

— Ну, что ж, Владимир Арамович, — сказал он, — тогда мы с Вами сейчас попрощаемся. А в случае надобности я вызову Вас повесткой. — И Алексей, расписавшись на пропуске, передал его Забийдулину.

На самом деле Алеша Поляков не собирался брать Забийдулина ни на какую пушку! И диск, за которым велась охота Благоверовым Савелием Савельевичем, действительно был доставлен к ним в отдел. Его передали ребята из семнадцатого отделения московской милиции, куда он был доставлен первоначально какими-то неизвестными людьми, сообщившими, что диск принадлежит Благоверову Савелию Савельевичу и, наверняка, содержит какую- то криминальную информацию. Ребята из семнадцатого, тотчас же заглянули в криминальный раздел интернета Москвы, где им несложно было отыскать следы по делам Благоверова и его компании Наши ресурсы, которое как раз вел майор Марушев.

Диск был доставлен в тот момент, когда Алексей допрашивал Забийдулина, и Марушев, по горячим следам, попытался раскрутить обвиняемого, приперев его к стене информацией о диске.

— Конечно, если нам даже и удастся расшифровать этот диск, обвинить Благоверова и его компанию, за предыдущие грехи, все равно не получится, — сказал он своим подчиненным. — Во первых, на них нет заявы от пострадавших иностранцев, а во вторых, мы все равно ничего не сможем доказать по этому поводу, за давностью событий. Но, так как наша цель вычислить компаньонов Забийдулина, которые причастны к совершению аварии, и которые, наверняка, являются сотрудниками Наших ресурсов, диском этим заняться придется. Да и потом, чем черт не шутит! Может, и Благоверова удастся зацепить каким-то боком.

…Компаньоны Забийдулина нашлись. И случилось это на удивление просто. Можно сказать, нежданно негаданно. Алексей после совещания отправился в представительство Наши ресурсы, чтобы попытаться прозондировать почву под Благоверовым, однако того на месте снова не оказалось. И тогда Алексей решил, что дожидаться его не станет, а наведается завтра, предварительно позвонив Савелию Савельевичу и договорившись о встрече. Он распрощался с неприветливой секретаршей и направился к лифту. И тут, до его слуха долетел разговор мужчин, курящих на площадке, расположенной в переходе между лестничными маршами и лифтом. Причем Алексея привлек не сам разговор собеседников, а то, как они друг друга называли. Слова Гай и Колян обратили на себя его внимание! Именно о таких псевдонимах копающихся в Форде людей поведал им с Марушевым шофер фуры Володя Свиридов.

— Вот это находка! — обрадовался Алексей, и, вместо того, чтобы спуститься на лифте, направился на лестничную площадку, чтобы взглянуть на этих двоих.

Бугаи с автоматами, посторонившись, пропустили его к лестничному пролету, и, умолкнув на какое-то время, продолжили свой разговор.

— Охранники! Понятно! И это хорошо! Раз охранники, значит, за каждым из них официально зафиксировано и личное оружие. Теперь, главное, определить, кому из них принадлежало то, из которого стреляли в Форд Чулаева! — и он, довольно ухмыльнувшись, покачал головой! — Охраннички! Нашлись-таки! Вот и чудненько! Главное, есть где их взять, а как, — дело техники!

Троллейбус остановился у Марьиной рощи. Маша, подхватив две тяжелые сумки, набитые продуктами, вышла на остановке и направилась по тропинке, ведущей через небольшой скверик, прямо к детскому саду. Она решила сегодня навестить родителей и Игорька, заранее сообщив Вере Васильевне, что заедет за ними в детский садик, а потом они вместе отправятся домой. Она уже приближалась к калитке, окружающей длинное с четырьмя подъездами трехэтажное здание детского садика, как услышала тревожный возглас Веры Васильевны.

— Ну, что, не нашли?

— Нет, Верочка! — ответил ей чей-то сочувствующий женский голос. — Но ты погоди отчаиваться-то, погоди!

У Маши екнуло сердце, и она невольно ускорила шаги, сетуя на неудобство при ходьбе из-за тяжелых сумок.

Она подошла к калитке, и, поставив одну из сумок прямо на тротуарную дорожку, резко рванула на себя ручку-кольцо решетчатой дверцы. Калитка скрипнула, и Вера Васильевна, стоящая к Маше спиной, повернулась на этот звук. Лицо ее было заплакано, и она, увидев Машу, невольно ахнула.

— Что? Что случилось, мама? — воскликнула Маша, уже предчувствуя беду.

— Маша, доченька, Игорек пропал!

Маша после этих слов выронила сумки и прижалась спиной к калитке.

— Как, пропал? Мама? Как пропал?

— Не знаю, доченька, не знаю!

И Маша, краем глаза отметившая, как к ним со всех сторон сбегаются воспитательницы, пытающиеся наперебой рассказать ей о случившемся, поспешила к Вере Васильевне, на ходу отстранив локтем попавшуюся ей на пути нянечку тетю Галю. Она схватила Веру Васильевну за плечи, и, тряхнув, крикнула.