Чтение онлайн

Вот так жизнь сыграла с Верой злую шутку. Вера была очень принципиальной, но родных она любила больше. Ну и пошло оно все к чертям собачьим. Все ставят халявные оценки и она поставит один раз.

Главной задачей Веры сейчас было обсудить эту ситуацию с Мартыновым. Она не собиралась записываться в ряды продажных учителей. Это будет единоразовая акция. И девушка должна быть уверенной что от нее больше не потребуют подобного, и самое главное, никто не должен узнать об этом. Вера дорожила репутацией.

— Я вас услышала Тимур Ильдарович, но я здесь по другому поводу, — Вера старалась быть спокойной, но получалось у нее так себе.

— Денег хотите? Хорошо, назовите сумму, я передам Симакину, — не дав договорить отрезал Мартынов.

Нужно было видеть глаза Веры в тот момент. От шока и удивления она облокотилась на стул. На секунду у нее пропал дар речи. Как он мог такое о ней подумать!?

— Я здесь не из-за денег. При всем уважении, Тимур Ильдарович, прошу вас не делать таких заявлений в мой адрес. — С возмущением сказала Вера.

— Что тогда? — С еще большим интересом и ноткой иронии спросил мужчина, и добавил, — Вера, у меня нет времени сидеть и отгадывать что тебе нужно.

Веру напрягало его поведение, и раздражало что он обращался к ней на ТЫ. Никакого уважения.

— Я поставлю Симакину четверку, но только при одном условии, и это условие совсем не деньги.

Мартынов не ожидал такого поворота, от удивления он усмехнулся и облокотился на спинку стула. Ему стало интересно, что же хочет Вера.

В большинстве случаев, та что там в большинстве, деньги были ответом на все вопросы. Всегда учителя хотели одно и тоже, белый конверт с "благодарностью" от родителей учеников. Тимур меньше всего любил эту часть своей работы. Он не брал откаты и тем более не просил долю от того что получали учителя. Он сам ненавидел взятки и презирал людей которые: а) брали взятки и б) давали взятки, чтоб облегчить свою жизнь.

На секунду пришла мысль, что Вера такая же. Ну это не было б для него сюрпризом, все рано или поздно продаются, у каждого есть цена. Но ее заявление заинтересовало его. И что же она хочет, если не деньги.

— Я… — Вера заерзала на стуле, было видно что она нервничает, — Я поставлю эту оценку при условии что это будет единственный случай, так сказать, исключение из правил. И я хочу чтобы это осталось между нами. Никто из учителей или родителей не должны знать об этом. И я хочу чтобы вы, Тимур Ильдарович, знали что я не продаюсь. Я не буду ставить оценки ученикам потому что надо. Я всегда стараюсь донести материал максимально доступно, но и ученикам нужно хоть чуть напрягаться. Что же тогда будет, если каждый родитель или ученик будут знать что Вера Ивановна поставит оценку на халяву если надо. Прошу вас информировать родителей если такие запросы будут поступать в будущем. Опять-таки, повторюсь, я готова помочь, но для этого нужно время и желание. Желание не только мое, но и ребенка. — На одном дыхании выдала она.

Закончив, Вера поняла что только от одного ее протеста Мартынов мог ее уволить. Но что сделано, то сделано.

Вера выдохнула и стала ждать ответа.

Взгляд директора изменился, стал серьезным. Вера понимала что ему не понравилось что она сказала, она осложняла ситуацию.

Резко встав, Мартынов подошел к окну. Вера опять лицезрела сильную спину начальника. Он думал, переваривал сказанную Верой информацию. Засунув руки в карманы он смотрел в окно.

Серое небо давило своей тяжестью давая понять что солнца сегодня не будет.

— Интересно. Очень интересно, — спокойно высказался Мартынов.

Он не спешил, переваривал информацию, или возможно думал что ответить.

— Вы понимаете в какое положение ставите меня? — Мартынов вернулся в формальному обращению, что означало серьезность ситуации. — То есть Вы, Вера Ивановна, хотите что бы я сам разбирался с родителями, только потому что вы "не продаетесь"?

Последнюю фразу Тимур сказал с нескрываемым отвращением. Вере казалось, что он дал понять, часть про "я не продаюсь, и бла-бла-бла" его не устраивает.

— Тимур Ильдарович… — начала Вера, но он ее перебил.

– Вера, — тяжело вздохнув, Мартынов повернулся и посмотрел прямо на девушку.

Только сейчас Вера заметила то что раньше не замечала — он устал. Устал от всего этого, и скорее всего от Веры и ее бзиков.

Прикрыв глаза, Тимур продолжал думать как правильно поступить с ней. До конца семестра оставалось две недели. Если он ее уволит, то на поиски нового, ХОРОШЕГО, учителя уйдет пару месяцев. За это время родители одиннадцатиклассников порвут его на мелкие части и сожрут без соли.

О Вере и ее методах преподавания было много хороших отзывов. Те из учеников кто слушал и делал то, что она говорила, получали высокие баллы на вступительных экзаменах в университетах. Участники олимпиад по ее предмету всегда занимали призовые места. Она была хорошим преподавателем.

Что не так в этом случае? Неужели она решила показать, что она не такая. Выпендривается, или просто набивает себе цену. Тимур не мог понять сидящую перед собой девушку. Он не верил ее словам, у всех есть цена, и все, увы, продаются. Почему она решила пойти другим путем? Пусть берет взятку, он будет ее презирать как всех остальных, и дело в шляпе. Все должно быть просто, но она пришла к нему и теперь рушит всю систему.

Мартынов обошел стол и облокотился бедром об столешницу возле Веры.

"Слишком близко!" — внутренний голос Веры начал поднимать панику. Мужчина действительно был слишком близко, если он нагнется, то спокойно достанет до ее лица своим. Почему именно такой метраж пришел ей в голову, Вера не хотела рассуждать.

— Интересная ты, Вера. Хочешь казаться лучше других? — Мартынов сложил руки на груди, от этого мышцы рук и плеч напряглись еще больше, Вере казалось что вот-вот и ткань треснет. Только после пары секунд она поняла что он откровенно ее оскорбляет.

— Я ничего не пытаюсь. Я просто хочу чтоб вы знали мою позицию. — Старалась не повышать голос Вера.

— Вера, твоя позиция никому не интересна. — Отрезал Мартынов.

— Она интересна мне, — Веру начинало трясти от злости. Почему он ее провоцирует.

— И ты думаешь, что это лучшее место для такой принципиальной девушки? С такой позицией? — с иронией посмотрел на нее Тимур. Его веселила вся эта ситуация.

— Тимур Ильдарович, извините, но я не понимаю к чему этот разговор. Если вы хотите меня уволить, то так и скажите! — Вера не выдержала. У нее не осталось сил на перепалку с директором.

Веселая ухмылка сменилась серьезным лицом. Мужчина наклонился к Вере, одной рукой он оперся о стол другой взялся за спинку Вериного стула. Их лица оказались очень близко.

Вера оцепенела. Она боялась пошевелиться, лицо директора было на одном уровне с её, их разделяли пару сантиметров напряженного воздуха. В кабинете стало жарко, у Веры опять предательски пересохли губы. Она всеми силами пыталась не облизывать их находясь так близко к нему. Он смотрел прямо Вере в глаза, гипнотизировал.