Чтение онлайн

Во-первых, как таковой информации почти не осталось. По крайней мере той, которая помогла бы вжиться в роль Элены.

А во-вторых, кому и зачем понадобилось подчищать биографию такой недалёкой девицы?

Уж не оттого ли, что сбежала она в другой мир не только развлечения ради?

Как бы мне ни хотелось, но любопытство буйствовало, не давало покоя, и я принялась строить догадки на этот счёт, только долго мне подумать не дали. В дверь заскреблись, и я даже не сразу поняла, что это копошение принадлежит кому-то. Но потом постучали, тихо, но всё же куда отчётливее.

Я замерла, кажется, даже дышать перестала. И кого это нелёгкая принесла?

Нет, открывать я не собиралась, но посмотреть, кто там явился очень хотелось.

Аккуратно положила папку на стол, одёрнула рубашку, что доходила мне едва не до колен, и на цыпочках пошла к двери. Настойчивый посетитель и не думал уходит, всё так же постукивал в дверь, но когда подошла ближе, то поняла – этого посетителя стоило ожидать.

Профессор Элшар. Горе-любовник, ловелас, хахаль и прочие эпитеты, к нему относящиеся.

Он тихо барабанил пальцами по дереву, и приговаривал:

– Эли, это я, открой. Я знаю, что ты здесь! Открой. В корпусе никого нет. Открой.

И так без остановки. Вот же приставучий. А ему в голову не приходило, что если девушка тебя игнорирует, то значит не нужно проявлять такое упрямство? Видимо, не приходило, раз он стоял и повторял, словно заведённый одно и тоже.

Честно слово, едва сдержалась, чтобы тоненьким голосом не сказать:

– Дома никого нет.

Так он упрямствовал минут двадцать, не меньше, я же за это время успела сходит на кухню, найти там довольно вкусные местные печеньки. Разогреть воду для чая, правда, не получилось. Пыталась пойти по уже известному пути – прикоснулась ладонью, но ничего не сработало. Магии будто и не было вовсе. Пришлось жевать печенья всухомятку, потому что в закромах у этой девы ничего больше не нашлось. На сегодня придётся озаботиться ещё и пропитанием.

Когда профессор Элшар всё-таки удалился восвояси, я принялась более внимательно осматривать вещи Элены. В кухонных шкафчиках было не густо – с десяток кусочков сахара, упаковка печенья, какой-то травяной сбор. В гостиной в ящиках стола вообще ничего не было, кроме двух криво оторванных листочков, и те были чистыми.

В спальне в прикроватных тумбах тоже царил идеальный порядок, что, смотря на творившийся повсюду хаос было довольно подозрительно. Я уже уверилась в том, что бумаги, наверняка имевшиеся у Элены, исчезли так же, как и документы из личного дела – не просто так.

Нагнулась посмотреть под кровать, но и там ничего, кроме толстого слоя пыли не обнаружила. Кроме тёмного краешка какой-то бумаги. Кое-как достала его. Им оказалась маленькая чёрно-белая фотокарточка. На ней была изображена… шкатулка. Резная, украшенная драгоценными камнями. Дорогая, но… совсем не простая. Даже от фотографии веяло каким-то потусторонним холодом.

А эта Элена была той ещё штучкой. Как бы мне ни хотелось, нужно будет сегодня как-то вызвать Гришу и расспросить его с пристрастием о том, чего мне вообще ждать.

Шкатулку я рассматривала долго, пыталась понять, откуда взялось это странное чувство, будто спрятано под резной крышкой что-то тёмное, нехорошее. Собственно, я никогда не страдала излишней мнительностью и суеверием, но тут не могла отделаться от мысли – что-то здесь не так.

С фотографией вернулась в гостиную и так и застыла на месте – на столе лежала небольшая стопка книг и большой, сложенный пополам лист сверху них. И ещё одна записка:

«Это на случай, если соберёшься куда-нибудь выйти»

А Гриша прохвост, однако! И дело сюда притащил, и книжечки вот, видимо наперёд знал, что в лечебнице надолго я не задержусь. Или именно на это и рассчитывал?

На большом листе, или точнее сказать, холсте, была карта академии. Подробная. Жаль только, не имела ничего общего с картой Мародёров, а было бы здорово, точно знать, где находится ректор и профессор Элшар, чтобы избегать встречи с этими двумя индивидами. С первым, потому что его брезгливость вызывала раздражение, а со вторым… А, собственно, с ним по той же причине встречаться не хотелось – раздражал он меня безмерно своей навязчивой любовью.

В стопке книг обнаружились следующие:

«Краткий справочник по миру Эхноэр»

«Краткий справочник для переселенцев»

«Памятка на чрезвычайный случай»

Последней была вовсе не книга, а тоненькая брошюрка. Её я и открыла, потому что справочники справочниками, а вот чрезвычайный случай – дело неотложное.

Но каково же было моё разочарование, когда на двух листах брошюры были расписаны приветствия и поздравления с новосельем, и только на одной важная (до смешного) информация:

«… Если вам грозит смертельная опасность, то стоит обратиться в ближайшее отделение стражи и предоставить жетон о переселении. Если же такая угроза отсутствует, то возникающие проблемы вам стоит решать самостоятельно».

Вот так – мол, за что боролись, на то и напоролись, выкручивайтесь, как хотите. Интересный подход, какой-то странный и неправдоподобный, ведь Григорий утверждал о точной работе всяким там служб, а тут – ваши проблемы, вам и разгребать.

Поговорить с горе-работником захотелось ещё сильнее, жаль, что не застала, его, когда он принёс вот это вот добро. А может он специально так быстро сбежал, лишь бы со мной не встречаться, ведь мог бы вежливости ради хоть поинтересоваться, как я тут устроилась.

Вопросы множились, ответы на них не находились, и я всё больше закипала от злости. Вот вроде Григорий всё складно рассказывал, когда мы сидели у него в кабинете, а всё равно картинка не складывается. Или это я такая бестолковая, и секрета тут никакого страшного нет? Не знаю.

Ладно, пока отложим мозговой штурм, нужно позаботиться о бедном желудке, который уже вовсю выводит громкие рулады, недвусмысленно намекая – меня пора кормить. Карта есть, осталось найти одежду. С горестным вздохом отправилась в гардероб.

Что самое удивительное, одежда на выход не была столь вульгарна, как та, что предназначалась для дома. Свитера с высоким горлом, из мягчайшей пряжи, чем-то напомнившие кашемировые изделия, только ещё нежнее. Длинные повседневные платья хоть и с вырезами, но не такими глубокими, вполне целомудренные блузки, юбки в пол без разрезов и даже не в обтяжку. Хотя и других вещей тоже было в достатке, на манер тех, в которых я пришла из лечебницы, но их было не абсолютное большинство, что, несомненно, радовало.