Чтение онлайн

Первый президент Америки Джордж Вашингтон создал эталон на будущее — он просидел на своем месте ровно два срока по четыре года (с 30 апреля 1789 года по 4 марта 1797 года). До сих пор ни у кого в США не возникает мысли пересмотреть этот срок.

Ситуация как в Спарте, где действовал закон, что всякий, кто придет в Народное собрание с новым законом или с предложением отменить старый, должен принести с собой веревку, на которой его повесят, если предложение будет отклонено. По понятным причинам за всю историю Спарты не было законодательной инициативы — жили по законам Ликурга. В США, правда, было одно исключение — Франклин Рузвельт, бывший у власти с 1933 по 1945 год. Наверное, это объясняется исключительной необходимостью.

Новорожденные США туго пеленаются в либеральные пеленки, укрепленные сдержками и противовесами. Например, что в разных штатах действуют разные законы — это не случайность. Это сводит роль президента к роли телефонистки, выполняющей согласовательные функции. У него и так мало власти, но система делает ее еще меньше.

Банк при такой власти становился единственной постоянной силой — Храмом. Ему было все равно, кто победит на выборах. При любых раскладах победитель придет на время и уйдет навсегда. Малый срок не позволит ему высунуть носа дальше текучки.

Если история становления Банка Англии достаточно прозрачна, то история Банка США (сейчас он называется ФРС) более сложная и запутанная. Чтобы уловить тренд и суть, увидеть контур и направление, нужно игнорировать детали. Иначе нас обволочет туман, который скроет главное. Тенденцию видно лишь в крупных штрихах.

Чтобы ухватить суть финансовой истории США, начну с того, что государство всегда ориентировано на сохранение себя. Частная инициатива всегда ориентирована на прибыль, о благе государства она даже не пытается думать. Благо общества для частного капитала даже не бонус, а сопутствующее явление. Есть — ну и пусть. Нет — ну и нет.

Чтобы частная инициатива максимально реализовалась, ей нужны условия. Создать эти условия может только сильное государство, играющее в некотором роде роль опекуна. Государство должно держать частника в узде, чтобы он сам себя не уничтожил.

Взаимоотношения власти и бизнеса подобны воздушному змею и веревке. Змей рвется на свободу, ввысь, но веревка его удерживает. В итоге и змей, и веревка оказываются на высоте. Но стоит змею освободиться от веревки, как оба упадут на землю.

Есть случаи, когда без государства бизнес не может запустить выгодные во всех смыслах и прибыльные проекты. Например, перейти на водородные двигатели выгодно с точки зрения и экономики, и экологии. Технически это давно возможно. Но автопром не выпускает такие двигатели, потому что нет сети станций, заправляющих водородом. Построить такую сеть может только государство. Следом быстро отреагирует автопром.

Взвешивая все плюсы и минусы, государство одни отрасли передает в частные руки — медицину, строительство, торговлю, производство и прочее. Другие оставляет под своим контролем — армию и флот, естественные монополии типа метро и тому подобное.

Во все времена во всех государствах деньгами управляла исключительно власть. Это считалось стратегической областью, и потому передача ее в частные руки воспринималась примерно так же, как передача управления армией. Первая страна в мире, где управление деньгами было передано в частные руки, — Англия. Это стало возможно только после изменения политической системы. При абсолютной монархии подобное было невозможно.

В США создали систему с максимально распыленной и временной властью. Кому в этих условиях можно доверить управление финансами? Отвечая на вопрос, исходили из того, что избирательный цикл не соответствовал финансовому. Политики, выбранные на малое время, мыслят в коридоре от выборов до выборов. Принятие финансовых решений требует оперировать в более широком временном коридоре. Конфликт налицо.

Возникает вопрос о защите финансовой сферы, во-первых, от самих политиков; во-вторых, от чрезмерного государственного влияния. Оптимально исключить или свести к минимуму роль политиков и государства в финансовой сфере.

Но если не государство будет контролировать финансовую область, то кто? Ответ очевиден — кто понимает природу экономики и финансов, профессионалы. Если делом займутся дилетанты, они провалят его, как провалили революционеры финансы Франции.

Как строить здание должны строители, а лечить зубы дантисты, так управлять финансами должны профессионалы своего дела. Рынок и конкуренция оставят на сцене только лучших. Неудачников и бракоделов выдавят конкуренты.

Изготовление денег позиционируется обычным бизнесом, ничем не отличающимся от автомобильного или строительного бизнеса. Зачем власти лезть в производство? Ей должно быть все равно, кто что делает. Главное, чтобы налоги золотом платили.

Из этих рассуждений вытекает, что оптимально передать финансы в управление профессиональных банкиров. Профессионализм, частная инициатива и огромный опыт гарантированно дадут результат, превышающий эффект от любой самодеятельности.

Опираясь на такие умозаключения, отцы-основатели США приходят к выводу, что финансовая область нарождающегося либерально-демократического государства должна быть полностью открыта для частной инициативы.

Отказавшись от государственного регулирования финансовой области, Америка отказывается от централизованной финансовой системы. Штаты вели свою финансовую политику. Каждый штат разрешал делать деньги всем, кто имел желание и лицензию (ее мог купить любой желающий).

Центральное правительство никак не регламентирует их деятельность. Оно только устанавливает размер налогов и государственные платежи, которые брались драгметаллом или бумагой, которую со 100 %-ной гарантией можно было в любое время обменять на золото.

В этот период американские деньги весьма разнообразны. По рынку ходят на правах денег расписки на табак и виски, которые в любое время можно было поменять на табак и виски. Ходят золотые и серебряные монеты разных государств. Ходит драгметалл на вес.

Американский рынок наполняют бумажные деньги — расписки на золото — точно так же, как и европейский. На всех расписках было написано, что их в любое время и по первому требованию можно обменять на золото согласно указанному на них номиналу.

Некоторые расписки действительно можно было поменять на золото. Но это было исключением. Правилом было то, что учреждение, выпускавшее бумажные деньги, крайне неохотно меняло бумагу на золото. Без дополнительных усилий это было нереально.

На этой теме возникает отдельный бизнес — крутые ребята скупают за бесценок бумажные деньги и предъявляют их банку, который их выпустил (эмитировал), требуя обменять бумагу на золото, обещанное по номиналу. С золотом всегда оставался сильный. Слабому всегда доставалась бумага и надежда выдать ее кому-нибудь за золото. Иногда с золотом оставались банкиры, иногда — крутые ребята. Бардак царил полный.