Чтение онлайн

Сергей замолчал.

— И что теперь? Что дальше?

— Дальше… посмотрим, — ответил Сергей. Он задумчиво взглянул на девушку. — Не знаю, Ань. Вероятней всего, мы встретим еще людей… А может, будем жить отдельными небольшими группками, как, например, наша сейчас. Женщины есть, мужчины… О Господи, что я говорю, ради Бога, извини!

Сергей так покраснел, что у него заалели даже уши. Аня рассмеялась, чувствуя нежность к этому большому ребенку.

— Все в порядке, — она легонько прикоснулась к его плечу, все еще смеясь. Он смущенно поглядел на нее и тоже улыбнулся. — Я поняла, что ты говоришь это гипотетически, — девушка снова хихикнула. — Продолжай, у тебя хорошо получается.

— Ну… вот, — он на мгновение потерял нить рассуждений, она это видела, но потом снова нашел и продолжил: — Скорее всего, у нас будет кучка этаких кланов, в каждом из них, что очень даже вероятно, к власти придет самый сильный и хитрый мужик. Заметь, я не говорю умный. Ум сейчас будет стоить немного — гораздо важнее безопасность, которую сможет обеспечить только сила. А умного сильному подчинить легче легкого, но вот наоборот — почти невозможно. Это как возвращение к истокам, только у нас есть небольшое преимущество перед первобытными людьми: вокруг полно всяческих нужных и не очень штук, которые мы можем использовать для того, чтобы сделать нашу жизнь лучше.

— Например, включить свет в доме, — заметила Аня.

— Ага, ты уловила. Но… — он задумался, потом продолжил, уже тише. — Есть еще и куча штук, гораздо менее полезных.

Аня почувствовала холодок, пробежавший по спине.

— Ты про оружие?

— Да. Это ведь по большому счету всего лишь вопрос выживания — обзавестись или нет одной или даже несколькими — на всякий случай — подобными игрушками. И ответ на этот вопрос вполне логичен для каждого разумного человека. Проблема только в одном: многие из оставшихся при своем уме не отличаются наличием разума.

— Ты клонишь к тому, что некоторые из них могут попытаться использовать оружие против обычных людей вроде нас? — спросила Аня. Она испуганно посмотрела на мрачного Одинцова. — Но ведь это… глупо!

— Не глупее чем то, что привело ко всему этому, — заметил он.

Они помолчали, думая каждый о своем, но об одном и том же по сути. После пары минут тишины Аня спросила.

— Но я не понимаю, почему все должно быть так, как ты описал? — она пожала плечами. — Это ведь не конец света, ты сам только что говорил об этом… Тогда почему бы нам не вернуть все как было? Разве это плохо?

— Возможно, и не плохо, — Сергей вздохнул. — Многие говорили о глобальном потеплении, загрязнении окружающей среды и всяком таком… только разговоры как-то забывались, когда доходило дело до того, чтобы вечером горел свет в комнате, работал телевизор, а стиральная машинка полоскала портки этих защитников природы. Сейчас вроде бы все проблемы решены, но… я не думаю, что они этому так уж рады. Как, впрочем, и мы сами. Но основная причина невозможности вернуть все на круги своя в другом. Боюсь, у всех, кто еще не болен вскоре возникнет проблема другого плана: нас будет гораздо больше волновать, как бы нам выжить — читай — избежать встречи с зараженными. А они, как мне кажется, не питают к нам особой любви.

— Да уж, это точно. Интересно, почему?

— Не знаю, — Сергей пожал плечами. — И сомневаюсь, что в ближайшем будущем мы узнаем.

Аня кивнула. Действительно, они могли только предполагать, а предположения в полном отсутствии каких-нибудь знаний были так же ценны как засохшая коровья лепешка. Девушка вздохнула.

— Неизвестно, что будет впереди, — мягко сказал Сергей. — Возможно, все действительно так, как ты говоришь: нас встретят люди в белых халатах, накормят горячей едой и уложат спать в настоящие кровати с ярко горящими ночниками у изголовья. Нам не дано предвидеть будущее.

— Грядущее сокрыто… — пробормотала Аня скорее самой себе, чем Сергею.

— Что-что? — он с любопытством взглянул на нее.

— Был такой мультик, старый. «Кунг-Фу Панда», — Аня улыбнулась улыбкой сделавшей ее похожей на девочку. — Там был учитель… не помню как его звали, помню только что он был черепахой. Так вот эта черепашка сказала такую фразу: «Прошлое забыто, грядущее сокрыто, настоящее даровано».

— Забавно, — Сергей усмехнулся и повторил: — Прошлое забыто, грядущее сокрыто, а настоящее даровано. Мне нравится.

— Ага. Вот эти слова мне сейчас и вспомнились. Наверное, они принадлежали какому-нибудь знаменитому восточному философу или мудрецу, хотя какая сейчас разница?

— Наверное, никакой, — Сергей улыбнулся. — Слушай, ты мне напомнила! Открой-ка бардачок, я там нашел кое-что.

— И что же? — Аня щелкнула замком, подняла крышку и ей на колени упала кассета для магнитолы. Она с любопытством посмотрела на выцветшую от времени обложку и звонко рассмеялась.

— Господи, ну и вкусы были у водителя этой колымаги! — смеясь, она показала ухмыляющемуся Одинцову картинку с нарисованными на ней героями мультфильмов. — Мультики!.. Песни из мультиков, Боже мой!.. Смотри, Бременские Музыканты, Кот в Сапогах… Буратино…

— Включай, послушаем, хоть какое-то веселье, — тоже смеясь, ответил Сергей. Впервые с тех пор как они впопыхах убежали из Санатория, он чувствовал, как темный полог тоски, накрывший сердце, поредел, пропуская солнечные лучи.

Аня вставила кассету, нажала на кнопку воспроизведения и замерла.

— Слушай, может он не… — но тут заиграла музыка и она замолчала, завороженная чарующими звуками. Девушка сидела, глядя на бегущую под колеса дорогу, и улыбалась, слушая веселые песни из мультфильмов своего детства. Несколько минут спустя Сергей взглянул на нее, собираясь что-то сказать, но тотчас закрыл рот и снова уставился на дорогу, смущенный.

Аня улыбалась и плакала, вслушиваясь в музыку мертвого мира.

Сергей остановил машину на небольшом холме и вздохнул. Все так, как он и думал. Черт побери! Мужчина в сердцах хлопнул себя по колену, задремавшая Аня вздрогнула и открыла глаза.

— Что случилось? Почему мы остановились? Ох… — воздух вышел из ее груди протяжным выдохом. Она прижала пальцы к открывшемуся рту, словно боясь закричать. Ее широко открытые глаза, не моргая, смотрели вперед, на то, что лежало под ними в гаснущих лучах солнца.

Сергей открыл дверь, спрыгнул на землю и пошел к кузову, постоянно оглядываясь через плечо на картину, открывающуюся с холма. Он подошел к заднему борту и нетерпеливо ударил по нему несколько раз.

— Что такое? Почему стоим? — Мишка щурился на неяркий вечерний свет.

— Спускайтесь. Вам надо на это посмотреть.

Ничего больше не говоря, он отошел обратно, к кабине. Аня тоже выбралась наружу и теперь стояла метрах в пяти перед машиной и смотрела вниз, обхватив себя руками и едва заметно дрожа. Одинцов подошел к ней и, не особо задумываясь над тем, что делает, просто повинуясь импульсу, обнял ее за плечи. Девушка благодарно взглянула на него, попыталась улыбнуться, но ничего не вышло — губы тряслись так, будто она стояла на ледяном зимнем ветру.