Чтение онлайн

Я чувствовала только как сильно горят мои щеки.

– Хочешь чай? Или что-нибудь покушать? – спросил Стефан.

Я отрицательно покачала головой. От мысли о еде меня начало мутить и я стала часто и глубоко дышать, чтобы прогнать тошноту. Стефан сел рядом со мной и взял меня за руку. Поглаживая трещинки, он сказал:

– Я не могу гарантировать, что все пройдет хорошо, прости.

У меня на глаза наворачивались слезы. Я не должна плакать! Я сильная!

– Что-то нужно делать? – спросила я, стараясь говорить как можно спокойнее. – Не знаю, ритуал какой-нибудь, заклинания читать или что там еще?

Стефан засмеялся:

– Ничего.

– Ничего? Совсем?

– Процесс не до конца изучен, мне не дают на это времени…

– А что должен делать наставник или, как его… катализатор? – перебила я. – И как мы обойдемся без него?

Меня охватывала паника. Просто лежать и ждать неизвестно чего – как при таком раскладе настроить себя на победу? Мне было очень страшно. И из-за своих страхов я не сразу заметила, что Стефан не ответил на вопрос. Он вообще старался не смотреть на меня, просто немного поглаживал мою руку. Он был подавлен.

– Я постараюсь тебе помочь, – наконец, выдавил он. – Но не знаю, что получится. Я давно… не практиковался…

Я выжидающе смотрела на него. Он что-то скрывает, прячет глаза, но спросить напрямую об этом я не решалась. Блин, он знает, что я умираю! Я не знаю, что и каким образом должно произойти, чего вообще ждать?

Стефан сжал мою руку и поднял глаза.

– Я тоже не знаю, чего ждать! – сказал он сдержанно. – Я давно никому не помогал. Последние несколько лет я только выслеживал нужных людей и приводил к Стелле. Она помогала людям восстановиться.

Я, молча, слушала. И поняла, что Стефану нужно выговориться, его что-то гнетет, поэтому просто слушала. Да, я ненормальная – думаю не совсем о том, о чем нужно.

А он протер лицо руками и глубоко вздохнул. Потом лег со мной рядом, взял мою руку в свою, и уставился в потолок. Еще раз глубоко вздохнул и продолжил:

– Стелла специально не отвечает на мои звонки. Они считают, что это должен сделать я. И им все равно, если я не справлюсь, все равно, если ты не выживешь.

Значит я – его испытание. Моя жизнь никого не волнует. Мне стало жалко себя, и несколько слезинок скатились по моим щекам. Почему? Стефан снова сжал мою руку и ответил на мой мысленный вопрос:

– Я был лучшим. Конечно, гордился этим. Всегда и во всем первый. Я всегда знал, что справлюсь, и не придавал значения мелочам. И не смог сохранить чью-то жизнь в момент восстановления. Просто отвлекся. На мгновение. Но это мгновение стоило кому-то жизни. Говорю же, процесс до конца не изучен, не понятно само действие катализатора и внешних факторов… Короче, в следующий раз я был сосредоточен, чтобы не допустить ошибки снова. Но малейшая мысль о том, что все повторится – и снова потерянная жизнь. Дальше больше – я начал бояться, что человек, которому я помогаю, снова умрет. И этот страх убивал его. Я перестал присутствовать при восстановлении. Продолжал искать талантливых людей, а остальным занималась Стелла.

Он помолчал немного. А я обдумывала его слова. Вот откуда эта насмешливая улыбка. Он привык всегда и во всем быть первым, выше других. Но он зазнался и допустил ошибку.

Он вдруг засмеялся, очевидно, прочитав мои мысли.

– Ты совершенно права, – сказал он, кладя мою руку к себе на грудь и накрывая своей. – Совершенно права. Я зазнался, допустил ошибку и стал бояться, что не смогу ее исправить. И чтобы больше не ошибаться, просто перестал стараться. Я сдался.

Он повернулся на бок, чтобы заглянуть мне в глаза, и сказал:

– А теперь я не знаю, как тебе помочь.

Мое лицо не выражало никаких чувств. Я видела Стефана, слышала его, но шевелиться, говорить или пользоваться мимикой я уже не могла. Могла только думать – и все. И я думала – должен быть выход.

– Мне жаль, – прошептал он. – Но я не могу тебе ничего обещать.

Мне хотелось кричать, плакать, биться в истерике – это несправедливо! Неужели нет другого способа поднять ему самооценку? Почему надо кем-то пожертвовать? И почему именно мной?

И вдруг все мое тело пронзила жуткая боль. Я согнулась пополам, схватилась одной рукой за ткань простыни, а другой – впилась ногтями в руку Стефана. Он подскочил, схватил меня в охапку и прижал к себе. Меня бросало то в жар, то в холод, а боль потихоньку стихла. Я больше не чувствовала своего тела. Опять.

Внезапно я увидела нас со стороны. Я стояла у подножья кровати и видела, как Стефан обнимает черно-белую меня и убаюкивает как ребенка. Все мое тело покрывали серые трещинки, как татуировки, глаза открыты, как будто стеклянные. Я видела нас также со стороны в больнице, перед разводом. Но на этот раз Стефан не видел вторую меня. Стефана и черно-белую меня обволакивала еле заметная дымка.

В больнице, видя себя со стороны, я не могла двигаться, пока мое настоящее тело не превратилось из черно-белого в цветное. Я попробовала пошевелить рукой – все получилось, я могу двигаться. Но черно-белое тело на руках Стефана не двигалось и не обретало цветность. Я попробовала дотронуться до Стефана – моя рука прошла сквозь него. Ужас! Я призрак! Я закричала, но не услышала своего крика. Значит, все, что я могу – это двигаться, видеть и слышать. Я попробовала дотронуться до своей черно-белой руки – холодная. При этом я чувствовала два прикосновения – как я прикасалась и как ко мне прикасались. Невероятно! Я проверила у бесцветной пульс – есть, но слабый. Значит, я еще жива. Но почему меня две? И как сообщить Стефану, что произошло? Написать! Если, конечно, получится. Я двинулась к сумочке, которая висела у входной двери на крючке прихожей. Но, сделав пару шагов, споткнулась и распласталась на полу. Меня как будто что-то держало за ноги. Я поднялась и сделала круг вокруг кровати – сообразила, что не могу отойти от своего тела дальше, чем на пару метров.

Что делать? Я обхватила себя руками и обратила внимание – я-призрак цветная, без трещинок и в том же белом махровом халате. Каким-то образом я покинула свое тело, отчего оно стало черно-белым. Надо вернуться в свое тело. Но как? Мы реагируем друг на друга как два разных человека. Как человек может влиться в человека? Бред, я сошла с ума!

Стефан перестал убаюкивать бесцветную. Дымка, окружавшая их, пропала – он сдался. Он аккуратно положил ее на кровать, расправил халат, погладил по волосам, по щеке – я при этом ничего не почувствовала. Потом он, немного подумав, наклонился и нежно поцеловал бесцветную в губы.

– Прости… – прошептал он.

– Нет! Нет! Ты не можешь уйти! – закричала я немым голосом.

Но Стефан меня не слышал, он быстро собирался. Мне нужно вернуться, он должен знать, что я жива! Как это сделать?

Стефан ушел глубокой ночью. Я села на край кровати и заплакала. Может быть, все не восстановившиеся люди просто вот так превращались в призраков? И не могли больше найти дорогу в свое тело? Что-то подсказывало, что это не так. В больнице Стефан видел меня и разговаривал с моим призраком. Но я не могла пошевелиться, пока бесцветная «я» не обрела цвет, то есть не начала чувствовать свое тело. Но сейчас я чувствовала.