Чтение онлайн

"Основными элементами, из которых формируются паттерны человеческого поведения, являются системы восприятия, благодаря которым люди воздействуют на свое окружение: зрение [...], слух [...], кинестезия (ощущение положения и движений частей тела, относительно себя самого) и обоняние, чувство вкуса [...]. В рамках нейролингвистического программирования, мы исходим из принципа, что все различия, которые мы ощущаем, по отношению к нашему (внешнему и внутреннему) окружению, могут быть осмысленно представлены, с помощью понятий из области этих систем восприятия. [...] Мы видим, что наши общие актуальные ощущения можно закодировать в осмысленной форме и они состоят из комбинации этих типов восприятия. [...] В НЛП сенсорные системы обладают большим функциональным значением, нежели в классических моделях, где ощущения определяются как пассивные механизмы ввода (input). Информация ощущений или различия, воспринимаемые каждой из этих систем, инициируют и\или изменяют, с помощью нейронных связей, процессы поведения [...] человека. Каждый тип восприятия является сенсомоторным комплексом, отвечающим (responsible) за определенный тип поведения. Сенсомоторные комплексы называются в НЛП системами репрезентации.

Каждая система репрезентации представляет сеть из трех частей: (1) вход, (2) репрезентация\обработка и (3) выход. Первая фаза, вход, состоит в сборе информации и получении обратной информации из внутренней и внешней среды. Репрезентация\обработка включает отражение среды и формирование стратегий поведения. [...] Выход это каждо-разовый эффект трансформации, переданный репрезентацией процесса отражения.

В НЛП понятие поведения определяет активность внутри процесса репрезентации, в каждой из этих фаз. Процессы видения, слушанья и ощущения сохраняются так же как и мышление. Если мыслительный процесс разложить на составные элементы, то начинаются процессы сенсорного типа: внутреннего видения, слышания внутреннего диалога, ощущения чего-то и т.д. Каждый выход, конечно тоже является поведением - начиная от микро типов поведения, как движения глаз, изменение звучания голоса или частота дыхания и заканчивая типами макро поведения, такими как спор, болезнь игра в мяч" [378] .

На такой основе можно было, кроме прочего, распознавать внутренние механизмы фобических реакций. Их определили как вход интраорганизмической стратегии обработки информации -безопасные входящие раздражители подвергаются долговременной трансформации, ведущей к сильному ощущению страха (и вытекающему из этого поведения). Дилтс и его коллеги пишут:

"один из авторов работал с женщиной в возрасте около 35 лет, у которой было множество проблем со своим мужем и она страдала, поскольку всякий раз у нее проявлялась сильная негативная реакция, если он даже незначительно повышал на неё голос. Тогда её охватывал страх и она ощущала необходимость бежать из помещения, несмотря на то что её муж не был зол и ничем ей не угрожал. Она не желала ощущать подобную реакцию и не понимала её. Однако не могла с этим ничего поделать.

Автор спровоцировал её реакцию и открыл следующую последовательность репрезентации: она слышала усиливающийся голос партнёра (Аеt) и внутренне слышала звучание голоса своего отца (Ait,er), похожего на голос партнера. Это вызывало у неё образ отца (Vier), который сильно побил её в детстве, со свирепым выражением на лице. На этой основе у неё заново высвобождались все чувства связанные с этим, желание бежать, безнадёжность, пережитые ею в детстве" [379] .

Польза такой точки зрения очевидна: психопатологические симптомы, без учёта широкого спектра индивидуальных черт - традиционно сводятся к общим этикеткам болезни (фобия, навязчивые идеи, депрессия, психоз и т.д.). В то же время, концепция стратегий НЛП даёт возможность подходить к самому симптоматическому процессу, как к предмету рассуждений и интервенции [380] . Ссылаясь на вышеописанный случай, создатели НЛП пишут:

"Автор формулирует и вводит новую стратегию. Как только голос партнёра приближается к интонации голоса отца, клиентка немедленно должна смотреть на лицо партнёра, сравнивая его с грозным выражением на лице отца, которое она запомнила. (Ve/Vier). Если выражения лиц будут схожи, ощущение опасности будет оправданным и она может высвободить свою старую реакцию. Если же выражение лиц не будет подобным, а так было чаще всего, она должна попросить партнёра говорить тише (Aed), чтобы коммуникация с ним не была проблематичной для неё. Когда уверенности не было -нужно было перейти в другое место помещения и посмотреть на партнёра с безопасного настояния (KeVeKi) и тогда попросить его говорить тише. Таким образом, определённое сходство в звучании голоса и выражения лица, было использовано как определение контекста и критерий принятия решения, какую операцию или стратегию необходимо применить" [381] .

Этот пример хорошо отражает, каким образом в начале восьмидесятых годов, создатели НЛП приближались к проблеме терапевтических изменений, на основе Модели Четвёрки (4-Tuple), вначале открывая индивидуальные ментальные стратегии (ориентированные на процесс описания исходного состояния). Потом формулировали, соответственно контексту стратегии, открывающие дополнительные возможности выбора (ориентированные на процесс описания желаемого состояния). С помощью многих техник коммуникации и методов проведения изменений, созданных за годы работы, наконец взялись за введение желаемого процесса как бессознательной программы поведения [382] .

Такая работа над изменениями требовала также нового сознания у пациента. Терапевты больше внимание уделяли содержанию слов, посвящая большую часть терапевтической встречи постановке важных гипотез о верном значении слов клиента. Однако согласно основным кибернетическим принципам формирования терапевтического контакта, нельзя было избежать, возникших таким образом, разрывов в системе передачи обратной информации между клиентом и терапевтом. К тому же терапевты, ориентированные на работу с изменениями, такие как Перлз, Сатир и Эриксон, подчёркивали, как необычайно важно замечать микро поведение людей, проходящих терапию и непосредственные реакции на них. Согласно этому принципу, необычайно точное и сопутствующее всему процессу интеракции, чувственное восприятие, казалось conditio sine qua поп для действительно эффективной работы над изменениями.

Относительно этого вопроса, Стивен Гиллиген привел свою интересную беседу с Эриксоном. В начале гипнотического тренинга Гиллиген наблюдал за Эриксоном, во время удивительной работы с клиенткой. Он считал, что необыкновенно виртуозные стратегии Эриксона являлись результатом сложных когнитивных размышлений. Вооружённый Моделью Четверки НЛП, непосредственно после терапевтической встречи, он спросил Эриксона о типе его психических процессов. На вопрос много ли внутренних образов он видит во время работы, Эриксон ответил - нет. Гиллиген вычеркнул эту категорию из своих записей. Потом спросил Эриксона, много ли внутренних диалогов замечает он во время лечения. После того как Эриксон отринул и эту гипотезу, Гиллиген и эту категорию вычеркнул из списка. Когда Эриксон ещё сказал, что во время встречи сознательно не замечает никаких чувств и ощущений, Гиллиген впал в замешательство. Как в таком случае - спросил он Эриксона - можно вообще знать, какой шаг предпринять далее. Эриксон ответил:

"Не знаю [...]. Не знаю, что сделаю, не знаю, что скажу [...]. Лишь знаю, доверяю, что моё бессознательное даст моему сознанию, что-нибудь соответствующее [...]. И не знаю всякий раз, как прореагируют пациенты [...]. Лишь знаю, что будут реагировать [...]. И не знаю, почему [...] не знаю, когда [...]. Знаю лишь, что будут реагировать, как положено, как это больше всего подходит им как личностям. Меня восхищает вопрос которое решение примет их бессознательное относительно реакции. И, таким образом, я спокойно жду, поскольку знаю, что когда она наступит я смогу её принять и использовать. [...] Я знаю, что это звучит странно [...] НО ЭТО ДЕЙСТВУЕТ!!" [383] .

Бэндлер и Гриндер быстро распознали, что психическое состояние Эриксона основывается на непрерывной внешней ориентации на все системы ощущений: в течении интеракции Эриксон отказался от далеко идущих интерпретаций поведения клиента (и связанных с ними процессов фантазии). Вместо этого, всё его сознательное внимание он направлял вовне. Поскольку он был натренирован в регистрации и оценке мельчайших различий в поведении человека, он мог таким образом, сейчас же реагировать на любой непредвиденный поворот беседы. Ориентация вовне защищала его, кроме прочего, от смешивания своих фантазий с фантазиями клиентов, то есть от явления, традиционно называемого переносом или контрпереносом.

Бэндлер и Гриндер назвали это состояние сознания "вне времени" (Uptime). В рамках одного из семинаров, они так описали его значение:

"Вам нужны лишь три вещи, чтобы стать великолепным специалистом по коммуникации. Мы открыли три основных паттерна поведения каждого из терапевтических магов [...]. Во первых он должен понимать, какого эффекта хочет добиться. Во - вторых он должен быть гибок, способен к разнообразным видам поведения, чтобы проверить какие реакции они вызывают. Третьим условием будет богатство чувственного опыта, чтобы благодаря ему заметить ожидаемую реакцию. Если вы обладаете этим, то достаточно изменять своё поведение, пока не наступит нужная реакция. Именно этим мы и займёмся. Мы знаем каких эффектов хотим достичь. Достигаем состояния вне времени [...]. Мы не осознаём свои чувства, образы, голоса, ничего внутреннего. Мы поддаёмся чувственному опыту, который касается реакций, связывающих нас с вами, и всё время обращаем внимание на то, как вы реагируете. Мы изменяем свое поведение до того момента, пока вы не поступите так как нам надо" [384] .