Чтение онлайн

Палец — это одно деление на солнечных часах, которые, к слову сказать, путешественник приметил во дворе. «То есть час», — с удовлетворением подумал Мамбетов. А это очень даже хорошо. Это на целый час приближает его к тому, чтобы навсегда покинуть этот мир и этих неистовых древних, которым он так опрометчиво предложил свою помощь.

Алгур повторил приказ царевича: вооружиться и быть готовыми, да чтоб по-быстрому, одна нога там — другая здесь. Сбор назначил возле своего дома.

Делать нечего — мужчины покивали, поднялись из-за стола и разошлись, судя по выражению лиц, несколько озадаченные. Лишь у четверых бронзовые от загара физиономии так и пылали отвагой и решимостью.

А Мамбу занимало другое: упоминание Уралом солнечных часов. Он задумался. Насколько он помнил, в древней Месопотамии использовали тень от воткнутой в землю палочки. Ползущую по земле тень они делили на двенадцать равных отрезков. И так вычисляли время. Вообще двенадцать, как и двадцать четыре, а еще шесть и шестьдесят — были их любимыми числами. Продвинутая для тех давних лет цивилизация — ничего не скажешь! И откуда они все это взяли: колесо, астрономию, часы и календарь и много чего еще? Вот ведь загадка!..

Из состояния задумчивости его вывел царевич, хлопнувший товарища по плечу:

— Ну как, Мамба, не передумал идти с нами?

Руслан еле удержался от недовольной гримасы, помянув про себя лукавого. Вот ведь черт рогатый — не иначе, бес надоумил его впрячься не в свою телегу! Но Руслан совладал со своими эмоциями и лишь усмехнулся в ответ:

— Отчего ж не пойти? Хорошую драчку и я люблю. Не ты один такой задира!..

Урал радостно расхохотался.

Руслан решил, пока суд да дело, взять нужные пробы для сколковских ученых и отснять небо. Пока он этим занимался, сторонники царевича уже собрались во дворе старосты и теперь дивились на манипуляции загадочного чужака. Воевода со знанием дела пояснил, что великий воин Мамба общается с богами, чтоб те, значит, благоволили в предстоящем деле им, а не врагам. Мол, это особые обряды, призванные умилостивить небожителей. Само собой, слышавший эту галиматью хрононавт своих новоприобретенных друзей в этом не разубеждал. Пусть его будет — дух воинский поднимет хотя б…

Когда закончил, у остальных все уже было готово. Пятнадцать человек — все как один, даже недовольный Римсин — были здесь. Запряженные онаграми и мулами повозки во главе с колесницей предводителя. Мужики почти все в броне, подпоясанные поясами с висящим на них оружием — мечами, палицами-булавами и боевыми топорами.

Кое у кого виднелись луки за спиной, колчаны со стрелами и даже дротики. В общем, экипировались со знанием дела. На повозках виднелись сложенные друг на друга большие деревянные щиты.

И это его сильно напрягло. Он ведь как рассчитывал: ну, древние вообще были очень трудные и нескорые на подъем. Пока еще воинов соберут, пока договорятся, что да как… Потом опять же — план должен быть, каким таким винтом хитрым они сумеют ввинтиться в гм-гм… в общем, в то самое место Зарикуму? А кстати…

Мамба подошел к Алгуру, спросил:

— Каков твой план, воевода? Как нам подобраться скрытно к дворцу и напасть внезапно?

Воевода знал как. Дал указание домочадцам. Те живенько принесли требуемое. Нашли же средь барахла…

— Вот, — ухмыльнулся Аргул, — наденьте на себя.

Всем участникам предстоящей вылазки раздали длинные балахоны — самые натуральные монашеские рясы с капюшонами. Напялив на себя долгополые хламиды, заговорщики, во-первых, разом превратились в жрецов, а во-вторых, скрыли оружие и доспехи. Щиты на повозках прикрыли шкурами.

Таков был план опытного военачальника: выдав себя за служителей культа, добраться до зиккурата, а от него уже рукой подать было до дворца. И войти в город Алгур планировал не через главные, южные ворота, а воспользоваться малоприметным восточным въездом. Там и охрана на входе была послабее.

Мамба про себя скрипнул зубами: все предусмотрел многоопытный вояка. При этом не мог не восхититься тактической мудростью воеводы. Но ему от этого легче не стало. Вообще-то он предполагал оставшиеся несколько часов перед возвращением где-то тихо отсидеться — желательно вдали от дворца, который предстояло штурмовать. Думал: вряд ли заговорщики успеют собраться и подготовиться за столь короткое время. Ан нет, успели, собаки древние!.. И теперь, черт возьми, и ему деваться некуда — соскочить уже не удастся. Самому гордость не позволит, да и не дадут ему уйти просто так. Свои же сообщники прирежут, если попытается дезертировать. Ну попал — как кур в ощип!

Теперь только на «стреляющее огнем» ружье вся надежда. Ну да, тактику нужно выбрать такую: он прячется за щитами, палит во врага, осуществляя поддержку огнем, стращая противника невиданным колдовством, убивающим с грохотом и пламенем на расстоянии. Глядишь, обделаются защитники дворца — и побегут, оружие побросав. Что им и нужно.

А повстанцы помолились своим богам и отправились в путь. Благо и ехать-то недалеко было.

У въезда в город их остановили стражники. Мамба, как и его спутники, при малейшей тревоге был готов наброситься на них и без промедления перерезать горло. Но все обошлось, Алгур, изображая из себя жреца, перебросился с охранниками несколькими фразами на аккадском, и те беспрепятственно пропустили караван повозок за городские стены.

Очутившись внутри, они направились по узким кривым улочкам в сторону центра города, туда, где располагались главные постройки — храм верховного бога Ассура и дворец наместника.

Когда подъехали к возвышающемуся над остальными зданиями зиккурату, предводитель кавалькады поднял руку, призывая всех остановиться. Он поманил за собой царевича:

— Пойдем попробуем договориться со святошами, — и обернулся к остальным: — будьте наготове. Если что-то пойдет не так, вы знаете, что нужно делать.

Мамба кивнул самому себе — он-то уж точно знал. Если жрецы пойдут в отказ, придется их всех мочить — прямо у них в сортире. А это уже будет походить больше на резню, чем на честное сражение. Неприятно, но иначе сорвется их и так рисковый план.

Впрочем, он зря волновался. Через какое-то время показались довольные командиры их диверсионного отряда, сопровождаемые несколькими старцами в богатых одеяниях. «Жрецы на нашей стороне», — успел шепнуть товарищу Урал. В следующую минуту во главе с самим верховным жрецом кортеж двинулся в сторону дворца.

«Архиканоник — это хорошая идея», — подумалось Руслану. Поначалу он отведет подозрения. А потом уже будет поздно. Главное, проникнуть во внутренний двор и сам дворец. Если даже подоспеют верные наместнику гвардейцы, повстанцы смогут забаррикадироваться в здании и держать оборону. А там и сподвижники подоспеют. Алгур еще перед отправкой доверительно сообщил, что послал гонцов верным людям в другие номы. Да и жрецы обещали поднять народ. Теперь все решала скорость и внезапность нападения.