Чтение онлайн

— Слабоумие и отвага. Портить то, что может приносить доход, и одновременно с этим пытаться идти против меня, — покачал я головой. — Это хорошо, что вы сразу обратились ко мне. Есть точная дата и время, когда они собираются это всё провернуть?

— Да, — уверенно кивнул парень. — Также есть имена родов, которые захотели в этом участвовать, чтобы получить свою награду.

— Прекрасно. Значит я нанесу и тем, и другим визит, — довольно улыбнулся я, потирая ладони.

Тут вопрос уже стоял даже не в деньгах. Да, двадцать процентов чистой прибыли — это очень жирно, и терять такой кусок не хочется. Но не это главное.

Главное, что эти высокородные сволочи решили пойти против меня. Они захотели проверить, стану я защищать студента или нет. Ну что ж, поэтому одной защитой шахты я не обойдусь. Тут на кону стоит моя репутация.

И чего они всё никак не поймут, что не надо меня бесить?

— Группа один, мы на месте, — услышал командир диверсионной группы, состоящей всего из пятнадцати человек

Чтоб поддерживать связь в Аномалии, им приходилось говорить через специальный артефакт. Работал он на коротких дистанциях когда ты находишься чуть ли не на расстоянии прямой видимости, но для таких операций годился в самый раз. Особенно когда вы разделитесь на несколько отрядов.

— Группа два, вас понял. Ждите группу три и следуйте плану. Конец связи, — командир убрал артефакт обратно в подсумок и с трудом сдержался, чтобы не выдохнуть.

Мужчина терпеть не мог подобные вылазки. Защищать господина или предприятия, это да. Убивать монстров — с ещё большей радостью. Но идти и уничтожать чужой труд, из-за чего неминуемо пострадали бы невиновные… Это было бессовестно.

Именно поэтому он отдал приказ своим бойцам аккуратно вырубить слуг Беловых, а не убить. Они ведь не виноваты в том, что его господин оказался таким упёртым и не решился договориться по-тихому. Так что приходилось идти хоть на какой-то компромисс.

Зря он конечно пошёл на такую службу, очень зря. Надо было всё-таки стать Искателем и самому искать силы, а не проситься в слуги рода. Да, свои преимущества это были, но свобода явно стоила дороже.

«Ладно, чего лишний раз поминать старое», — промелькнула мысль в голове командира.

Ему в целом не нравилась сложившаяся ситуация. С самого начала, как ему отдали приказ взорвать шахты, мужчина чувствовал какой-то подвох. Внутреннее предчувствие било тревогу, но господин к его мнению решил не прислушиваться.

И вот, оказавшись здесь, оно заиграло только сильнее. Будто он сам пришёл в берлогу к спящему тигру, норовя дёрнуть его за хвост.

Тишина пустой шахты, где из освещения были только магические кристаллы, пугала ещё сильнее. Казалось, словно во тьме кто-то есть, и он смотрит на тебя.

Бросив короткий взгляд на своих бойцов, мужчина лишь подтвердил свои догадки. Те тоже чувствовали себя как не в своей тарелке. С этим местом точно было что-то не…

— Хотите горячую кукурузу? — неожиданно за их спиной раздался мужской голос. — А может пахлаву?

Рефлекторно командир отряда создал в руке молнию и развернувшись на сто восемьдесят градусов, бросил её в сторону говорившего. Точно так же четверо стоявших рядом с ним бойцов бросили заклинания, не опасаясь, что шахта может внезапно развалиться.

Со стороны незнакомца вспыхнул синий барьер. Его света хватило, чтобы увидеть лицо и словно бы живую тень, что сочилась за его спиной. В руках же он в самом деле держал кукурузу…

— Зря вы так. В кукурузе полно клетчатки. Очень полезно для здоровья, — сказал незнакомец, после чего командир отряда почувствовал, как веки глаз потяжелели. Тело полностью ослабло и обмякло. Ещё спустя мгновение, он упал на землю.

Последнее, что он успел услышать, прежде чем потерять сознание:

— Радуйся, что не убил тебя и твоих подчинённых. Хоть побольше проживёшь…

Никита Иванович Ермаков сидел в своём кабинете и смотрел на оставленное на его столе письмо. Ну или точнее на том, что осталось от стола после удара по нему кулаком, что уж поделать, но он не сдержался.

Будучи князем, он давно привык, что его жизни ничего не угрожает. Он был силён, постоянно охотился на монстров, да и верными людьми не был обделён. В конце концов, практически вся треть Сибири считалась его территорией. Кому вообще взбрело бы в голову идти войной на такого человека?

Однако в Российской Империи похоже нашёлся один такой человек. И князь очень хорошо понимал, кому принадлежало письмо. Вздохнув, князь взял бумагу в руку и снова прочитал одно единственное предложение.

«Второго шанса не будет».

Намёк был прозаичен. Оно было отправлено новоявленным князем Вороновым. Молодой выскочка и зазнайка, которому взбрело в голову делать всё, что вздумается. Даже Фроловы не смогли поставить его на место.

Кто спрашивается просил его лезть не в своё дело? Зачем только ему было помогать мальчишке, чей род и так практически уничтожен? Подумать только, стал сюзереном рода, на который все кому не лень точат зуб.

Будто этого мало, этот ублюдок ещё посмел прокрасться к нему в поместье и оставить послание с угрозой? Он вообще страх потерял? Нет, это дело нельзя так оставить. От Воронова надо избавиться, пока он не стал костью в горле.

Может снова объединиться с Фроловыми? Нет, те не умеют доводить дело до конца. Тут надо действовать расчётливее. Хищника нужно сначала загнать в ловушку, прежде чем стрелять из ружья.

Ермаков повернулся в сторону окна, посмотрев на сияющую в ночи луну. Немного подумав, он развернулся, после чего побрёл в сторону выхода. Ему этой ночью предстояло написать ещё несколько писем для своих друзей. Необходимо решить эту проблему.

— Алексей Дмитриевич, вам не кажется, что это было перебором? — спросил меня Белов, когда мы сидели в одном из лучших столичных ресторанов, посвященных традиционной русской кухне.

На ближайшие сутки он был полностью арендован Беловым. Так парень хотел выразить свою благодарность за помощь, что я в свою очередь тоже оценил.

Как нетрудно догадаться, благодаря звуковому барьеру нас также никто не мог подслушать. Хотя для заведения такого уровня это скорее была лишняя предосторожность. Даже если персонал услышал бы какую-то тайну рода, она бы никуда не ушла.

У поваров и официантов тоже был свой кодекс чести, нарушить который было хуже смерти. Кровь в данном случае не могла смыть позора с человека и его рода. Одна ошибка разрушила бы многовековую репутацию заведения. Так что я, пожалуй, был излишне осторожен.

— Нет, не кажется, Роман Олегович, — сказал я, пробуя блинчики с икрой и макая их в специальный соус. — Мне без разницы, что я перешёл дорогу влиятельным родам. Да хоть взять того же Ермакова. Пусть треть Сибири принадлежит ему, и что с того? Для меня он просто человек, который решил, что ему всё дозволено. Таких иногда надо щёлкать по носу, а то зазнаются и начнут творить то, что уже будет вредить империи.