Чтение онлайн

Я улыбнулась и ответила:

— Есть. Делаем следующее: Таггри замораживает почву под нами, а ты ее вспучиваешь.

— Зачем? — не понял Тис, и Гат, соглашаясь с ним, кивнул. — Она все равно будет тяжеловесной и липкой.

— Потратим больше энергии и сил на ее метание в противника, — поддержал его второй. И взмахом руки отразил песчаную волну, которая едва не смела нашу водницу.

— А мы не будем кидаться, мы их вкрутим.

— В базальт? — удивленно переспросил Клифорд. — Ты хоть представляешь наши энергопотери?

— Зачем в него, у нас на это никаких сил не хватит. Мы же добрые, так и быть, свою площадку им уступим и вкрутим их в нее по одному.

— Понял, — просиял Клиф шальной улыбкой и махнул Таггри, — идем готовить место. А ты прикроешь.

— Хорошо. — Я стала близ Тиса и Гата и предупредила их об изменениях в программе и ролях, отведенных им. Парни тут же расцвели предвкушающими улыбками. Вспыхнувший в нашей группе энтузиазм не обрадовал противников, а чрезмерно насторожил, и не зря. Не прошло и минуты, как Дит Мато дал сигнал, а я скомандовала:

— Начали!

Мы отскочили от площадки, одновременно выпустив из рук по два воздушных кокона в высоту не выше метра. Наши противники ожидали кучи песка и комья грязи, парни активировали щиты, а девушки от неожиданности попытались убежать, но все они в этот самый момент были схвачены. Их щиты разлетелись в разные стороны, посшибав с ног наблюдателей, послышался испуганный визг, крики о помощи и заявления о бесчестности нашего приема.

— Это неправильно!

— Вне правил!

— Нарушение задания…

— Профессор, почему не остановите?!

Однако несколько секунд спустя, когда коконы исчезли, оставив после себя шесть всклокоченных и бледных студиозов, вкрученных в площадку до самых локтей, полигон наполнился свистом и аплодисментами, правда, исходили они исключительно от Дениэ Гову.

— Великолепно! — Маг подошел к нам и, отдав приказ помощникам по освобождению проигравших, обратился с ироничным вопросом: — И как вы сладите со мной?

Его насмешку можно было понять, грязные и уставшие, мы выглядели не лучшим образом и вряд ли помышляли о борьбе за главный приз. Не знаю, как остальным, но мне в данный момент больше всего хотелось спать. Вьюны без амулета усиления выпотрошили все искры, и я теперь едва держалась на ногах. Прильнув к плечу Клифа, ответила:

— Да-а-а-а сладим… Только скажите, сколько времени осталось до конца лекции. — Прикрыла зевок ладошкой и медленнее произнесла: — И я тут же решу, какой из способов избрать.

— Три минуты. — Земляник лукаво прищурился. — Успеете?

Осмотрев осоловевшим взглядом полигон, я решительно сказала: «Да», чем вызвала немалое удивление как у участников сражения, так и у самого профессора.

— Очень интересно, — произнес он, потирая ладони: — И как?

— Элементарно.

И с огромным трудом призвала воздушный поток, зачерпнула им грязь с соседней площадки и переместила ее в руку, чтобы на глазах у изумленной публики обрызгать Дениэ Гову со словами: «Вот я вас и закапала».

На полигоне наступила такая тишь, что стало слышно, как капли разжиженной глины срываются с бороды земляника и падают на площадку из базальта.

— Что?! — выдохнул он со смешком. — Но я дал задание закопать противника, а не закАпать!

— Ну… — я кривовато улыбнулась и крепче вцепилась в руку бледного потомка Дит Мато, — договор между нами подписан не был, задание на бумаге не фиксировалось, а значит, ваши претензии более чем голословны. Вы проиграли, профессор. Смиритесь…

Все, что было дальше, помню смутно. Кажется, взирая на всех пустым взглядом, я упрямо отсидела одну из запланированных на сегодня лекций Эфки Нэфки Трумс, продолжая жаться к напряженному плечу басовитого одногруппника. К слову, ненапряженным он быть не мог, потому что из моей сумки то и дело высовывалась лапка напуганного Кишмиша, который мое наличие проверял на ощупь, нередко касаясь и ноги рядом сидящего. Я пыталась сказать студиозу, что взбрык не опасен, но язык мой заплетался, так что произнести что-либо внятное попросту не вышло.

В какой-то момент Клиф плюнул на все, в том числе и на приличия, и молча вынес меня в коридор, не забыв прихватить мою сумку. Путь в кабинет Лесски, как и разговор земляника со стихийником, запечатлелись в моей памяти до отвратительного плохо, а вот шипение девятого — очень даже хорошо.

Он опять вспомнил отборную матросскую ругань и позволил мне мысленно повторить ранее «выученный материал».

Проснулась я в своей спальне в доме маг-опекуна от яркого света, странного шипящего звука и запаха гари. Собственно, после того, как я исчерпала до нуля выданные мне Всевышним силы, желания вставать не было. Как, впрочем, и желания разбираться с необычным явлением световой активности. И я бы продолжала спать, крепко обнимая подушку и закинув ногу на одеяло, если бы Кишмиш не потревожил меня.

Шелест вечнозеленого у самого уха был просительным, а потому я приступила к обычной для последних дней практике — игре «Угадай, чего хочет взбрык!».

— Опять… воды? — спросила сонно и ощутила, как он лапкой скользнул по моему плечу.

Ответ отрицательный.

— Есть хочешь? — и вновь скольжение. — Замерз? — тоже нет, и в этот раз он шелестит куда раздраженнее.

— А, свет… — поняла я, за что тут же получила легкий укол: угадала правильно. — Так возьми и выключи…

И он опять лапкой скользит по моему плечу.

Со вздохом перевернулась на спину, прошептала:

— Кишмиш, не капризничай. Я после опытных работ, знаешь, как устала…

Но он не слушал, покинул люльку из собственных плетений и прошмыгнул мне за шиворот. Неожиданный поворот: мы же договорились, что на шее и в моем корсете вечнозеленый жить не будет.

Оттянув ворот ночной рубашки, укоризненно посмотрела на оккупанта моей груди.

— Ты что творишь? — Дрожащий лист над его сердцевиной, чуть сморщившись, повернулся на мой голос: — Мне неудобно, это неприлично и… ладно, так и быть, свет я сама выключу. Выползай оттуда!

А он в ответ вырастил еще четыре лапки и, молчаливо протестуя, оплел ими меня.

— Взбрык! Вылазь, я сказала…

Судорожное мотание листом из стороны в сторону, и только я попыталась его отодрать, так он до хруста сжал меня в шелестящих объятиях. На мгновение зажмурилась от безысходности и постаралась не думать, где он у меня сидит и что оплетает, поддерживая форму. Просчитала про себя до двадцати пяти и после кратковременных раздумий смилостивилась над шелестящим.

— Хорошо, оставайся. — Он расслабился, а я, поморщившись от боли в ребрах, прошептала: — Но будь другом, хоть объясни, что тебя так напугало.

Лапка Кишмиша медленно, а главное, очень плавно выбралась из-за пазухи и указала направление вверх.

— Люстра? — Я заглянула за шиворот с укором: — Но ты ее уже видел…

Пятилап отрицательно помотал листом, и побег вечнозеленого удлинился еще чуть-чуть, все так же указывая вверх. Я покорно проследила за его движением, нахмурилась.

— Плафон? Тебя плафон испугал?

Листики на побеге раздраженно зашелестели, и я со вздохом попросила:

— Не ерепенься и нормально покажи.