Чтение онлайн

– Быстро в кабину! Уезжаем, – приказал боевикам Гамид и, перехватив взгляд Али, добавил: – Кончай с ним.

Пропустив вперед ринувшихся к электровозу вайнахов, Али выхватил из ножен охотничий нож и, оказавшись за спиной составителя поездов, ударил его навершием рукоятки по затылку. Сцепщик бесчувственным кулем повалился на землю, но араб подхватил его под мышки и ловко перерезал ленты скотча у него на запястьях. Освободив сцепщику руки, он подтащил его бесчувственное тело к поезду и швырнул на рельсы, под колеса ближайшей цистерны. Гамид, наблюдавший за ним из окна электровозной кабины, удовлетворенно кивнул. Расправа над отслужившим свое сцепщиком заняла у Али всего несколько секунд, после чего араб поднялся в кабину электровоза.

Гамид обвел торжествующим взглядом набившихся в кабину боевиков... Никто из них не способен оценить важность данного момента. А между тем впервые в руках вайнахов, да и всех сражающихся с неверными мусульман, оказалось оружие невиданной силы. Никто из его бойцов даже не догадывается, что находится в захваченной цистерне. Это он завладел этим оружием, и именно он обрушит его на головы неверных, как только поезд придет к месту назначения... Раздвинув плечом кольцо окруживших его боевиков, Гамид шагнул к машинисту и, указав ему на зеленый сигнал светофора, произнес:

– Давай, Степаныч, трогай. А то твой приятель-диспетчер решит, что ты уснул за рулем.

Машинист взялся за рычаги управления, но от волнения, очевидно, что-то сделал не так. Электровоз резко дернулся, но, так и не сдвинув с места состав из двадцати цистерн, снова остановился. Двое бойцов-вайнахов и помощник машиниста, не сумев устоять на месте, отлетели к задней стенке кабины.

– Осторожней, урод! Или я переломаю тебе все пальцы! – выругался Гамид, едва успев ухватиться за металлический поручень на приборной панели.

Угроза подействовала или машинист наконец взял себя в руки? Во всяком случае, во второй раз электровоз тронулся плавно. Увлекаемая локомотивом, пришла в движение головная цистерна, потянув за собой следующую. Ее колеса медленно повернулись и, как ножи гильотины, разрезали оказавшееся у них на пути человеческое тело. В этот раз смерть очередной жертвы осталась вовсе не замеченной Гамидом. Когда вращающиеся ножи вагонных колес кромсали тело Михаила Нелюбина, Гамид по сотовому телефону отдавал приказания Исе:

– ...Мы выезжаем со станции. Так что бросайте бабу и ребенка и проверьте дорогу.

– Да, Гамид. – Иса снова положил телефон на полку приборной панели и, не оборачиваясь, объявил сидящим за его спиной боевикам: – Здесь все. Уезжаем.

Расположившиеся на заднем сиденье бойцы довольно переглянулись. Их роль в операции сведется к комфортной поездке до Москвы в салоне просторного джипа. Для оружия под задним сиденьем оборудован специальной тайник, который не найдешь при беглом осмотре. Так что в дороге им нечего опасаться. А за участие в операции все получат одинаковую долю.

Станция Канаш

30 июля, 08.15

Разглядывая гильзы, Сологуб долго морщил лоб, но наконец вынес свое заключение:

– Да, гильзы разные.

– Как и оружие! – вставил Ворон.

– Значит, все-таки нападение? – размышляя вслух, обратился к контрразведчику Сологуб. – Но ради чего?! У караульных все оружие на месте, пирамиду я проверял. Какой у нападавших мог быть мотив?

– А груз, который они охраняли? – задал встречный вопрос Ворон.

– Груз? – Покопавшись в своей папке, Сологуб вынул оттуда несколько скрепленных канцелярской скрепкой листов. – Вот: ОРТ... сорок тонн, – отчеркнув пальцем нужную строчку, он передал бумаги Воронину.

Верхний лист оказался транспортной накладной, где в качестве наименования перевозимого груза значился незнакомый Ворону буквенно-цифровой шифр. Он поднял на следователя недоуменный взгляд:

– Что это обозначает?

Тот лишь пожал плечами:

– На химкомбинате должны знать. Но номер цистерны совпадает с тем, что указан в сопроводительных документах. Так что все в порядке.

– Давайте осмотрим цистерну! – предложил Ворон и, получив одобрение следователя, выбежал из вагона.

Подцепленная к караульному вагону сорокатонная цистерна ничем не отличалась от других железнодорожных цистерн, используемых для перевозки бензина, солярки или прочих жидких грузов. Та же выкрашенная серой краской стальная бочка с заливной горловиной наверху, от которой грязными полосами тянутся вниз следы потеков. Но за буквенной аббревиатурой ОРТ и цифровым кодом скрывалась какая-то тайна. Под недоуменными взглядами помощника военного коменданта и начальника станции Ворон подошел к цистерне и, вскочив на приваренную к борту металлическую лесенку, ловко полез по ней к заливной горловине. Спустя несколько секунд он уже был наверху. Несмотря на наглухо закрытую крышку люка, возле заливной горловины ощущался отчетливый запах бензина... Но бензин не заливают в цистерны, где прежде перевозилась кислота!.. Спустившись на несколько ступеней, Ворон пристально вгляделся в нанесенную на борт цистерны надпись... «Кислота» – неровная строчка и расплывшиеся края букв. Словно... тот, кто делал надпись, непроизвольно сдвинул трафарет! В спешке такое сделать немудрено... Ворон потер пальцем надпись. На коже остался отчетливый черный след... Свежая краска! Значит, и надпись сделана совсем недавно!

Он вновь спрыгнул на землю и в ответ на изумленный взгляд начальника станции заявил:

– Это не та цистерна. Старые надписи и обозначения закрашены, а поверх них нанесены новые. Пошлите кого-нибудь за растворителем. Надо отмыть свежую краску и выяснить, откуда взялась эта цистерна.

– Постойте, постойте, – начальник станции часто заморгал. – Что значит не та цистерна? А где тогда настоящая?

– Похищена.

– Похищена?! – Крохаль сорвался на крик. – Интересно, как это вы себе представляете? Железнодорожная цистерна не чемодан, чтобы ее можно было вот так запросто похитить! – Он обернулся к помощнику военного коменданта, и тот, выражая полное согласие с начальником станции, поспешно кивнул головой. Получив молчаливую поддержку Башарова, Крохаль вновь повернулся к Воронину и гневно воскликнул: – Что за нелепое предположение?!

Но Ворон его уже не слушал. Не обращая внимания на негодование начальника станции, он подбежал к караульному вагону и, заглянув в тамбур, громко крикнул:

– Андрей Николаевич, нужно срочно связаться с химкомбинатом и выяснить, что за вещество было залито в цистерну!

Следом за ним к вагону приблизился Крохаль и, увидев появившегося в тамбуре следователя, возмущенно спросил:

– Вы что, всерьез думаете, что кто-то мог похитить у меня со станции железнодорожную цистерну?!

– Мы все выясним, – уклончиво ответил следователь и тут же задал встречный вопрос: – Откуда можно позвонить на химкомбинат?

Опередив ответ начальника станции, Ворон вынул из пристегнутого к поясу чехла-футляра мобильный телефон, подаренный ему на прощание коллегами из «Вымпела», и протянул его следователю. Сологуб кивком поблагодарил его и вновь обратился к Крохалю:

– Какой номер в приемной?

– Не помню, а справочник у меня в кабинете, – нехотя ответил Крохаль.

– Проводите нас.

Ворон незаметно улыбнулся. За умение быстро принимать решения следователь заслуживал самой высокой оценки. Он довольно ловко спустился по ступенькам и, проходя мимо стоящего в ожидании помощника коменданта, приказал ему: