Чтение онлайн

Кто-то из постоянных провожающих говорил. что раза два, или три, шар менял размерыдиаметром больше метра и яркость свечения, но причины изменения не может объяснить и антийская Академия Наук.

Перемена размеров и свечения шара давалаярче прежних, давая провожающим повод гордиться провожающим:

– Мой-то ярче уходивон как уходит... ярко...

В вашем северном сиянии нет красного свечения, а в шаре над долиной все цвета, кои содержит белый солнечный свет.

– Семь?

– Семь с переходами. Ваши природные оптические устройства, глаза то есть, определить границы основных линий спектра не могут, не дано Природой, но отчего так - неизвестно.

– Мы и ультразвук не слышим, а собаки слышат... ОбъяснённаяИ вообще объяснённая красота перестаёт быть таковою. Не вижу границу между красным и оранжевым - и ладно, дальтоники вообще видят мир однотонным. Им что красный, что зелёный - без разницы. Светится - и ладно, так положено.

Видевшие игру света в шаре сравнивали явление с танцем. Сделав несколько па - шар становился ярче, делился на равные части по количеству отбывающих, выделенные порции света приобретали форму шаров, и, усиливая свечение, как жидкость, растекались по телам уходящих. Те принимали свет-жидкость без проявлений и оставались неподвижными.

Неподвижность появлялась после появления шара в фокусе тарелки, лёгкое оцепенение испытывали и провожающие.

Персональная порции света, выполнив работу, превращалась в прежний шар, и продолжая играть переливами, поднималась в фокус Долины убытия

Свет в Антии не подчиняется вашим законам линейной оптики, антийский свет, пожалуй, единственный во всей Вселенной.

Ваш положительный фотон, вырвашись на свободу, начинает отмерять парсеки расстояния с неизменной скоростью, летит неуправляемым без ума, пока не встретит в Космосе твёрдое тело и не потеряет энергию. Может молча успокоиться в сетчатке твоего глаза, спросить световую частицу "сколько световых лет пробежал?" земляне не научились.

– Пропой две строки нашей "всю-то я Вселенную проехал нигде милой не нашёл". Пропел? Не ручайся за всю Вселенную, где-то свет может оказаться удивительнее антийского.

– Возможно, но по загадочности антийский на первом месте.

Попытаюсь добить твой скепсис: антийский свет в тарелке растекался только по живым объектам, не касаясь неодушевлённых поверхностей не касался. Перемемещение улитки видел?

– Видел.

– И шары растекались подобием улитокпредметов. Есть соображения явлению, но быстрее.

Когда впервые увидел встречу шара с телом антика вопрос появился: "как столь малый шар ухитряется объять тело, откуда свет-жидкость берёт!?"

нужны новые наблюдения, делать выводы рано. В переводе антийского времени на ваше, процедура проводов в вечность длится не дольше десяти минут... Даже

– Видно и меня, многое видевшего, поразила процедура ухода антиков: только что лежал живой антик, был окутан светом-жидкостью, вознесён шаром, объединён с другими в один первоначальный - и нет ничего...

– Похоже и они знают наше земное "долгие проводы - лишние слёзы"? - Возможно...Какое-то время- Выполнившие работу малые шары соединяются в прежний большой, шар светится и танцует веселее прежнего, затем, оставаясь в фокусе, медленно угасает и исчезает.

– Большая шаровая молния...

– Не похоже. Сколько видел шаровок на Земле все белого, или синеватого свечения, а шар в фокусе Долины убытия цветной. Разница.

– Особый вид кремации?

– Шар тепло не излучает, а будь кремацияТогда горелой антийской плотью воняло, но вони не бывает, наоборот, в обычной антийской атмосфере появляется тончайшийаромат.

тончайший, восхитительный аромат. Ради познания тайн природы Антиистоль необыкновенного ухода из мира живых химики Академии Наук брали пробы атмосферы до и после ритуала, но приступая к исследованию проб в лаборатории оказывалось, что в ёмкостях с взятой пробой оказывался обычный набор газов той местности без единой посторонней молекулы. У части учёных родилась гипотеза, будто чудесный аромат приносит светящейся шар-матка, и , а выполнив ритуал весь аромат, до единой молекулы, уносит с собой. Будь тот свет видом особой кремации - поджаренная антийская плоть хотя бы десяток молекул в окружающую атмосферу выдала, и академики хотя бы на четверть шага приблизились к выяснению природы шара, а, то ведь, чисто, совсем ничего-с.

Аромат, испускаемый большим шаром, не запоминался, и попытки выяснить, на что похож аромат из существующих в природе Анти запахов заканчивались бурными спорами но без рукоприкладства.

Будь свет-жидкость видом кремации поджаренная антийская

плоть выдала в окружающую атмосферу десяток молекул, коих хватило на четверть шага, приблизиться к выяснению природы шара, а, то ведь, чисто, совсем ничего-с. И места в тарелке, где находились ушедшие, оказывались стерильными, как и до представления. Кое-кто из родни пытался

Родственники пытались найти хотя бы какой-нибудь пустяк вроде пуговицы с одежды - нет вам, ничего, чисто.

– Не боялись заходить в линзу?

– Нет. Долина берёт только обречённых.

– Верят в загробное царство?

– Как антиков вписать в "загробное царство", если гробами не пользуются? Половина антиков верит в иной, неведомый мир, другая, большая и грубоватая, уверена, что после посещения Долины убытия ни хрена не остаётся, всё кончается в Долинедолиной.

– Что ещё?

– Необъяснимо деление шара: уходящимкаждому из уходящих даётся одинаковая порция света, а провожающиепосещающие уход соплеменников, друзья и родичи уверяли, будточто игра света над уходящими разная, что, дескать, были случаи, когда индивидуальные шары не выдавали цветность, оставались серыми. От большого шара отделяется цветным и ярким, а коснувшись уходящего теряет краски и светится серымпревращается в серый.

– Получается, что и у них особи высокого положения уходом отличаются от простых?

– Вроде и так, но это и правильно. Посмертному свету виднее, кого ласкать всеми красками спектра, а кого дарить серостью.

У вас положение иное, и если при жизни взлетел высоко - и уход обставляется соответственно, а в Долине убытия обман не проходит: заработал яркий и красивый шар - получай, нет - довольствуйся серым. И яркость разная, бывает такая, что невозможно смотреть, слепит.

– Вроде электросварки?

– Почти, только, повторяю, свет не белый, а цвета радуги.

– Наш фейерверк?