Чтение онлайн

Он тяжело вздохнул в темноте:

– А что такое победа? Я вот не знаю, Мастер. Та цена, которую придется платить, мне не по карману. Может, тебе будет легче.

Да, столь многомудрые высказывания на пустой желудок не переваришь... Поэтому я ограничился нейтральным:

– Пошли-ка в Укрытие, пока мыши не налетели.

В Укрытии нас встретили подчеркнутым и настороженным вниманием, явно не понимая, почему это мы оба живы. Раззлкрам шагнул вперед:

– Бой был честным. Мастер... победил, - он окинул меня исподтишка взглядом - не то насмешливым, не то сожалеющим, потом обратился к спутнику-северянину:

– Собирайся. Уходим.

Малыш нахмурился столь многозначительно, что он пояснил:

– Мы уходим из этого леса. Клянусь мечом и своим знаком.

– Да погоди, куда ты среди ночи, - попытался я его урезонить. Чем черт не шутит - хоть и любит он загадками говорить, но вдруг удастся из него вытянуть чего-нибудь?.. Но он выкрутился с честью:

– Не пристало побежденному делить пищу и кров с победителем, - пропустил вперед северянина с мешком и автоматом, отсалютовал мне:

– Прощай, Мастер. И...
– он не договорил и скользнул за дверь. Такое впечатление, словно удачи мне пожелать собирался, но вовремя язык прикусил.

Я расстегнул пояс, выпутался из перевязи с мечом, принялся за кольчугу. Малыш, озадаченный происходящим, наконец осведомился:

– Ты что - залечил его?

– Даже не побил, - буркнул я, сражаясь с курткой.

– А чего ж он тогда?.. Или засаду решил устроить?

– Не думаю. Ладно, все потом. А пока - выпить мне. Срочно, - я кучей осел перед догорающими в очаге углями.

Ильмира глядела на меня тихо и серьезно - на то она, в общем-то, и Ильмира. Поймав мой взгляд, спросила тихо:

– Он ведь мог тебя убить? Почему же отказался? Ведь он видел, чем ты пользуешься...

Может, потому и отказался, что видел...
– Так. Язык уже заплетается. Малыш подтолкнул меня кулаком:

– Я смотрю, растешь - уняться не можешь... Неплохо ты на мечах надрючился.

– Это не я.

– Мик, расскажи подробней, - продолжала настаивать Ильмира.
– Он ведь тем самым и от Силы Йокана отказался?

– Ага, отказался, - против воли я широко зевнул.
– Кое-что мне очень не понравилось...

– А именно?

Я клюнул носом. От очага одна за другой накатывались, чуть покачивая меня, волны тепла.

– В общем, сказал он, что братья его поймут, а роль он не знает... И что такое победа он не знает - дурак, наверно, - пробормотал я с закрытыми глазами, а потом совсем отдался на волю теплых волн, разрешив им баюкать меня и уносить все дальше и дальше.

Бывают же такие паршивые сны - всю ночь сматывался от какого-то вертолета, смахивающего на бешеного таракана. Причем вертолет этот не делал попыток взлететь - наоборот, это я должен был залезать повыше, чтоб спрятаться, но, как в таких снах и бывает, ничего подходящего не подворачивалось, так что пришлось проснуться.

Лежу, оказывается, на лавке, укрытый плащом. Темно. Ильмира дышит мне в щеку, где-то в темноте простодушно похрапывает Малыш. Судя по Камню, до рассвета еще порядочно - вне Зачарованного, во всяком случае. А я, как ни странно, выспался - спать совсем не хочется. Но и вставать, честно говоря, тоже - до сих пор все тело ломит. Ладно, пока башка ясная, попытаюсь разобраться в этой истории с Раззлкрамом.

А настораживает в ней многое и многое. Начать с того, что непохоже это на Серых - так легко от задуманного отступаться... А вот что задумано было - это уже другой вопрос. Провокация?.. А еще он что-то лопотал насчет цены и насчет того, что мне, возможно, скидка выйдет... Из чего, интересно, он это вывел? Мои действия, когда мы из "чертова круга" выдирались? Или еще раньше - на Тропе, во время драки?

И была некая зацепочка в его словах. Какая? Это не его роль... Кто-то должен ее сыграть... К чему все это привязывается? Как ни странно, к Ущелью... ага, именно там я впервые Мастером Клинка себя почувствовал. А еще я себя там чувствовал не кем-то, а актером, прочно забывшим роль... А тут - работал как Мастер Клинка наяву. Ищи, Ордынцев, ищи, должно оно быть, ключевое словечко... Актер. Роль. Представление. Репетиция!

Последнее слово как обухом по темечку огрело. Репетиция, значит... Это уже как-то не смешно получается - выходит, в Ущелье я репетировал не что-то, а свою собственную смерть? И место действия - Зачарованный.

Я полежал еще немного глядя в темноту и потихоньку успокаиваясь. А чего это, собственно, вы так всполошились, сударь мой? Уж что-что, а смерть у меня всегда за плечами... Но вот так, наверняка, на встречу с ней топать все ж непривычно как-то. Хотя рано или поздно все равно помирать, а назад уже не повернешь. Может, именно такой ценой получится то, что на Дюне было, раскопать и выяснить, кто ж я такое, наконец? Видно, ничего тут не попишешь, роль у меня такая, так надо напоследок хоть аплодисмент сорвать...

Да и вообще, что это я себя раньше времени хороню? Насчет репетиции - вполне может оказаться очередным моим заскоком. А до смерти в любом случае еще дожить надо, а значит, стоит прикинуть план дальнейших действий и определиться, как мы будем жить сегодняшний, завтрашний и какой там еще придется день?

Пока я прикидывал и определялся, пробудились Малыш с Ильмирой. За завтраком и сборами я вкратце поведал им о наших с Раззлкрамом похождениях, умолчав, понятно, о некоторых своих умозаключениях. Оба сделали свои выводы, но решили пока от незрелых версий воздержаться...

В туман мы влетели уже через полчаса. Хорошо еще, не в едкий... Хоть направление с расстоянием я и не визуально определяю, а все равно неприятно как-то. Словно в жидком молоке плаваешь... И тащит отовсюду некой непонятной мертвечинкой - опять же, неприятно.

И тут я остановился, словно на столб налетел - так, что Малыш натолкнулся на меня:

– Ты чего?

Я не обратил внимания на вопрос:

– Ильмира, а тебе это место ничего не напоминает?

Она остановилась рядом, прижавшись к моему плечу:

– Мы здесь уже были, Мик. Тогда, в Ущелье.

Я сумрачно кивнул. Помнится, драка, в которой мне башку развалили, здесь и началась... Может, здесь и закончится? Хотя нет, есть у меня предчувствие, что это произойдет, когда я доберусь до места - почему-то уверен, что доберусь. А то, что сейчас будет... а что сейчас будет?

Долго ждать не пришлось - издали послышались негромкие команды. Может, кстати, и близко - туман обманчив...

– Говорили тебе - Розенкранц этот твой так просто не успокоится, - проворчал Малыш, вытаскивая левый меч и снимая пистолет с предохранителя.