Чтение онлайн

— Я всё понимаю, но не думаешь о себе, — подумай о детях! Наследственность, образование, среда, национальный фактор. Ты же не хочешь, чтобы твои дети страдали?!

— Конечно, нет, мама! Но пока о детях никто и не говорит даже.

— Решай сама, но зачем тогда ты на него тратишь время?!

С такими разумными доводами сложно было спорить, хотя из чувства противоречия очень хотелось. По сути наши с мамой взгляды на выбор спутника жизни совпадали. Ведь если и выбирать мужчину, то исключительно с этим прицелом — выйти замуж. Замуж выйти необходимо — это всегда казалось мне очевидной и непреложной истиной. Причем выйти удачно — наследственность, образование, окружение избранника должны соответствовать. Связи, не имеющие перспективы замужества, неразумны, а значит, — потеря времени.

Так я и жила — озираясь по сторонам в поисках будущего мужа, со списком критериев наперевес. Пока не приключилась одна история, изменившая всё в моей голове и напрочь испортившая гармонию взглядов по данному вопросу с мамой. Я «профукала» идеального кандидата.

Представьте, случается невероятное и вдруг Вы встречаете пресловутого идеального кандидата в мужья — он по всем параметрам превосходит Ваши самые смелые ожидания и на голову выше всех планок, которые Вы установили.

Денис познакомился со мной в фитнес-клубе — я бежала на эллипсе, он бежал рядом. Кандидат экономических наук, с двумя красными дипломами, топ-менеджер крупнейшего японского банка, не женат и без детей, две квартиры в Москве, загородный дом, две машины. И при всём этом увесистом наборе — молод, подтянут и высок. Большая удача! А мегабонусом, в особенности для мамы, любившей джаз, оказалось то, что Денис превосходно играл на саксофоне. И даже давал корпоративные концерты в своем банке. Вот такое прекрасное мелодичное увлечение, вместо непритязательных рыбалки-выпивалки или футбола. Повезло, так повезло!

Денис активно ухаживал и был настроен решительно — уже на третьем свидании заговорил о совместных планах на ближайший год — путешествиях, знакомстве с друзьями и его мамой.

Я же скорее испугалась такому напору, шедшему с обеих сторон, — от него и от моей обрадованной мамы. После нескольких недель положенных ритуальных «выгуливаний», и, видимо, поняв, что без его решительных действий дело с места не сдвинется, Денис пошел ва-банк:

— Куда мы едем? — поинтересовалась я, почуяв неладное, так как мы всё дальше удалялись из центра Москвы в сторону области.

— Я хочу тебе кое-что показать.

— Что же?! Я думала, мы в кафешку …

— Мы обязательно перекусим. Ты помнишь, я тебе говорил, что в загородном доме у меня сейчас ремонт идет?! Я купил кое-что, хотел тебе показать — белый диван.

— Ди-ван?!

— Да, ты не представляешь, какой он огромный, белый кожаный, ты ведь не против? Заодно и дом увидишь.

— Эмм, — неуверенно протянула я, — эмм, я еще не очень готова, понимаешь?!

— Если ты не захочешь, мы не будем торопиться. Просто посмотришь дом. Так ты не против?

— Ладно, но ненадолго, хорошо?

Кроме паники и желания немедленно под благовидным предлогом выйти из машины я ничего не чувствовала. Сейчас, спустя семь лет после этой истории, я научилась спокойно говорить «Нет! Ты знаешь, я против!» в таких ситуациях и даже почти не испытывать чувства вины за отказ. Почти, потому что чувство вины всё-таки возникает, но я убиваю его на корню взращенным в себе чувством собственного достоинства.

Но в ту секунду мне казалось, что я и так всех подвожу, — ничего не чувствую, упираюсь, как принцесса, а ведь такой хороший человек, и с самыми серьёзными намерениями! И надо ведь подумать о будущих детях!

И я с тяжёлым сердцем поехала смотреть пресловутый предмет мебели.

Диван и правда был роскошен — гигантский, но за счёт изящно-полукруглой формы не загромождавший гостиную, белоснежный и явно дорогой. Даже я, равнодушно относящаяся к дизайну и модным интерьерным изыскам, при слове «ремонт» впадающая в ужас, а не в творческий восторг, была вынуждена признать — диван был великолепен.

— Прекрасный диван, ты молодец, отличный выбор, ну что, поедем-поедим?

— Куда ты так торопишься, посмотри, какой прекрасный вид открывается из окна! Может, закажем доставку прямо сюда?

Понимая, куда дует ветер, я послушно подошла к окну и прилипла к нему — так удобнее думать и скрывать волнение. За окном был типичный загородный посёлок состоятельных людей — модное словосочетание «кантри виладж», благоустроенный рай всего в нескольких километрах от МКАД.

Сзади призывно задудел саксофон.

— О нет, — подумала я, — только не саксофон!

Пришлось послушно сесть на краешек того самого белого дивана и слушать. Выбора у меня не было. Или мне так только казалось?!

— Замечательно, очень красиво, спасибо тебе большое — поблагодарила я, когда Денис доиграл, ведь нужно всегда оставаться вежливой.

Он приблизился ко мне и поцеловал. Это был не первый наш поцелуй и я уже знала, — приятных ощущений он мне не сулит. Единственной мыслью было побыстрей его закончить. Начать обсуждать философию, политику, всё что угодно, — только бы оказаться в физической безопасности.

Почему я не отстранялась, почему терпела?! Основной причиной был страх — обидеть и, конечно, ошибиться. Ведь нередко слышишь от подруг и знакомых истории про внезапно, от прикосновения, поцелуя или еще чего-либо вспыхнувшую страсть к мужчине, не привлекавшему девушку ранее. Ошибиться не хотелось, я усиленно терпела в ожидании чудесной вспышки. Я не сопротивлялась, когда он начал медленно раздевать меня, словно впала в ступор, лишь тихо возразив:

— Может, в следующий раз, я не думаю, что я готова.

— Всё будет хорошо.

Меня спасло чудо. Случилась не вспышка, а казус биологического свойства. Переволновавшись, Денис не смог воплотить свое страстное намерение в реальность. Я вздохнула с облегчением. Было уже поздно. Расстроенный и подавленный, он отвёз меня домой.

Больше я смотреть белый диван не ездила — взяла себя в руки, извинилась и предложила Денису остаться друзьями.

Мама посчитала это самой большой ошибкой, которую я только могла совершить. Ведь идеальные кандидаты на дороге не валяются! Она понимала мои доводы, однако перед лицом потенциального детского благополучия они казались неразумными капризами. С тех пор любая неудача или сложность, случавшиеся в моей личной жизни, сопровождалась ее многозначительным комментарием:

— А вот не отказала бы ты тогда Денису…

И я взрывалась.

Надо сказать, что спустя год после описываемого эпизода Денис вновь на некоторый период возник в моей жизни. Ему срочно понадобилось выучить немецкий, якобы, его банк открывал специальное партнерское представительство во Франкфурте и Дюссельдорфе и ему придется часто бывать в Германии. Он попросил давать ему частные уроки. Я согласилась. Он был очень прилежным учеником: ездил после работы ко мне домой на занятия, исправно выполнял домашние задания, учился быстро и очень легко. Через некоторое время он предложил по выходным перенести занятия к нему в квартиру, где жила и его мама — на тот момент интернет у меня работал с перебоями, а нам необходимо было смотреть небольшие обучающие видео в сети. Подвоха в этом предложении на этот раз не было — мы просто занимались немецким. Так я познакомилась с его мамой. Мама была чудесная. Идеальная мама идеального кандидата. После занятия или во время небольшого перерыва, мы с ней замечательно гоняли чаи на кухне и болтали обо всём на свете. Денис в это время писал упражнения из учебника или играл на саксофоне. Но не будешь же выходить замуж за маму мужчины?!

Денис был уверен, что истинной причиной моего отказа от отношений послужила та самая досадная неудача на белом диване, и сделал робкую попытку намекнуть, что теперь он полностью владеет собой. Я ответила, что моё решение никак не связано с тем случаем, оно твердо и неизменно. Через некоторое время японский банк в связи с кризисом передумал открывать представительство в Германии и Денис перестал заниматься немецким языком.

Однако, хотя Денис и перестал физически присутствовать в моей жизни, его образ немым упрёком, а вернее наоборот, вполне озвученными укорами моей мамы сопровождал меня все эти годы. Всех молодых людей она оценивала по Денису — и, естественно, они не дотягивали.