Чтение онлайн

У самого кита ног нет. Взамен передних ног у него имеются ласты, напоминающие плавники рыб. Дарвин указал, что если удалить мясо с костяка кита, то, оказывается, скелет передних ластов у кита состоит из точно таких же костей, из каких состоят передние конечности всех других млекопитающих животных, т. е. из одной кости плеча, двух костей предплечья и нескольких косточек пяти пальцев. При внимательном осмотре скелета кита можно найти группу других небольших косточек, соответствующих задним ногам (рис. 10). Всё это показывает, что киты действительно произошли от четвероногих предков, обитавших когда-то на суше и относившихся к классу теплокровных млекопитающих животных.

Рис. 10. Скелет кита

Таким же образом точными исследованиями было установлено, что и руки человека, и крыло летучей мыши, и лапки крота, и приспособленные к плаванию ласты тюленя происходят от обычной для большинства млекопитающих животных пятипалой конечности. Они состоят из одних и тех же костей и имеют много общего со строением крыла птицы и лапы крокодила, которые являются ещё более отдалёнными родичами млекопитающих животных (рис. 11).

Рис. 11. Сходство в строении передней конечности человека, тюленя, крота, летучей мыши, птицы и крокодила

Очень трудно было доказать, что копыто лошади развилось из той же пятипалой конечности. Копыто лошади представляет собой один развившийся палец, и возникал вопрос: куда же девались остальные пальцы и были ли они у предков лошадей? В настоящее время этот вопрос, разрешён. Среди ископаемых остатков найдены все основные переходные ступени от многопалых предков к нынешней однопалой лошади. Самый отдалённый предок лошади (он называется «эогипус») имел размеры не больше лисицы, но на передних его ногах было по четыре пальца, а на задних по три (рис. 12). В дальнейшем от него произошли более крупные животные, всё более приспосабливавшиеся к быстрому бегу. У этих животных вся сила и крепость ног передавались на утолщающийся средний палец, а другие, боковые пальцы всё больше уменьшались в своих размерах и становились ненужными. Небольшие косточки, так называемые грифельные косточки, у современной лошади представляют собой не что иное, как остатки этих существовавших когда-то второго и четвёртого пальцев.

Рис. 12. Постепенное изменение (эволюция) задней ноги лошади

Дарвин указывал, что, подобно косточкам, соответствующим задним конечностям у кита, или грифельным косточкам на ногах у лошадей, в теле любого животного можно найти большое количество подобных остатков органов, или, как говорят, рудиментарных образований. Всё это — остатки тех органов, которые имели своё полезное значение у предков ныне живущих организмов. С течением времени рудиментарные органы потеряли своё значение и сохраняются лишь в зачаточном, недоразвитом виде. В теле самого человека мы находим множество подобных рудиментарных органов, или рудиментов, которые свидетельствуют о родстве человека с другими животными и, в частности, с обезьянами. Так, например, у человека в скелете имеется копчиковая кость, представляющая собой остаток хвоста. Есть у человека и зачатки тех мускулов, с помощью которых наши предки могли двигать ушами. У подавляющего большинства людей эти мускулы не развиты, но некоторые люди не утеряли этой способности и сейчас. Волосы подмышками у человека — тоже остаток того густого шёрстного покрова, который в отдалённые времена покрывал всё тело первобытного человека.

Особенно убедительные доводы в пользу родства и единства происхождения животных даёт изучение зародышевого развития (эмбриология). Как ни отличаются различные животные друг от друга, однако известно, что все они начинают своё существование из одной яйцеклетки, едва видимой глазом. При этом яйцеклетки кошки, кролика, собаки или человека по внешнему виду не отличаются друг от друга.

Оплодотворённая яйцеклетка делится на 2–4–8–16 клеток и так далее. Таким путём происходит постепенный рост и развитие всех животных из одной яйцеклетки. В течение некоторого времени зародыши указанных животных остаются очень похожими друг на друга. Лишь постепенно выступают сперва классовые, а затем родовые и видовые различия их между собою (рис. 13).

Рис. 13. Зародыши человека и животных. В первом ряду (слева направо) — зародыши рыбы, птицы, кролика и человека в начале развития. Во втором ряду — те же зародыши на более поздней ступени развития. В третьем ряду — те же зародыши, уже сложившиеся

Особенно замечательно то обстоятельство, что на ранних ступенях (стадиях) развития у всех зародышей позвоночных животных, включая и человека, имеются отчётливые образования, соответствующие жаберным щелям у рыб. Это неопровержимо свидетельствует о том, что все наземные животные, как млекопитающие, так и птицы, имели своими отдалёнными предками рыб.

Изучение зародышевого развития отдельных животных позволило разрешить многие другие вопросы родства.

Так, например, у зародышей лошади имеются зачатки всех пяти пальцев, свойственных их предкам. В дальнейшем эти зачатки исчезают или срастаются между собою, образуя у взрослых животных одну общую кость.

Итак, мы сейчас твёрдо знаем, что все животные, как ныне населяющие землю, так и жившие на ней в давние времена, но теперь вымершие, находятся в разной степени родства друг с другом. Чем больше сходство их внутреннего строения, тем, следовательно, ближе их родство и тем в более недавнее время они произошли от общего предка. Чем меньше между ними сходства, тем в более отдалённом родстве находятся они между собой и тем больший срок прошёл от того времени, когда существовал их общий предок. Эти процессы превращения видов протекали в течение многих сотен миллионов лет.

Возникает вопрос: каким же образом и в силу каких причин происходило образование новых видов?

Каждый новый рождающийся организм отличается от своих родителей. Через много поколений эти различия могут сделаться настолько большими, что получится разновидность.

В свете учения Ч. Дарвина об эволюции и превращении видов получают исчерпывающее объяснение все те вопросы, которые так трудно было разрешить Линнею.

Наше научное изучение природы застаёт живые существа на разных этапах возникновения новых видов. Острова Галапагосского архипелага уже много десятков миллионов лет назад были отделены друг от друга и от материка — Южной Америки — океаном. Обитающие на них птицы — вьюрки и дрозды — не способны делать больших перелётов над водою. Поэтому эти птицы изменялись в дальнейшем на каждом острове по-своему и таким образом дали начало новым разновидностям, или видам, без явных промежуточных форм. То же касается в ещё большей мере сухопутных гигантских черепах, живущих на этих островах.

Поскольку лисицы Европы и Азии более легко соприкасаются между собою, существует много переходных форм по окраске меха между их крайними изменениями в виде — рыжей европейской и восточно-сибирской черно-бурой лисицей.

И неудивительно, что нелегко в таких случаях решить вопрос — отнести ли их к одному виду или к разновидностям того же вида. В природе идёт непрерывное изменение видов: в среде особей одного и того же вида возникают такие различия, что это ведёт к возникновению сперва новых разновидностей, а затем и новых видов.

По Дарвину иначе и быть не могло, — ибо «вид есть не что иное, как резко выраженная разновидность, а разновидность есть шаг к образованию нового вида». Поэтому провести между ними резкую, непереходимую черту часто оказывается совершенно невозможным. Это есть естественный результат существующего в природе явления эволюции и превращения видов.

Все свои выводы об изменяемости и превращении видов Дарвин приложил и к вопросу о происхождении домашних животных. Сейчас нет никаких сомнений, что домашние животные произошли от диких животных, приручённых человеком. Дарвин, например, доказал, что все самые разнообразные породы домашних голубей произошли от одного единственного предка — сизого скалистого голубя. Между тем, как это видно на рис. 14, породы голубей, выведенные человеком, сильно разнятся друг от друга по своим размерам и общей форме тела, по форме и размерам головы и клюва, а также и по окраске. Уже во времена Дарвина было известно до 150 различных пород голубей. Если бы все они жили в диком состоянии, то любой специалист отнёс бы их к разным видам птиц, имеющим между собой самое отдалённое родство.

Рис. 14. Породы домашних голубей

Таким же образом Дарвин установил, что все существующие породы домашних кур также произошли от одного единственного предка — дикой банкивской курицы, которая и в настоящее время живёт в Индии и на прилегающих Малайских и Филиппинских островах (рис. 15). Окраска многих наших беспородных кур весьма мало отличается от окраски этой исходной дикой породы — банкивских кур. Дикие куры, однако, значительно меньше ростом домашних и несут всего 15–20 яиц в год.