Чтение онлайн

Вскоре я въезжаю на подъездную дорожку своего маленького дома, моей гордости и отрады. Просто очень хочется, чтобы он принадлежал мне, чтобы я действительно могла называть его своим. Он идеальный. С первой секунды как увидела его, я поняла, что должна сделать его своим домом. Моя домовладелица продолжает обещать, что со временем продаст мне его или будет сдавать с правом выкупа, как-то так. Я не могу понять, почему она до сих пор так ничего и не сделала, но надеюсь, что смогу уломать её. Вероятно, мне стоит снова ей позвонить и поговорить. Скрипучее колесо получает сыр. Или это писклявая мышь получает сыр[1]? Ладно, без разницы, — сама-то я себя поняла.

Положив ключи и сумку на столик рядом с дверью, я стою, задумавшись над тем, что мне нужно сделать. И начинаю с того, что вытаскиваю посуду из посудомоечной машины, потом снимаю постельное бельё и бросаю в стиральную машину. Я вытираю пыль, убираю в комнате при помощи пылесоса, заканчиваю с последней загрузкой стирки, и когда, наконец, всё сделано, уже наступает вечер, и я понимаю, что проголодалась. Мне не хочется заниматься готовкой, иногда это просто отстой — готовить только на одного, поэтому я выбираю замороженный обед, курицу с рисом, и отправляю его в микроволновку. Когда еда готова, усаживаюсь на диван и начинаю переключать каналы телевизора. Я едва вижу, что там происходит, потому что все мои мысли не перестают крутиться вокруг этого списка желаний, про который рассказала Миша.

Я проглатываю свой ужин, вздохнув, беру бумагу и ручку и выхожу наружу. Усевшись на стул за круглым столиком во внутреннем дворе, я смотрю вверх, на небо, и тихонько ахаю, увидев луну. Сегодня ночью она светит так ярко, что затмевает всё на свете. Звёзд не видно, они как будто поняли, что не смогут состязаться с луной и что им даже не стоит пытаться. Ночь такая тихая, словно луна набросила паутину безмолвия на всё вокруг. Я не могу не задуматься, как много людей прямо сейчас любуется её красотой, так же, как и я. Сколько из них скучает по кому-то сегодня ночью, сколько размышляет о жизни или как ни удивительно, загадывает желания? В то же время мне кажется, будто эта луна сейчас — подарок лишь для меня, и я утопаю в её сиянии, она словно целует моё лицо. Забавно, как что-то может заставить нас чувствовать себя значимыми и ничтожными одновременно.

Я делаю глубокий вдох и возвращаюсь к своему заданию. Слегка ёрзаю на стуле, чтобы усесться как можно удобнее, встряхиваю руками и разминаю шею. Потом закрываю глаза и серьёзно обдумываю, чего же я хочу, совсем как наставляла меня Миша. На мгновение я задумываюсь, стоит ли мне тихонько напеть что-нибудь или усесться в одну из асан, но отбрасываю все эти мысли, и, как ни странно, на ум начинают приходить желания. Я начинаю записывать их, одно за другим. Не обращая внимания на то, что они могут быть глупыми, меркантильными или нереальными, я записываю их все.

Я опомниться не успеваю, как у меня получается целый лист желаний. Перечитываю каждое, делая поправки там и тут. Киваю, когда добираюсь до конца. Потом закрываю глаза и образно воспроизвожу их — всё так, как наставляла Миша, но когда мои мысли начинают вращаться вокруг того, в какой цвет мне покрасить ногти на ногах и насколько действительно длинные шеи у жирафов, я решаю, что уже достаточно.

Я иду в дом и роюсь в ящике со всяким барахлом в поисках зажигалки, нахожу, щёлкаю, но она не работает, её нужно заправить, поэтому я ищу спички, припрятанные в том же ящике. В конечном счёте нахожу их и выхожу обратно во дворик. Пользуясь случаем, ещё раз пробегаюсь по списку и с чувством шепчу каждую строчку. Затем сгибаю лист вчетверо, зажигаю спичку и поджигаю его. Я заворожено смотрю на пламя.

— Ой! Чёрт! Твою ж мать!

Я обжигаю пальцы, роняю лист на стеклянный столик и наблюдаю, как бумага, сгорая, сворачивается и становится кучкой пепла. Ровный белый столбик дыма поднимается в воздух, как будто уносит в небо мои желания. Когда исчезает последний оранжевый уголёк, я жду ещё немного, затем сгребаю пепел в свою ладонь. Мгновение я смотрю на него, потом поднимаю руку к губам и сдуваю. В тот же самый момент, откуда ни возьмись, появляется лёгкий ветерок, захватывает остатки моих желаний и рассеивает их в воздухе. Я не могу удержаться и слегка улыбаюсь, настолько всё происходящее наполнено магией.

— Ну вот, Миша, я это сделала, — сообщаю я, будто она меня слышит. Теперь она была бы довольна, а может быть, и гордилась бы мной. К тому же… что самое худшее, что может случиться?

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда я протягиваю руку и выключаю будильник, мне приходит в голову, что впервые за долгое время, нажимая на кнопку «отбой», я не зарываюсь под одеяло. Сегодня важный день. Я совершенно уверена, что с этого момента дела начнут идти на поправку. Может, всё дело в желаниях, загаданных прошлой ночью. Не знаю, но ощущение, будто сегодня всё как-то по-другому. И это восхитительное ощущение!

Я вылезаю из кровати и потягиваюсь; мне почти хочется запеть какую-нибудь добрую утреннюю песенку, наподобие песни Принцессы из мультика Диснея или типа того. К счастью, я понимаю, насколько это глупо, и всего лишь мурлыкаю про себя и насвистываю мелодию, пока иду на кухню заварить себе кофе. Кофемашины с таймером — одно из величайших изобретений во всём мире! Добавляю в кружку сливки и сахар — и вот мой кофе идеален; закрывая глаза, делаю глоток и улыбаюсь.

— Аааа, напиток богов!

Я обхватываю тёплую кружку ладонями и забываюсь, глядя на улицу. Солнце светит сквозь вертикальные жалюзи, образуя ленты из света на полу, и я чувствую, как оно манит меня. Ещё не успевая сообразить, что делаю, я раздвигаю стеклянные двери и выхожу во внутренний дворик. Оставляю кофе на столике и делаю несколько шагов, пока не чувствую под ногами прохладную мягкую траву. Шевелю пальцами, наслаждаясь этой мягкостью. Я глубоко вдыхаю свежий воздух, поднимаю глаза к небу и смотрю в его восхитительную синеву. Ощущаю чудесное солнечное тепло на лице, и даже пение птиц кажется сегодня таким мелодичным в отличие от их обычного пронзительного и назойливого щебета. Я широко улыбаюсь, раскидываю руки в стороны и кружусь — может, хоть на мгновение я стану как та мультяшная принцесса. А почему бы и нет? Очень может быть, что сегодняшний день послужит началом чего-то невероятного. С моих губ срывается смешок, но тут же замирает, как только я чувствую что-то вязкое под ногами.

— Какого чёрта?

Я поднимаю ногу и вижу здоровенную кучу собачьего дерьма на ступне.

— БОЖЕ МОЙ! — взвизгиваю я так громко, что мой вопль может разбудить всё ещё спящих соседей.

В моей калитке есть щель, и чёртов соседский пёс думает, будто это означает, что он может приходить сюда и делать свои дела на моём дворе. Я свирепо смотрю через забор и, клянусь, тут же вижу белую утиную голову. Брр! Они омерзительны. Я ковыляю к водяному шлангу и отмываю ногу, морща нос от ужасной вони. Когда нога снова чистая, топаю обратно к столу, забираю кофе и возвращаюсь в дом.

— Не думай об этом. Не думай об этом. Так или иначе, сегодня будет замечательный день!

Я повторяю себе эти слова, словно мантру, возвращаюсь в спальню, а оттуда иду в ванную принять душ. Спустя сорок минут я стою перед зеркалом и смотрю на своё отражение. На мне мой любимый костюм-тройка, который, без сомнения, превосходит строгий дресс-код нашего банка, и я должна признать, что выгляжу сегодня на все сто. Пиджак сидит по фигуре, будто сшит специально для меня. Юбка заканчивается идеально, чуть выше колен, демонстрируя лучшее, что у меня есть — мои ноги, но она не слишком короткая, чтобы считаться неэтичной. Я оставила свои светлые волосы распущенными, но завила их, и они лёгкими волнами спадают по спине. Дымчатые тени подчёркивают мои голубые глаза, на скулы я нанесла немного румян. Миша говорит, что я запросто могла бы быть близнецом Кейт Босуорт, и, несмотря на то, что я не замечаю сходства, комплимент мне определённо нравится.