Прокати меня
Шрифт:
А она ему что, написать не могла? Видимо, просто тревожная. Но решаю воспользоваться моментом.
«А ты придёшь ко мне завтра?»
«А ты хочешь?»
«Конечно»
«Тогда как я могу не придти?»
Не могу сдержать улыбку.
Блокирую телефон и предвкушаю завтрашний праздник.
Глава 27
Я не знаю, как они это делают, но каждый день рождения я просыпаюсь в комнате, потолок которой усыпан шариками. Я сплю очень чутко, но каждый раз я не слышу, как родители украшают мне комнату.
Сладко тянусь и с особой надеждой представляю сегодняшний день. Как долго я его ждала. Мне кажется, что завтра я вообще буду другой. Достаю телефон и читаю первые поздравления. Настроение с каждой секундой улучшается. Погода сегодня замечательная, уверена, всё пройдёт наилучшим образом.
Быстро привожу себя в порядок и прям в своей шелковой пижаме спускаюсь вниз. А там меня уже ждут огромные шары в виде цифры моего возраста, бабушка и мама с медовиком. Это тоже традиция. Каждому члену семьи отведён свой торт на день рождения. Мне пекут медовик. Брату шоколадного мишку. Элеше лимонный с безе, папе наполеон, а у мамы странный вкус, и поэтому день и ночь. Я подбегаю к ма и ба, принимаю поздравления, обнимаю их и замечаю за их спинами девочек. Сразу же перекидываюсь на них. Когда они только успели?!
Ко мне приехала Маша, Лиза и Кира, моя одноклассница. Её я вообще не ожидала увидеть. И вообще я думала, что девочки приедут только вечером, а оказывается, папа всех привёз. Девочки мне дарят подарки, и мы садимся завтракать медовиком. И сразу же начинается представление от моей бабушки. Она выходит с фарфоровым кофейником и говорит, что теперь по кубинской традиции мне официально можно пить кофе, а также принимать ухаживания от молодых людей. Едко вставляет, скорее для девочек, чем для меня, что я уже нарушила эти приличия и завела кавалера, и презентует мне колечко с бриллиантом. Бабушка дарит мне либо украшения, либо посуду, текстиль «на приданое». Олдскул. А на свой день рождения она переписывает завещание и каждый раз что-то меняет. В этом году вот семейная библиотека отошла мне. Естественно, мы не собираемся делить между собой все эти памятные вещи, и вообще даже думать не хочется, что когда-то ба не станет, но для шоу мы очень активно обсуждаем это всё, а ба считает себя в этот момент Елизаветой второй, распределяющей триллионы, не меньше.
В обед начинается предпраздничная суматоха. Одновременно приезжает моя сестра с мужем и племянником, приходят рабочие, чтобы повесить гирлянды в саду, и привозят еду. Людей в доме много, забот много, и время до дня рождения стремительно сокращается.
За час уходим с девочками собираться. В саду уже всё украшено лампочками. Строители сделали нам огромный стол под тенью деревьев, и мы его очень красиво оформили цветами и свечами. Просто волшебство какое-то. Невероятно красиво. Родители посидят с нами недолго, я родилась в двадцать один сорок пять, поэтому они меня поздравят и оставят нас. В бане стоят прожекторы, музыка, поэтому у меня будет свой оупен эйр. Надеюсь, соседи не вызовут полицию.
Без пятнадцати девять я уже стою и всех встречаю. Первыми приходят Катрин с Аней и Димусиком. Он приехал и ничего мне не сказал. Он вырос на целую голову за зиму.
— Ошалеть, да ты красавчик! — бросаюсь на шею к другу!
— Скажи это Кате, — обнимает в ответ и шепчет на ухо.
Димусик встречался с Катей неделю, а потом она его бросила, а он так и не смирился. Но в этом году он так похорошел, что ещё через год Макса с трона скинет. Однозначно!
— Я тебя сейчас с Кирой познакомлю. Она твоя ровесница и очень красивая! — подмигиваю ему и тяну за руку знакомить с моими девочками.
В девять подтягивается основная масса людей. Приезжает и Тимофей с Чурикановым и Лёхой. Правда, только Тимофей в чёрном, остальные забили на мой дресс-код. Поэтому я с ними не фотографируюсь. Портят всю композицию из серебряных и черных шаров.
— Тонечка, дорогая, с днем рождения! — протягивает мне Тимофей бумажный пакетик и букет ирисов.
Конечно, это очень красиво. Я всегда смотрю на то, какие цветы выбирают люди, для меня это важно. Если мне не нравится букет, скорее всего, мне разонравится и человек. Подружки говорят, что я душнила, но что я могу сделать?!
Я достаю из пакета Тимофея коробочку и начинаю развязывать бант. Неужели реально повёлся и подарит что-то с бриллиантами. Это прикол, конечно. Открываю коробку, и в этот момент просто случается фейл года. Чуриканов достаёт с заднего сидения связку шаров и несёт мне их с криками: «Уже можно». Только это не шары, а надутые презервативы. И по пипкам сверху это прекрасно видно.
— Ты долбанутый? У меня же родители сейчас придут!
— В смысле? Мы с твоими предками? — спрашивают одновременно парни.
— Конечно. Они до десяти будут с нами. И бабушка тоже. Ужин и всё такое…
Парни меняются в лице, извиняются со смехом и запихивают этот ужас обратно в машину. Оборачиваюсь и вижу, как Элеша закатывает глаза и манерно качает головой. Улыбаюсь ей, перед сестрой не стыдно, она понимающая. Наконец возвращаюсь к подарку. Это золотой браслет, сразу вижу по бирке, с подвесками в виде звёздочек, цветочков и сердечек. И каждая инкрустирована маленьким камушком.
— Это тебе на ножку, Тонечка, для удачного катания!
Я смущаюсь. Как-то это слишком…
— Спасибо большое! Мне очень нравится! — выдавливаю из себя и убираю обратно. — А Макс где?
— Не знаю. Так и не появлялся.
Когда подтягивается ещё компания, оказывается, что многие местные постеснялись ко мне идти. Конечно, все самые близкие пришли, но всё равно обидно. Да и Макса нет. И никто не знает, где он. Разумеется, я ему писать и звонить не собираюсь. Ещё и мой брат задержался на работе на каком-то совещании и встал в мёртвую пробку. Вроде всё даже красивее, чем я думала, но настроение не на пике. Пытаюсь заставить себя веселиться и расслабиться, но постоянно смотрю на ворота и жду Макса.
Без пятнадцати десять мне чисто символически приносят огромный творожный пирог с земляникой и свечами-фонтанами. В том году у меня был такой в Италии, и я захотела здесь повторить. Это очень красиво выглядит, и гости еще сами дополнительно украшают ягодами белое творожное полотно. Я загадываю желание, и как-то настроение уже улучшается. Все смеются, хлопают.
— Тоня, можно я скажу тост? — встаёт со стула Катриновский Лёха, получает мой кивок и продолжает: — Хочу сказать спасибо родителям Тони за такую дочь!
Мама на меня бросает убийственный взгляд в этот момент. А я сижу и пытаюсь понять, что будет дальше. Мы ведь даже особо и не общаемся. Просто Макс и Катя — связывающие звёзды.
— Она настоящий друг, — продолжает говорить, — который всегда поддержит в трудный момент и придёт на помощь. Тоня, пусть у тебя всё будет и ничего за это не будет! Ура!
Неожиданно, конечно. Я салютую ему бокалом и улыбаюсь. И тут же слушаю новые тосты. Я слышу столько добрых слов, что у меня уже глаза на мокром месте, и посматриваю на часы, хочу уже выпроводить предков и танцевать.