Чтение онлайн

– Как настроение, браток? – поинтересовался с участием Куцый.

– По-разному, – придав немного солидности голосу, ответил Егор.

– Вот, за это и выпьем, – хохотнул Гыча и протянул подошедшему Егору двухлитровую ёмкость с пивом.

– Спасибо, не откажусь, – подался искушению покалеченный трейсер. В принципе он был против алкоголя, но решил чуть-чуть сегодня ему не помешает. В конце концов, он не малолетка и не маменькин сынок.

Сделав несколько больших глотков, Егор не подал вида, что от пива он не в восторге. Непривычная горечь от напитка стояла во рту неприятным послевкусием, от которого захотелось пить, но другой живительной влаги под рукой не было. Ему пришлось ещё немного выпить пива, пока Гыча рассказывал анекдот, который Егору тоже не понравился своей пошлостью.

А Куцый между тем по-свойски говорил:

– Ты, главное, Егор сейчас слюни не распускай. Люди и без двух ног живут и такие "бабки" заколачивают – офигеть!

– Конечно, сидишь ничего не делаешь, а бабосы сами сыплются, – как всегда весело продолжал заданную братом тему Гыча.

– Я не распускаю, – не зная, что ещё ответить, сказал Егор, потянувшись к пивному напитку, отметив про себя, что хмель уже ударил в голову.

А братья, сменяя друг друга, говорили без умолку:

– Вот и я о том же, брат, а мы тебе поможем. Одному тебе будет трудно.

– Мы с кем надо перетрём, и будешь в шоколаде.

– Было бы желание, тебе ещё завидовать будут.

– Тачку крутую купишь, все тёлки твои.

– Деньги нужны. Протезы, знаете, сколько стоят, если хорошие? Мне сегодня сказали, я чуть не упал, – захмелевший Егор признался в своих проблемах и опять попробовал на вкус пиво.

– Вот и протез купишь себе, – обещал манну небесную Куцый.

– Протез – это мелочи, через год на квартиру можно нащёлкать, – вставил Гыча.

– А что делать надо, чтобы так оторваться? Я же без ноги, – задал резонный вопрос Егор.

– Ты видел когда-нибудь на улице нищих? – вопросом на вопрос ответил Куцый.

– Конечно, бедные люди. Копейки сшибают, – ответил всё больше хмелевший Егор.

Братья дружно засмеялись, чем ввели своего собеседника в недоумение.

– Насмешил – "копейки сшибают". Бабосики заколачивают!

– Они почти все упакованы под завязку!

– Да ну… – засомневался, несмотря на хмель в голове, Егор.

– Зуб даю, братан, не веришь? Давай завтра проверишь.

– Встанешь у магазина, а мы тебя – крышанём, – предложили братья способ решения всех финансовых проблем Егора.

– Нет, что я нищий? – заартачился Егор.

– Нищие каждый день на работу ходят, – поучительно заметил Куцый. – А ты будешь крутым мэном! – поддержал брата Гыча.

– Попрошайничать не пойду! – не соглашался на заманчивое предложение Егор.

– Так, это дело на сухую не обсуждается. Гыча, в магазин! – скомандовал старший брат младшему. Тот не стал возражать и убыл в заданном направлении.

– Я больше не буду пить, – сообщил не совсем трезвый Егор.

– А мы только поддержать тонус, – с долей иронии ответил ему взрослый приятель.

Потом он долго говорил, что зря Егор сопротивляется, что это для него выход и что старших надо слушать. Вскоре на помощь ему в убеждении несговорчивого паренька пришёл Гыча, раздав по баночке спиртосодержащего напитка.

– Не будь лохом, братан. Ты думаешь любой может встать и безнаказанно окучивать денежную массу?

– Да, – открыв банку и попробовав содержимое на вкус, поддержал дискуссию Егор, пьянея на глазах.

– А вот и нет – это бизнес! За всё надо платить и обо всём договариваться. Мы за фифти-фифти готовы тебе помочь с хлебным местом, – приоткрыл завесу над жизнью нищих Куцый.

Троица сидела на детской площадке дотемна, по-пьяному громко разговаривая и гогоча. Егору после отлучек Гычи в магазин становилось с братьями всё веселей и беззаботней, грустные мысли вдруг покинули его вместе с разумом.

Пьяного сына, еле стоящего на костылях, мать встретила со слезами на глазах, открыв дверь после бесконечного звонка в квартиру…

НЕДОБРОЕ УТРО

На следующий день Егор проснулся, когда мать уже ушла на работу, а Вовка ещё спал на соседней кровати. Он чувствовал себя разбитым, в прямом, а не в переносном смысле этого слова. Голова разламывалась от боли, коленка здоровой ноги и локоть правой руки были заодно с головой, требовали медицинского ухода.

Память прорываясь сквозь болевые импульсы тела, не щадила его воспоминаниями. Егор вспомнил, что он согласился стать нищим-миллионером и делиться по-братски – пятьдесят на пятьдесят с братьями-благодетелями. Как до дому добирался Егор помнил хуже всего, по-видимому, ему помогли? Интересно бы знать, кто? Мать он помнил чётко. Она его не ругала, а помогла лечь в кровать и, молча, плакала. Когда ему совсем плохо стало, брат Вовка приносил ему воды в кружке и тазик, который всё ещё стоял у его кровати. А он кричал, что все лохи, а он нет, нёс всякую чепуху, возвышая себя до небес, но общими усилиями родных всё же успокоился и заснул.

Наступившее утро разбудило в Егоре стыд и совесть, от них он не знал куда спрятаться, а как теперь после своей безобразной выходки смотреть в глаза матери, вообще представления не имел. Стараясь не разбудить братишку стуком костылей, Егор побрёл на кухню попить чаю…

Вскоре Вовка проснулся сам и, появившись на кухне, несколько настороженно смотря на старшего брата, сказал:

– Ну, ты даёшь, мать тебе сегодня задаст.

– Не зуди, без тебя тошно, – беззлобно ответил Егор.

– Я что, я ничего, а ты, правда, скоро "Бентли" купишь?

– Кто – я?

– Ну не я же. Ты вчера мне новый компьютер обещал и маме шубу…

Вместо ответа Егор тяжело вздохнул, обхватил голову руками и отрешённым взглядом стал смотреть на стоявшую перед ним кружку с чаем.

Вовка, сообразив, что его вопросы не уместны и не тактичны, быстро дожевал свой завтрак. Молча испарился из кухни, а за тем из квартиры, щёлкнув замком входной двери.

Егор, допив чай, принял душ, надев чистые джинсы и спортивную майку, убрался у себя в комнате. Дело это с занятыми костылями руками было не простое, но, проявив смекалку и волю, ему удалось навести порядок, без посторонней помощи. Включив радио, он нашел свою любимою музыкальную радиостанцию и, сделав звук погромче, лёг на свою кровать, уставившись в потолок. Ди-джей веселил радиослушателей как мог и выполнял их музыкальные заявки…

От музыкального эфира его оторвал звонок сотового телефона. Звонила Светка, его подруга по клубу и, как он думал, по жизни.

– Приветик, ты где вчера потерялся? Мы тебя все ждали… – защебетал девичий голос в трубке.

– Да я… это… не смог. Пока в больницу, потом… – плохо сочиняя на ходу, пытался объяснить Егор своё отсутствие в клубе.

– Ладно, не парься, мы сейчас к тебе сами завалимся, – прервала его Светка бодрым голосом и отключилась.

Егор от такой перспективы визита неожиданных гостей на некоторое время забыл вчерашнее своё похождение. Ему было приятно, что друзья его не забыли и что Светка на него не держала обиду. Приближение друзей Егор услышал ещё за закрытой дверью. Они, подходя к его квартире, громко переговаривались, чему-то смеясь. Впуская в квартиру друзей, Егор впускал в дом заряд оптимизма и весёлого настроения. Казалось, говорили все одновременно. Сняв в прихожей обувь, команда, служившая верой правдой паркуру, собралась в большой комнате. В гости пришли Сега, Дик, Тон, Сеня и Светка. Дружно задавали вопросы про здоровье, про то,что говорят врачи, и прочее в этом духе. Егор от такого внимания отбивался, как мог. В конечном счёте они ничего нового не спросили, а он ничего не ответил, но всё равно ему было хорошо в кругу друзей. Кроме того, они принесли с собой торт, а от хозяина требовался только чай, который общими усилиями помогли ему приготовить. Во время чаепития, откусив кусок, Егор спросил: