Чтение онлайн

— То есть умирать от голода и холода здесь на камнях или топиться в этой непонятной жиже?

— В общих чертах, верно. И я забыла сообщить тебе еще одну небольшую деталь, — она смотрела так, будто готовит гадость, — там Курар живет, он может ускорить твой конец, — и ведь теперь она откровенно издевалась.

В том, что она забыла, я сильно сомневалась, как и в том, что «деталь» эта маленькая.

— Это еще, что за зверь?! — я выходила из себя.

— Зверем его сложно назвать, скорее уж морской гад, или водяной монстр, специально привезенный для испытания. А на него столько сил истратили… — она мечтательно закатила глаза, будто эти силы как-то ее касались, — очень неуемный зверь, никак не хотел проходить сквозь портал. — и словно дразня добавила, — Ну решайся, терять уже нечего.

Не отреагировав на ее издевки, я попыталась призвать кулон, вернее стихию воды, чтобы принесла его мне, но озеро осталось неподвижным несмотря на мои старания. Расхохотавшаяся дева ответила, что так просто не выйдет, до меня уже пытались, кулон нужно взять рукой. Эта информация не облегчала задачу.

Я подплыла к середине озера, удивительно, но вода держала, и я без труда могла барахтаться на поверхности осматривая дно. Чудища не было видно, зато обнаружилось украшение, мирно лежащее на песке и не теряя времени, я набрала воздуха в легкие и нырнула. Пока плыла, смотрела по сторонам, не хотелось быть застигнутой врасплох, но вокруг была пустота, здесь даже рыбок и растений не было. Опустившись на дно, подняла кулон, его форма напоминала сердечко, и я тут же надела его на себя, чтобы не мешал и не потерялся, украшение полыхнуло, принимая меня.

Довольная собой, что все прошло успешно, я начала всплывать. Мне не хватило нескольких секунд, чтобы выплыть и вдохнуть драгоценный воздух. Как меня схватили за ногу, и дернули вниз, что-то острое пробило кожу, хотелось заорать от боли и испуга, но я сдержалась, "у меня есть еще шанс я не первая", — и с этими мыслями дернула ногу, но стало еще больнее.

Попробовала создать пульсары, но в воде это было невозможно, сила, выходящая из рук только, отдавала тепло, а чудовище, очень похожее на осьминога-мутанта с шипами по всему телу, тем временем обматывало своими щупальцами вторую конечность, шипы впивались, разрывая плоть, терпеть было невыносимо, а воздух вот-вот закончится, и я захлебнусь. Попыталась брыкаться, но сила была на его стороне, я смотрела в его глаза и открытый клюв: "Кушать подано", — сорвалась мысль.

Осознавая свое безвыходное положение, я в который раз прощались с близкими. Не с близкими по крови, я им никогда не была нужна, ведь обманулась, а с теми, кто со мной шел на тьму, не задумываясь выживет ли, кто готов поддержать, сопереживать или просто быть рядом. Боль от мысли, что сейчас все кончится и я уйду за грань, и больше никогда их не увижу, была сильнее физической. И от этой боли внутри разгорался огонь, все сильнее и сильнее, паника будто высвобождала все, что раньше спало. Курар с ревом отбросил меня и подался назад, а мое тело обвила тонкая водная пленка, похожая на огненный барьер, что окутывает меня, когда я боюсь. Внутри меня был пожар, казалось, лава текла по венам, замещая кровь, я сама была огнем, и вода вокруг меня нагревалась, закипала. Я — стихия! И сейчас я готова убить и умереть! Я видела, как монстр мечется по озеру в надежде на спасение, но его не было и меня не было, я уже не контролировала себя. Промчась рядом, едва живой, он зацепил меня шипом полоснув по животу, вода окрасилась багровым цветом, а я, закрывая глаза прошептала — "Мирем", и провалилась в пустоту.

Очнулась лежащей на берегу озера, русалка выбралась наполовину из воды и выжидающе смотрела на меня.

— Очнулась, — сказала с улыбкой Мирем и тут же начала наглым образом меня отчитывать, будто я мало натерпелась.

Мол я ее чуть не сварила, как того жутика, что плавает мертвый на поверхности воды, красный, как креветка, и мол предупреждать нужно, что суп решила приготовить, она бы хоть щит поставила. И если бы она не была дочерью подводного царя, и оттого сил у нее необъятное количество, плавать ей рядом с Кураром. И пока она причитала, я осмотрела свои раны, которых не было. Я даже засомневалась не приснилось ли, но Мирем перехватив мой взгляд пояснила, что это она все залечила, и пусть не особо владеет целительством, но стянуть удалось. Но мне все равно лучше показаться лекарю.

— С тебя причитается. — подвела русалка итог.

И раз Мирем закончила меня отчитывать, то хранительница еще не начинала, и не теряя времени немедленно приступила, я же только недоуменно таращилась на духа.

— Да что я сделала? — начала защищаться, — испытание то прошла.

— Что ты сделала? Она еще спрашивает! Работы меня лишила, Курара сварила и все заклинания, что здесь были сняла, теперь это просто пещера не больше и не меньше! — ее крик буквально сотрясал стены.

— Так, а разве это плохо? — до меня никак не доходило, что такого страшного случилось.

— Конечно! — перешла на ультразвук та. — Нет теперь испытания озером и все благодаря тебе! Как следующие невесты силу будут высвобождать?

Чувствовала себя неразумным дитем, что испачкал новый наряд, назло маменьке плюхнувшись в грязь. Далось ей это испытание, теперь она свободна, радоваться нужно.

— Прости, меня готовили всего пару месяцев, я необученный маг, да и если нельзя было убивать этого гада, как другие проходили испытания? — пыталась оправдаться.

— Как-как усыпляли, парализовали и прочее, но не варили! И если ты не обученная, как невестой стала? Всегда заключается договор между семьями и невестой становится не абы кто, — и посмотрела на меня, — а сильная магичка о-бу-че-на-я! Которая знает, что делает!

Ну и я рассказала, как все получилось, а хранительница только хмыкнула и поникла, нет у нее теперь цели, уйти не может, застряла в этом мире, да и не хочет, а теперь и заняться нечем. Ну я и предложила — к нам домоправительницей, будет командовать, нашему сборищу иногда это нужно, а получается у нее это хорошо. Еще я вспомнила о неизвестном мне голосе, что подарил цветок и дал напутствие перед испытанием. Бывшая хранительница заинтересовалась, пояснив, что возможно у нас уже есть привидение и она попробует найти его. А что касается ключа, так кулон и есть ключ, ключ из этого места, а в остальном ценности не имеет, простая стекляшка, но зачем-то в дорогой оправе.

Хранительнице я дала имя Дана, ей понравилось, но мы решили пока не афишировать о ее будущем проживании в доме, как и о ней самой. Дана сначала присмотрится, а я поговорю с герцогом. Кто знает как он, отреагирует, ведь может и развеять, а ей этого не хотелось и оттого будет следовать за мной невидимой.

Вернулись в замок, Боня рванула на кухню, жалуясь, что недоедала, хотя мы и отсутствовали всего сутки, но она и слушать ничего не хотела. Сэм сидел в общей гостиной, у них семейное это похоже, боялся пропустить мое возвращение, а затем я была схвачена, до хруста костей обнята и после этого очень тщательно допрошена!

Герцог вернулся из рудников и сразу присоединился к нам. Разговаривали мы в столовой, за ужином, вернее я ужинала, а Болтоны слушали и пили вино. Мой рассказ их удивил, очень, покойная герцогиня посетив озеро, ничего сказать не могла, не помнила просто. Но со мной было все иначе. Я сломала очередное испытание, а значит и память стирать, кто бы это ни делал, мне уже незачем. Сэм был расстроен, ведь я могла умереть и никого рядом не было. И даже заверения шимы, что со мной все в порядке и она меня осмотрела магическим звением на внутренние повреждения, а оттого беспокоиться нечего, его не убедили. Тогда я решила, что пора изгонять грусть, другой будоражащей новостью и рассказала о Дане. Тревогу, как рукой сняло, Сэм пораженный ждал, когда я покажу свою таинственную знакомую, но я не спешила, герцог должен был дать обещание, что не уничтожит ее и только тогда она предстанет.

— Да не сделаю я ей ничего. — Болтон был расслаблен и даже доволен, — Я уже настолько привык, что ты тащишь в дом, всех кого встречаешь. Что даже готов в оранжерее сделать пруд для твоей русалки, если ты надумаешь и ее привести.

Я покраснела, ведь он был совершенно прав, нельзя сказать, что тащу всех, но пройти мимо того, кому нужна помощь не могу. Каждый сюда попал не от счастливой жизни, как и я сама.

— Дана, покажись не бойся, — позвала я.

— Я и не боюсь, хотела посмотреть, как ты выкручиваться будешь, — с ехидством сказала она и появилась.