Чтение онлайн

— Да? Бабушку тоже можно не слушать?

— Дейна!

Девочка тяжело вздохнула и отвернулась к окну. То, кого выбирает мать между ней и бабушкой, уже давно стало понятным. И все-таки она не переставала надеяться на лучшее. Может быть, когда-нибудь мама поймет и поверит, что бабушка далеко не святая? Может быть, услышит, как София Гартон разговаривает с внучкой на самом деле, а не при матери? Случится ли чудо когда-нибудь?

Но это потом. Сначала нужно предстать перед королевским советом.

***

Во дворце Лилиан с дочкой приняли очень вежливо и добродушно королевские слуги высшего ранга — дворецкий и лакеи. Несколько мужчин с безупречными манерами, одетые в роскошные одежды, поприветствовали их и проводили гостий к их временному жилью. Лилиан скромно надеялась на гостевые комнаты, но их поселили в маленьком флигеле неподалеку от дворца. Раньше здесь жили служанки, пока их не переселили во дворец, но помещение выглядело вполне сносным. Комнаты были убраны и меблированы, но сам факт препровождения их в это место неприятно покоробил Лилиан.

— Позвольте, судари, а почему именно сюда?

— Такова королевская воля, — дворецкий печально улыбнулся и развел руками. — Эта постройка для гостей не дворянского происхождения.

С этими словами они раскланялись и быстро ушли, пока Дейна восторженно разглядывала прекрасные белые стены и высокий потолок с лепниной. Она слушала разговоры взрослых вполуха, и не очень интересовалась причиной, по которой их не поселили во дворце. И снова маленькой Дейне показалось, что она попала в прекрасный мир богатства и нескончаемых чудес.

Глава 5.2. Высокий Совет

Лилиан Морлан, бывшая княгиня, вернувшаяся в простолюдинки, огорчилась не столько за себя, сколько за дочь. Подумать только, принципы и предубеждения короля насчет дворянства и знатности до того огромны, что он даже не подумал об удобстве маленькой княгини. Даже проживая с матерью, Дейна все равно сохранила свой титул, потому что родилась в княжеском доме и в законном браке!

Когда праведный гнев утих, молодая женщина с грустью подумала, что, наверное, королю действительно нет дела до таких мелочей. Его интересуют лишь войны и интриги, но никак не благополучие маленьких и талантливых, но болезненных девочек.

— Мама, ты грустишь? — спросила Дейна? — Почему?

Лилиан обернулась и с улыбкой посмотрела на свое ненаглядное дитя.

— Нет, крошка. Я просто думаю.

— Смотри, мама! Здесь такие удобные кровати! Не как у бабушки!

— Только не вздумай прыгать на них.

— Прыгать? — озадаченно переспросила девочка. — Я не умею.

И это было горькой правдой. Слабые ноги Дейны часто подводили ее. Дейна могла споткнуться на ровном месте, где спокойно ходили люди. Но сейчас им надо показать себя во всей красе. Безупречные манеры, отличное колдовство, прекрасное здоровье. Лилиан опасалась, что бывший супруг мог случайно узнать об этой поездке и договориться с кем-нибудь, чтобы девочку не приняли. Чтобы насолить матери… После того, как Андре похитил Дейну с постоялого двора, он продолжит делать все возможное, дабы сделать больно самой Лилиан.

Отбросив прочь тягостные мысли, Лилиан снова улыбнулась дочке.

— Ничего страшного, дорогая. Запомни: никому не говори ничего лишнего, пока тебя саму не спросят. А если спросят, отвечай четко. Не сбивайся. Не путай слова. И самое главное — не путай магию.

— Да, мама.

Лилиан вздохнула и подумала, что слишком многого требует от дочери. Она же еще так мала! Но уже контролирует магию, а это довольно хорошо для семилетней ведьмы.

В комнатах флигеля, куда их проводили, имелись спальня, детская, купальня и обеденная. Все, как положено. Лилиан предложила дочери отправиться в купальню и немного отдохнуть до того, как принесут обед. И ближайшие часы их пребывания во флигеле занял приятный досуг.

Потом Дейна тепло оделась и вышла в сад, придерживаясь за перила. Здесь не было учебной комнаты, но она решила испытать магию Огня на снегу. Из окна за ней наблюдала с легкой тревогой мать, опасаясь, что девочка по неопытности что-нибудь напортачит, но Дейна заметила этот взгляд и помахала Лилиан рукой. Она думала, что матери хочется проследить за ее успехами.

— Генри? — позвала она тихонько.

На всякий случай. Вдруг призрак захотел ее снова разыграть. Он ведь такой весельчак!

Тишина. Только белые снежинки медленно опускались на сугробы и снег хрустел под подошвами сапожек. День выдался погожим и солнечным.

Дейна сосредоточилась на Огненной магии, вытянула руки и направила ладони, сложенные лодочкой, на ближайший сугроб.

Вших! Золотая молния ретиво мелькнула между девочкой и сугробом, вонзилась в него, будто стрела в плоть дичи, и все стихло. Дейна замерла, напряженно наблюдая за своей работой. Неужели искра слишком слаба?

Треск!

Запах огня и дыма вместе с запахом снега — вот, чего Дейна ожидала почувствовать меньше всего. Жадное рыжее пламя разгорелось внутри сугроба и разрушило его с невероятной скоростью. Снег исчез, обнажив белые, чуть потемневшие от копоти, каменные плиты.

— Ничего себе… — пораженно прошептала девочка, прикрыв рот ладонью.

— Дейна! — позвала ее Лилиан.

Дейна обернулась и увидела, что мать стоит уже не за окном, а на крыльце, в наспех наброшенной на плечи шубе.

— Да, мама?

— Иди домой, детка. Скоро стемнеет и ты можешь опять заболеть.

— Что? — засмеялась Дейна, но послушно пошла в сторону флигеля. — Заболею? От снега?

— Чем темнее, тем холоднее, — поучительно сказала мать. — А тебе лучше не мерзнуть.

***

Следующим утром два лакея принесли им завтрак и сообщили, что в одиннадцать часов утра мать и дочь Морлан ждут во дворце. Особенно дочь. И впервые за все это время Дейна перестала веселиться. Завтракала она очень вяло и неохотно, несмотря на свой обычно здоровый аппетит. Лилиан поглядывала на дочь с легким беспокойством, но ни о чем не спрашивала, боясь повышения тревоги и страхов.

Она бы с радостью успокоила и поддержала Дейну, если бы могла. Увы! Никаких других видов магии, кроме Водной, Лилиан не знала.

После завтрака за ними пришли сопровождающие стражники и повели обеих во дворец — словно под конвоем. Снег поскрипывал под ногами уже не весело, а тревожно, и на сверкающие белизной сугробы Дейна уже не любовалась, как прежде. Она знала, что скоро встретится с кем-то очень важным и случится нечто очень торжественное, а что делать, чтобы это произошло, не имела понятия.

Лилиан думала об ином. Ей казалось, что их поведут тайными коридорами, чтобы скрыть от чужих глаз, но нет, стражники направили сопровождаемых через главный вход. Под пристальными взглядами придворных мужчин и насмешливыми взглядами придворных женщин, расфуфыренных, разряженных в пух и прах, Лилиан хотелось провалиться сквозь мраморный пол. Только она продолжала идти, гордо вскинув голову и чувствуя, как раскраснелись щеки. Все это ради дочери!