Чтение онлайн

Надо было поговорить с Рут и выяснить, чего она от него хочет.

Этот разговор вполне мог состояться. Как только беглецы перелезли через ограждение и вновь очутились на федеральной трассе, Ньюкам велел остальным остановиться и опустился на колени, проверяя часы. Затем он быстро перепаковал рюкзак. До этого в наружных сетчатых карманах лежали бинокль, одна из раций и пластиковая бутылка с бензином. Теперь сержант запихнул рацию и бинокль внутрь, а по наружным карманам разложил банки с кленовым сиропом. Ньюкам собирался совершить очередную вылазку, чтобы разложить приманки.

Однако Кэм остановил его.

— Подожди.

— Я догоню вас.

— Не в этом дело, — ответил Кэм, чувствуя, как взгляд Рут беспокойно мечется между ним и сержантом.

Как только ученая поняла, что собирается сделать Ньюкам, ее осанка изменилась. До этого женщина старалась держаться прямее, но теперь снова съежилась и поникла.

Кэм почувствовал себя подлецом. Ему хотелось утешить Рут, но остановить Ньюкама было важнее.

— Мы не можем оставлять приманки на этом берегу, — объяснил он. — По крайней мере, не сразу. Подумай. Когда ты раскидывал их в центре города, в скоплениях насекомых нельзя было заметить четкую систему. Но если Лидвилл увидит, что самые крупные рои перемещаются к северу, сразу станет понятно, кто это устроил.

Ньюкам застыл, глядя на него.

— Ладно.

— Идем, — сказал Кэм, обращаясь к Рут и мягко касаясь ее здоровой кисти.

Она покосилась на руку Кэма, а затем подняла голову и вгляделась в его лицо. Он позволил себе один-единственный кивок. Другого сигнала было не подать, учитывая очки и маску.

Беглецы снова тронулись в путь. Они шагали вперед, но с каждой минутой идти становилось все труднее. Стресс и усталость бродили в крови, как отрава, делая тела неповоротливыми. Однообразие путешествия утомляло по-своему: бесчисленные машины, бесчисленные трупы. Ньюкам первым заметил несколько облачков на западе. Кэм надеялся, что тучи сгустятся. Плотная облачность была бы неплохой защитой от самолетов и спутников. А падение температуры, пускай и небольшое, уменьшило бы активность насекомых. К тому же в куртках и капюшонах беглецы немилосердно потели, все время находясь на грани обезвоживания.

Уже почти перевалило за полдень, когда они спустились под землю — намного позже, чем им бы хотелось. В конец концов им удалось отыскать сухой и широкий туннель, проходящий под трассой. Спустя пять минут в отдалении раздался грохот, похожий на шум перехода звукового барьера.

— О Боже, пожалуйста, нет, — простонала свернувшаяся калачиком Рут, поднимая голову.

— Думаешь, они засекли нас? — спросил Кэм у Ньюкама.

Солдат лишь пожал плечами. Оба молча уставились в сторону входа. Кэм заставил Рут выпить как можно больше воды. Они перекусили солеными чипсами и консервированным тунцом, и Ньюкам быстро сделал пометки в своем журнале, дважды сверившись с часами. Кэм заметил, что дата и точное время успокаивали сержанта. Возможно, тут был какой-то смысл. Эти цифры оставались надежными, в отличие от всего остального.

Наконец Рут и Ньюкам снова улеглись. Над равниной прошло невидимое отсюда звено вертолетов — далекие громовые раскаты. Но больше никого. Охотники так и не взяли след.

— Не бросай меня, — прошептала Рут.

Ее маленькая ладонь легла на плечо Кэма. Развернувшись, юноша открыл глаза и уставился в темноту, не понимая толком, спал он или просто отключился на пару секунд. Увидев, что женщина склонилась над ним, он не удивился — однако тонкие волоски на руках и на затылке встали дыбом. Кэм словно бы ждал ее. Он опять очутился в том же кошмаре, где Эрин истекала кровью, а десять тысяч кузнечиков тучей заслонили солнце. Небо над каналом было черным, как во сне, и Рут с Кэмом застыли в тех же позах, как когда-то они с Эрин. Один на земле, второй на коленях, только в этот раз они поменялись местами. Во сне Кэм стоял точно так же, как сейчас Рут, и глядел сверху вниз на любимую, захлебывающуюся кровью из собственных легких.

Кэм, испугавшись, резко сел. Ночь наступила недавно, и небо было чернильно-черным, не считая четвертинки луны, висевшей низко над горизонтом. Значит, все же нагнало тучи.

Хорошо. Кэм оглянулся на сержанта и прислушался. Ньюкам лежал всего в полутора метрах от них, но в темноте казалось, что дальше. Дыхание солдата было неглубоким и мерным.

Рут вызвалась стоять на часах первой, объяснив это тем, что успела вздремнуть в лодке и позже, сразу после того, как они забрались в туннель. Только поэтому Кэм и Ньюкам согласились — обычно они позволяли женщине спать целую ночь.

Рут хотела остаться наедине с ним. Хотела его.

— Пожалуйста, — повторила она, снова дотронувшись пальцами до его плеча.

Это касание было почти неощутимо сквозь перчатку и ткань куртки. Да и от самой Рут осталась лишь тень, изуродованная очками и маской. Однако Кэм помнил очертания ее губ и быстрый, ясный взгляд.

«Она не знает, — подумал юноша. — Не может знать. Никто не догадывается, что я еще способен кого-то желать, потому что никто не может желать меня».

Но если она все же знает… Если догадывается о чувствах Кэма, то впору возненавидеть Рут за то, как она использует его привязанность.

— Ньюкам хочет убраться отсюда, — шепнула Рут. — И я его за это не виню, но он не прошел через то, через что прошли мы с тобой. Он не понимает.

Кэм задумчиво кивнул. Ему хотелось найти больше поводов быть поближе к ней — пускай даже и таких скверных. Не в первый раз он попытался представить, что же Рут чувствовала, когда видела с борта МКС погружавшуюся во тьму Землю. Видела, как Земля остается во тьме, потому что города на всех континентах заброшены и мертвы. Да, на долю Рут выпали другие испытания — узницы, а не беженца.

— Не бросай меня, — снова прошептала она.

— Не брошу, — пообещал Кэм.

В то же время он понимал, что Ньюкам во что бы то ни стало попытается настоять на своем. А что еще может сделать солдат? Позволить им уйти? Ньюкам поставил на карту не меньше, чем они. Он никогда не сядет в самолет без Рут и ее базы данных.

Кэм снова обернулся к сержанту, и тут на него нахлынула древняя, первобытная тьма — такой бездушной ясности он не испытывал с тех пор, как прикончил Чеда Лумаса. Чед первым начал красть и утаивать пищу на крошечном горном островке, где Кэм пережил год чумы.

«Если дойдет до драки, — подумал Кэм, — то все преимущества на стороне Ньюкама».

Ньюкам был сильнее. У него была штурмовая винтовка. Кэм понимал, что куда умней выстрелить солдату в спину, чем встретиться с ним в честном бою.

После рассвета они продолжили путь к северу. К этому их вынуждали обстоятельства. Следовало исходить из того, что у Лидвилла была передовая база — либо на горной вершине, где Рут и Ньюкам впервые встретились с Кэмом, либо где-то в Тахо или Йосемити. Или даже во всех трех местах. Они шарахались от любой тени. Вчерашние вертолеты могли оказаться там случайно, но Ньюкам думал иначе. Топливо было слишком ценным.

Утреннее солнце все еще сжигало последние тучи, когда беглецы обнаружили то, за чем охотились вертолеты. Это был человеческий труп — целиком сохранившийся человеческий труп, обгоревший и изломанный, но резко выделявшийся среди тысяч рассыпанных по дороге скелетов.

— Стойте, — сказал Кэм.

До тела оставалось не меньше шестидесяти метров. Бывший лыжник взобрался на капот грузовика и вытащил из-под куртки бинокль.

— Что там? — вытянув шею, спросила Рут.