Чтение онлайн

– Я хочу спросить у тебя кое-что. Постарайся кивнуть в ответ или покачать головой. Хорошо?

Лицо ее не изменилось, хотя Сергей был уверен, что она поняла вопрос.

– Это очень важно. Ну просто моргни, чтобы я понял. Ты слышишь меня?

Она моргнула, оставив глаза закрытыми на секунду. Понимает.

– Вот и чудно, - он улыбнулся.
– Скажи мне, к тебе приходит кто-то по ночам?

Старушка замерла. Глаза ее расширились. Немая сцена продлилась несколько секунд. Ну, вот, теперь ты ее еще больше напугал, проворчал здравый смысл в голове. Теперь она думает, что ты настоящий псих. Знаешь почему? Потому что никто сюда не заходил.

– Мам, это очень важно. Скажи, кто-то приходил к тебе по ночам?

Она вдруг закивала в ответ. Сергей мгновенно покрылся холодным потом. Значит, правда. Он взял мать за руку и сжал ее ладонь. Не нужно больше ее пытать. Ей и так пришлось многое пережить за последние недели.

– Он тебе больше ничего не сделает, мам, - сказал он сквозь зубы, почему-то уверенный, что все так и будет.

Она вдруг беззвучно зарыдала.

– Ну что ты, мам? Все будет хорошо. Обещаю тебе.

Если бы он знал, что прощается с ней, то, наверное, обнял бы ее. В сознании и абсолютно все понимающую он видел ее последний раз.

Добавив в суп снотворного, он накормил мать. Отнес ее к себе в комнату и уложил на кровать. Вышел на улицу. В дровнике нашел подходящий тонкий черенок осины. Схватил топор и остервенело обтесал с одной стороны. Бросил топор и пошел в дом.

– Тоже мне, Ван Хельзинг, - пробормотал он, посмотрев на свое отражение в зеркале.

Закрыл окна во всем доме. Плотно запер дверь. Схватил распятие. Вспомнил слова Аля Капоне о голом добром слове и о добром слове с пистолетом в довесок. Взял с собой еще и ружье, растолкав по карманам патроны.

Мать спала, как убитая, когда он вошел в комнату, полностью экипированный. Он отодвинул стол от окна, но оставил себе достаточно места для возможного отступления. (Бегства) Сел спиной к стене. Разложил книги стопками на крышке стола.

Сумерки сгустились. В тишине уверенность покинула его. Он прислушивался к любому шороху, просачивающемуся сквозь стекло. Воображение рисовало образ, описанный в десятках книг - бледный джентльмен во фраке, говорящий с румынским акцентом. Но здравый смысл, если, конечно, это можно так назвать, говорил, что бледные джентльмены во фраке, говорящие с румынским акцентом, пьют кровь молодых симпатичных девушек, а не старушек, доживающих свой век.

Отключился свет. Сергей завел генератор и, вернувшись, погрузился в мир вампиров.

Почти все книги сходились в одном: вампиры, упыри, вурдалаки (последнее слово взято из классики, переиначенный волкодлак и вурколак) - мертвые люди, вернувшиеся в наш мир по какой-либо причине.

Они есть во всех легендах. В любой мифологии были существа, которые пили кровь людей. Именно людей, потому что у них есть душа. Разнились легенды в своих истоках. То есть причины возвращения мертвых были разными. У кого-то это были самоубийцы; у кого-то - человек, умерший насильственной смертью; в Японии это утонувшие дети; немецкие кровососы очень схожи с тем, что обычно показывают в фильмах ужасов. Очень часто упоминалось о кровном родстве. После смерти родственники просятся в дом, а когда их запускают, они выпивают кровь всех живущих в доме. Таким образом вымирали целые деревни.

Отец!

Сергей мгновенно отмел эту мысль. Он умер несколько лет назад.

Упоминалось о неких "метузелах", вампирах, порожденных тысячи лет назад.

У славян были мавки - некрещеные умершие дети. Заложные покойники - умершие не своей смертью, не нашедшие покоя люди.

Стриги, стригои, даханавары, акшары, веталы - от обилия названий у Сергея разболелась голова. Никакой более-менее важной информации он не нашел. Об убийствах подобных существ говорилось мало. Можно отогнать вампира заклинанием. Некоторые боятся запаха чеснока и полыни. Ну о полыни говорить не стоит. Поле неподалеку покрыто ею. Пастухи обходят это место стороной, чтобы молоко не стало горьким. Вбить кол, отрубить голову и сжечь труп.

И делать это нужно, откопав тело вампира днем, а не ночью, вновь вмешался не без основания здравый смысл.

Во многих источниках говорилось, что они не могут зайти в дом без разрешения хозяев. Но мать запустила его, раз он был внутри.

Свет. Почти во всех мифах говорится, что они приходят ночью. Боятся света? Слабеют? Может, он и вовсе смертелен для них?

Сергей протер уставшие глаза и посмотрел на часы: половина пятого. Скоро рассвет. Мать до сих пор не произвела ни звука. Даст Бог, скоро все закончится.

Он и не подозревал, о том насколько скоро все закончится. О том, что жить матери осталось четыре дня. Что на свободе ему находиться немногим дольше. Он не подозревал, что существо, за которым он начал охоту , сейчас наблюдает за ним. Он смотрит на безмятежно спящую старуху и радо тому, что скоро все кончится. В дом его уже пустили, а значит, ему не составит труда попробовать молодой крови. То, что парень догадался, заставляло его нервничать и, как настоящему хищнику, ему это нравилось.

Сергей напрягся. Он вдруг почувствовал почти физически незримое присутствие рядом с собой. Сердце его замерло. Он положил ручку на блокнот с записями и схватил ружье. Прислушался. Из окна уже доносилось пение первых птиц. Выключил свет и всмотрелся в синеву предрассветной ночи.

Почувствовал. Существо ухмыльнулось и рвануло в лес. Поживи еще денек, подумало оно.

Сергей простоял так какое-то время. Ничего не увидев, он вернулся к столу. Налил себе еще кофе.

16

Когда они подъехали к дому, у ворот стоял микроавтобус "УАЗ" навозно-болотного цвета. Рядом стояли два хлопца двадцати пяти лет и нервно покуривали сигареты без фильтра. У одного из них было очень знакомое лицо, но Аня не смогла вспомнить, кто это. Худощавый парень с наглым лицом в стиле "гоп-стоп", красивыми смеющимися глазами. Второй представлял собой гору мышц. На пыльной в опилках футболке было написано: "Break your fucking limits". Водитель, короткий мужчина пятидесяти лет в кепке, куртке и шортах, сидел за рулем и грыз соломинку.

– И сколько вас ждать можно?
– недовольно выкрикнул молодой "знакомый".

– А ты что, растаял что ли?
– ощетинился Рыбин.
– Или в чем проблема?

Он подошел к недовольному парню вплотную и уставился на него. Так и не дождавшись никакой реакции, он добавил:

– Немного уважения. У людей горе.

Рыбин открыл ворота. Парни распахнули створки. На полу микроавтобуса стоял гроб. Обитый красным бархатом, на самом деле он казался еще дешевле, чем на фотографии в похоронном бюро. На крышке гроба был приклеен белый крест из хлопчатобумажной ткани, вырезанный, видимо наспех. Двое молодых схватили гроб и вытянули одну половину наружу. Подбежал водитель и взялся сзади. К ним присоединился и Рыбин.