Чтение онлайн

– Нечего рассказывать.

– А все-таки? Что она за человек?

Романов смерил Семена Александровича сверлящим взглядом, пытаясь понять его интерес. Корнев откинулся на спинку стула.

– Она не была хорошим человеком.

– Нет? Почему же?

– Ну... Она всегда думала только о себе.

Он определенно псих, подумал Корнев. Теперь он все понял. Все остальное - лишь совпадения. Не нужно искать причин, иначе увязнешь еще глубже. Туннельное зрение. Если ты зацепился за одну версию, то все остальное, привязываешь к ней. Может, он и верит во все, что говорит. Сестра кинула его с больной старухой еще до совершеннолетия. Медленно, но верно он сходил с ума. Оно и понятно: человеку нужно личная жизнь. А тут случай со скотом, ставший катализатором. У старухи была болезнь Альцгеймера. Что-что, а симптомы этой страшной болезни могут быть достаточно жуткими, если не знаешь причины.

– Она считала, что все вертится только вокруг нее, - продолжал Романов.
– Все. Она хотела все, но не хотела ничего возвращать. То есть принимала, как должное.

Он замолчал. Семен Александрович грустно улыбнулся. С глаз пациента потекли слезы.

– Нельзя так говорить о мертвых.

– Вы считаете, что она придет к вам снова?

– Я перелопатил огромное количество книг, в поисках информации об этих существах. Почти во всех источниках говориться о том, что они едят первым делом своих близких. Какого черта я вообще вам об этом рассказываю?
– взбесился вдруг Романов.
– Вы все равно мне не верите!

– Главное, что ты веришь, - повторился доктор, но тут же осекся.

Сергей почувствовал перемену в отношении к себе. Беседа вновь приобрела характер шахматной игры, но в этот раз причиной тому был сам доктор. И в этот раз он не стал менять тон. Они проговорили о вампирах еще несколько минут. В итоге Семену Александровичу это порядком надоело. Он встал и направился к двери.

– Могу я попросить вас кое о чем?

– Ну не знаю, - Корнев остановился у двери и повернулся к пациенту.
– Попытаться можно всегда.

– Дайте мне распятье.

– Для чего?

– Для защиты.

– Здесь с вами ничего не произойдет. Вам нечего бояться.

– Я не смогу сдерживать ее все время.

– Сергей, - Семен Александрович глубоко вздохнул и закрыл глаза.
– Я бы с радостью дал вам распятье, если бы не считал, что на вас это повлияет пагубным образом. Крест будет только подпитывать ваши страхи. Давайте обойдемся без него.

– Пожалуйста, - в глазах Романова сверкнуло неподдельное отчаяние.

– Мы увидимся через три дня. Сегодня я на дежурстве и лично прослежу за вами. Мои санитары будут на низком старте и камера не выключится всю ночь. Вам не о чем беспокоиться.

С этими словами он вышел из комнаты и направился к себе. Он зашел в кабинет и бросил письмо на стол. Сел и посмотрел на желтую бумагу конверта. Внутри было извещение о смерти Анны Романовой. Она вышла из комы и провела несколько дней в больнице. Вскоре ее парень забрал ее домой. Состояние Анны сильно ухудшилось и утром сожитель нашел уже холодное тело. Об всем этом Корнев узнал уже из своих источников. Он нервно постучал подушечками пальцев по крышке стола и сказал себе под нос:

– Чертовщина какая-то.

Разбудил его женский крик. Семен Александрович, удобно устроившийся на кушетке в подсобке, подскочил с места и огляделся по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Было половина шестого утра: полчаса до конца смены. Он вышел в коридор и увидел бегущего в сторону палат санитара.

– Что случилось?
– сонным голосом поинтересовался он.

– Не знаю, - в спешке выпалил санитар.
– Говорят, ЧП.

– Какое ЧП?

Семен Александрович быстро пошел к палатам. Живот мешал ему ходить быстро, а при быстрой ходьбе походка его становилась неуклюжей.

Возле палаты злополучного Романова собралось около десяти человек. Сестра с ужасом приложила ладонь к раскрытому рту. Все остальные смотрели в палату озабоченными взглядами. Они расступились перед доктором и пропустили его внутрь.

Сергей Романов лежал на полу у окна в луже собственной крови. Посиневшее лицо говорило о том, что мертв он был уже несколько часов. Семен Александрович посмотрел на рану и ужаснулся: из его шеи был выхвачен огромный кусок. Приоткрытые глаза все еще смотрели на мир со злобой.

Корнев замер в дверном проеме не в силах сообразить, что должен делать. Он вдруг почувствовал прохладу креста на груди. Перекрестился и приказал вызвать наряд.

27

Что-то изменилось. Что-то внутри него. Он больше не мог смотреть на свет и всегда пытался находиться в тени деревьев.

После битвы

(какая битва? ты убежал, как последний трус!)

он провел две ночи дома, не выходя из комнаты. У него поднялся жар. Лихорадка делала свое дело, порождая в голове новые образы. Перед глазами то и дело всплывало лицо упыря, напавшего на них. И ужасно болела рана.

Священник, отец Алексей проклинал себя за малодушие, проявленное им в доме Сергея Романова, но ничего не мог с собой поделать. Что с ним теперь? Он выжил или же чудовище настигло и убило его? Все два дня, проведенные в кровати сон приходил и уходил наплывами.

К вечеру второго дня боль стала невыносимой. Он встал с кровати и поплелся к зеркалу. Вид у него оказался далеко не важный. Под глазами появились синяки; вокруг радужки образовались кольца полопавшихся капилляров; веки распухли. Рана стала синей. В ней легко угадывались отверстия, оставленные зубами этого существа. Он достал нательный крестик и поцеловал его. Серебро показалось ему горячим. Отпустив распятие, он вдруг ощутил сильное жжение в груди и необыкновенную тяжесть на шее. Он снял цепочку. Ему вдруг стало очень легко. Испугавшись этого, он вернулся в комнату, оделся и вышел наружу.

Следующая ночь прошла в бреду. Он лег спать в лесу, плохо соображая, что вообще делает. Но не смотря на это, проснулся он утром следующего дня вполне себе отдохнувшим. Весь следующий день он боролся с лучами света, которые нещадно жгли его кожу. Если бы он видел себя со стороны, то непременно испугался бы. Кожа его стала серой.

Этим вечером он остановился у ворот родной церкви и не смог заставить себя зайти внутрь. А от одного из прихожан он услышал о трагическом происшествии в соседней деревне: Сергей Романов убил свою мать и теперь находится в тюрьме.

Следующие дни стали для него настоящим адом. Он вернулся домой и провел в бреду целые сутки. Рана почернела, а глаза стали красными.

Когда он оказался в больнице, его немедленно изолировали. Ему закапали физраствор и сделали переливание крови. Стало немного легче, но не надолго. Ровно до тех пор, пока он не сбежал.

Снова бред. Потом непонятные образы. Он стоял перед зданием тюрьмы. Отец Алексей хотел попросить прощения у Сергея и помочь тем, чем сможет. Но его не запустили. Потом он узнал, что в доме Романова ночует девушка. Затем снова черное пятно. Очнулся он посреди ночи в лесу.