Проклятье художника
Шрифт:
– Кусочек мяса вместе с горьким диким чесноком исчез так быстро, что Странник не успел снять с огня второй.
– На еще… – протянул он.
– Нет, это твой – убрал руки Йозеф.
– Я ел несколько часов назад и не умираю от голода. Не волнуйся, нам обоим хватит, тигр большой, да еще и рыба как подарок появилась! – напомнил он.
Спутник не заставил себя уговаривать. Удивительно ловко он подхватил следующий пластик мяса, прекрасно ориентируясь по запаху.
– А тигр здесь давно лежал? – поинтересовался он.
– Нет, я сам его убил перед тем как уснуть – сообщил Странник.
– Одной рукой!? – поразился слепец. – Видать, ты очень сильный и проворный! Такое и с двумя руками почти невозможно!
– У меня кинжал был. Иначе я бы сейчас с тобой не разговаривал.
– Один кинжал?!!! – охнул Йозеф. –На тигра и с арбалетом впятером опасно идти!
– Я не шел на тигра, он сам на меня напал – отмахнулся Рогатый – я не хотел его убивать, он бы таким красивым!
– Да ты еще и художник? – усмехнулся собеседник.
– Не знаю… я не рисовал никогда… или по крайней мере мне так кажется, что я не рисовал… просто я не помню свою жизнь до… – он осекся, затем подумал и добавил – до того как меня кто-то изуродовал…
– Видали!! – вдруг возмутилась молчавшая до сих пор Анна. – Он сказал, что рога – это уродство! Да ты посмотри, как они прекрасны! Любой…. – она хотела сказать «козел», но вовремя спохватилась и пропустила слово, – … обзавидовался бы! Ты посмотри, как они пропорциональны! Глянь, какие крепкие! Ты же деревянную стенку можешь лбом теперь пробить!
– Вот сама бы и носила их! – жестко бросил тот.
– С кем это ты? – удивился Йозеф.
– Да так, сам с собой иногда от одиночества разговариваю… – усмехнулся Рогатый.
– Да… если не найду себе поводыря и выживу вопреки всему, тогда наверное, тоже научусь сам с собой разговаривать – вздохнул сотрапезник.
Когда мясо было съедено, ветки почти догорели, Странник сунул в угли рыбу, обмазанную глиной. Пока путники сидели и наслаждались отдыхом, рыба испеклась и мужчина, наконец, выкопал ее из-под углей. Расколов по краям толстую корку сухой глины, он открыл глиняную емкость, превратив ее в две чашки. Чешуя осталась на глине, открыв чистое мясо. Используя одну половинку глиняной чаши, рогатый поделил рыбу вдоль на две части, одну подал спутнику, вторую оставив себе.
После еды, Странник вновь набросал сухих веток в костер, порезал все мясо тигра и начал жарить. Пока он трудился, солнце уже село за горизонт и на холмы опустилась ночная тень.
– Ты что, решил всего тигра зажарить? – удивился Йозеф.
– А у тебя есть время его вялить? Или ты уверен, что в городе тебя встретят с хлебом-солью и накормят от пуза? – съязвил Странник – не восхитительно вкусно, жестко, но от голода спасает… то что надо!
Ты прав… вижу, ты бывалый путешественник, Странник! – вздохнул Йозеф. – И беды ты нахлебался вволю…
Да уж… – в тон ему поддержал Рогатый. – Всякое бывало…
Глядя на огонь, Рогатый сидел и пытался что-то понять. В его мозгу что-то пробивалось, что-то не складывалось…. Но что? Ему сейчас казалось, будто только что он упустил нечто важное, но что? Разговор мешал Страннику сосредоточится и он отвечал односложно. Вдруг в памяти всплыла рыба, спящая под камнем. Вот! Вот что он упустил! Нужно научиться спать также как она, чтобы тело реагировало молниеносно даже во сне, и чтобы никто не мог подойти незамеченным. Иначе не выжить. Если даже слепому пришлось подходить и толкать, то рыцари Святой Инквизиции наверняка бы уже связали и отвезли в город на сожжение. Странник осознал, что его тело нуждалось в способности впитывать в себя не только красоту запавших в душу мгновений, но и их опыт.
«В новой жизни все же есть некоторые преимущества – мысленно усмехнулся Рогатый – я всегда наверняка знаю, что мне нужно.»
Ты остаешься здесь ночевать или думал дальше двигаться? – поинтересовался Йозеф.
Обычно я двигаюсь ночью, потому и спал днем… – нехотя ответил Странник.
Понятно, наверное, это правильно в твоем положении. А для меня все одно, что ночь, что день… так что пойдем когда скажешь, если ты не собираешься бросить меня здесь.
Здесь не брошу, на дорогу выведу. Но взять с собой не смогу, со мной опасно. Тебе лучше держаться поближе к людям, а мне подальше от них, поэтому у нас разные пути? – тихо проговорил Странник, задумчиво глядя на огонь, изредка поворачивая веточки с пластиками мяса на них.
Мясо дожарилось уже ближе к полуночи, Йозеф давно уже посапывал, закутавшись в свой плащ, прикорнув у костра. Странник собрал провизию, поделившись с новым знакомым. Он не знал, когда каждый из них сможет поесть. К мясу хотелось бы хлеба, но приходилось довольствоваться горькой травой. Теперь он готов был в путь. Будить слепого было жалко, но ничего не поделаешь, им обоим нужно было добраться до города затемно. До рассвета ему нужно было еще найти в городе укрытие. Если он не найдет укрытия, придется уходить в ближайший лес и там скрываться до темноты.
Выйдя на дорогу, путники прибавили шаг. Слепец немного тормозил Странника, но он был рад пообщаться с живым человеком и потому готов был рискнуть двигаться с меньшей скоростью.
Его фантомные друзья терпеливо молчали. Он их почти не видел все время, пока общался с Йозеф.
«Интересно – шагая по дороге в рассветных сумерках, думал Странник – если я смог бы жить среди людей как все, Анна с Бучем исчезли бы совсем или нет?»
Глава 3
Море
Недалеко от города новым знакомым пришлось расстаться. Странник свернул с дороги и пошел по перелескам, как только на дороге появились ранние путники и крестьянские подводы со снедью, спешащие занять удобное место на ярмарке.
Его слепому другу тоже повезло. Первая же повозка, обнаружив, что перед ними незрячий человек, предложили сесть к ним, чтобы доставить его в город. Йозеф с радостью согласился, он очень устал от быстрой ходьбы со Странником.
В этот раз удача была на стороне Рогатого. Он сумел войти в город незамеченным с одной из телег, прикрывшись капюшоном. Стражники обычно рассматривали всех входящих в город, но сейчас в воротах скопилось слишком много повозок и людей, представители порядка не успевали проверить всех. Оказавшись в стенах поселения, Рогатый скрылся в темном узком проулке. Он петлял по узким улочкам, пока, наконец не нашел старый заброшенный сарай, в котором было много прошлогоднего сена. Здесь он остановился на день.
Выспавшись, Рогатый выскользнул наружу в сгущающихся сумерках. Он помнил дорогу на ярморочную площадь, теперь оставалось самое опасное – найти пищу, не вызвав подозрений и не снимая капюшона.
Подходя к ярморочной площади, Странник увидел крестьянские телеги и их владельцев, готовящихся ко сну. Толпа покупателей уже значительно поредела, завтра ярмарка продолжится. Звуки одинокой скрипки еще были слышны сквозь стихающий шум. Она удивительно передавала чувства музыканта! Она то грустила и мечтала, а то вдруг начинала залихватски плясать и петь в его руках…. Странник остановился, наслаждаясь звуками. В его жилах заиграла кровь! Вот опять, тот же прилив сил и жизни, которые он ощущал уже не раз! Но сейчас есть возможность остановиться, насладиться моментом и попытаться понять, откуда эта зависимость?