Чтение онлайн

– Господи, сохрани и помилуй. Да как такое возможно? Громадные маслянистые щупальца… тысячи наростов… из лопающихся бугров еще сотни черных скользких отростков… безостановочная мутация....

– Тысячи, внизу их тысячи… Со всех сторон… Выползают прямо из стен… постоянно меняются… Не уловить очертания… Никакой формы нет…

Клеон замолкает. Доктор Монморанси понимает, что уже давно должна была остановить сеанс. После сбоя и переключения направления подачи импульсов, на мониторе отражается резкое ускорение бета-ритмов мозга Клеона. Пульс достигает пороговых высоких значений, говоря простым языком, сердце вот-вот остановится. Давление, наоборот, падает до предельно низкого уровня.

Монморанси не может пошевелиться, вслушиваясь в то, что говорит Клеон. И снова вспоминает известную фразу – лучше бы он кричал.

– Отростки по несколько сотен метров… в диаметре десятки метров... громадные… гигантские… необъятная горы мутирующей живой плоти… обрастают омерзительными сгустками и присосками…

– Господи, что это такое? Сколько их здесь может быть? Тысячи тысяч. Отделяются от скал, выползают с другой стороны. Безостановочно.

– Ползут к черному блоку. Окружают со всех сторон. Бесчисленные отростки скользкой черной плоти тянутся к блоку, – Клеон еле слышно шепчет.

– Белое, что-то белое, неподвижно лежит на поверхности. Обволакивают со всех сторон. Не поглощение. Нет. Это не поглощение….

– Святый Боже, сохрани и помилуй! Я знаю, что они делают! – Дикий разрывающий душу крик, скорее всего, было слышно в соседних квартирах.

В этот раз доктору Монморанси не пришлось выключать аппарат. И не пришлось выводить Клеона из гипноза. Тело рванулось настолько сильно, что отлетели все провода с датчиками и монитор мгновенно погас. Неожиданно Клеон просто садится на кушетку и осматривается по сторонам.

– Клеон! Как ты себя чувствуешь? Все в порядке? – Доктор Монморанси с тревогой смотрит на Клеона, не зная, что и думать.

– Ничего вроде, – Клеон очень глубоко дышит и пытается успокоиться. – Голова только снова болит. Остальное вроде все в порядке.

– От головы принимай таблетки, которые я тебе прописала, – доктор пытается собрать весь свой профессионализм, чтобы не задавать пациенту в сознании вопросы о том, что она слышала при гипнозе.

Картина тысяч ползущих из стен гигантских двигающихся щупалец, постоянно мутирующих и меняющих форму, стоит прямо перед глазами.

Почему доктор Монморанси начинала верить в то, что Клеон действительно что-то видел? Да потому что ни один пациент даже с самым тяжелым заболеванием не придумает такого. Страхи при всем многообразии, довольно похожи. Уникальность же видений Клеона очевидна.

– Я на удивление лучше себя чувствую, – Клеон мотает головой из стороны в сторону. – После прошлого сеанса я сплю нормально. Всю неделю. Доктор Монморанси, спасибо огромное. Вы меня просто спасли.

– Я рада, что тебе помогает, – Доктор пытается быть дружелюбной, тщательно следя за собой, чтобы не выдать лишнюю информацию. – Нужно еще провести сеанс. На следующей неделе? Также в четверг в шесть вечера?

– Да, мне подходит. Еще раз спасибо, – Клеон улыбается и выходит.

Он не вспомнит. Мозг настолько сильно испугался после того, что видел в экспедициях, что захлопнул намертво железную дверь к воспоминаниям.

Доктор Монморанси же не может такого сделать. Она все слышала. И думала сейчас только о том – кто или что лежало на черном базальтовом блоке.

***

За тысячелетия они научились и приспособились. Нереальная способность к адаптации, нечеловеческая регенерация тканей и тотальная мимикрия дали шанс Первородным максимально скопировать человеческий облик.

Материя училась постоянно, бесконечное развитие и адаптация являлись непреложными законами субстанции, рожденной в кромешной тьме и хаосе первозданной планеты. Все, чего материя хотела – существовать. Вопреки космическому порядку, вразрез с установленными законами мироздания.

Сознания материя не имела. Бесконечное перетекание одной формы в другую, бесцельные трансформации и безостановочное движение так и остались бы законам существования случайно зародившейся живой клетки.

Если бы однажды мощнейший Разум и Воля, проигравший войну и изгнанный из Иерархии сил Света, не был сброшен в недра планеты.

Омерзительное слияние полноты вселенской мудрости с бьющимися импульсами живой материи породили непобедимую армию.

Первородные. Само-рожденные. Они родили сами себя. Они создали себя сами. И никому не собирались уступать свое превосходство.

Чего мог хотеть, ослепленный яростью и горечью поражения, некогда блистающий в чистом Свете? Отомстить. И вернуть утраченное господство.

За поблескивающим черным блеском столом, в комнате, полностью покрытой базальтом, сидело двенадцать сущностей. Далеко не все шло гладко.

Сдерживать бесконтрольную мутацию первородной материи приходилось при помощи нечеловеческой концентрации и усилий воли. Тела разрывало на части бесконечным движением, и слава Богу, никто из людей не видел, как из фигур, похожих на человеческие, выбрасывались скользкие маслянистые бесформенные отростки. Форму удавалось держать ограниченное количество времени, и только в помещении, полностью закрытом базальтом.

– Второй проход уничтожен, – голос Первородные так и не смогли скопировать, хрипящий лай врывался в пространство диким резонансом.

– Хранителя нельзя уничтожить, – сидящий в центре стола маслянистыми глазами осмотрел присутствующих. – Мы уже говорили об этом.

– Тогда он найдет еще два прохода, которые также будут уничтожены. Вы прекрасно знаете, кем, – едва заметные кивки вытянутых голов говорили о том, что все прекрасно понимали возникшую страшную угрозу.

– Что мы можем сделать? – скрипящий шепот выражал обеспокоенность.

– Не знаю. Единственное, что мы можем, это использовать весь потенциал Первородной, чтобы остановить Хранителя, – хриплый голос лидера собравшихся зазвучал резче, выдавая решительность.

– Почему мы не отправили более подготовленных для выполнения важной миссии? – сидящий слева посмотрел прямо в черные растянутые глаза лидера.

– Потому что Первородные не могут находиться на поверхности планеты, – лающий звук разрезал окружающее пространство, выдавая злость говорившего. – Отправить можно было только скрещенных. Опасность для нас представляет то, что в посланной – двойная природа.

Глава 20. Экспедиция. Затягивающие пески

Он с ужасом осознавал, что не может отменить экспедицию. После первой поездки, несмотря на весь ужас произошедшего, еще теплилась надежда, что все это страшная случайность. После второй поездки подобных иллюзий Клеон не питал. Он уже точно знал, что происходит нечто страшное.