Проклятье вечной любви
Шрифт:
– Сколько мы не спрашивали, так и не смогли узнать, откуда он узнал ледяное заклятье и зачем оно ему понадобилось... Правда, выяснилось, что ледяной демон наложил такое же заклятье на него двести лет назад... И Канерай сто лет пробыл похожей статуей...
Статуей? Я была статуей? То есть окаменела? Да быть такого не может...
– А что это за заклятье?
Но ответа на свой вопрос я не получила. В подвал добрался запыхавшийся ректор Хушетан, магистр Мегуре, преподаватели и какой-то новый персонаж...
Молодой высокий человек - безумно красивый - с длинными серебристыми волосами, поднятыми на затылке и уложенными в сложную красивую прическу. Глаза у него тоже были необычными - цвета морской волны... На нем была какая-то строгая форма, но почему-то нежно розового цвета и искусно вышитая цветочками и бабочками. Для пущей важности она была отделана перьями, бисером и белым мехом... Так что это был без преувеличения "блестящий" персонаж. Такого и захочешь, не забудешь... Зато на нем была перевязь с мечом и не менее семи кинжалов: четыре на груди, один в сапоге, два за поясом... Хотя, может, их было и больше...
И незнакомец ослепительно улыбался, отдавая приказания:
– Студента Дана в наручники и в допросную... А это кто у нас?
– заинтересованно склонил голову на бок и стал пристально разглядывать меня. Будь я обычной девушкой, наверное, смутилась бы... А так стала рассматривать его в ответ.
– Ааа... Притча во языцах... Прекрасная и опасная студентка Савиаль, я полагаю?
За спиной незнакомца на Миристаля одевали наручники, а он совершенно никак на это не реагировал... Что с ним случилось?!
– А вы кто будете?
– спросила я, начиная злиться...
– О, и в полном сознании! И это после целого месяца ледяного заклятья! Удивительно!
– продолжал сверкать глазами и улыбкой незнакомец.
– Превосходно! Как захватывающе!
Месяц? О чем он вообще?!
Он явно какая-то шишка. Даже ректор не обращал внимания ни на его наряд, ни на его выходки, но не приминул заметить:
– Инквизитор Райни, сначала нужно провести расследование, а лишь потом надевать на кого-то наручники!
Как-то не нравится мне эта должность...
– По-моему, и так все ясно, - лишь на одно мгновение глаза незнакомца заледенели и стали строгими и пугающими, а в следующее это чудо в перьях запрыгало от возбуждения. Он смотрел на пол, на брызги крови, разгром вокруг...
– Крики, ругань, ссора...
– заговорил он, и все вокруг замолчали.
– Как минимум двое... да, они ссорятся...
– инквизитор нагнулся и ловко выудил из-под тела библиотекаря короткий деревянный жезл, покрытый рунами.
– Ронна тоже подготовился... Так и думал, что это он его украл! Ожидал подвоха... опасался... Он воспользовался жезлом, тут нож и включился в игру...
– Райни сделал несколько уколов невидимым ножом, совершил наклон и поворот.
– Здесь он поднялся. И снова напал... Теперь бой не на жизнь, а на смерть...
И вдруг изобразил из себя жертву, которая получает удар в грудь и падает, хватаясь за занавес... Но в последний момент увернулся и даже капли крови на свою одежку не посадил... Профессионал! Лучше бы ты в актеры пошел!
– Кровь, кровь, кровь... Как интересно! Уверен, на ноже отпечатки студента Дана...
– инквизитор перевел взгляд на след кровавой ладони на стене, за которую держался Миристаль, когда я его увидела. Его глаза на миг сузились, и он неприятным взглядом уставился на меня.
– Студентку тоже в наручники! И по разным комнатам!
– Это ни к чему, - вздохнул ректор Хушетан.
– Они не смогут договориться, даже если захотят! Вспомните, студент Дан не может говорить!
– Почему он не может говорить?
– изумилась я.
– Выполняйте приказ!
– велел Райни, чуть ли не пританцовывая от возбуждения. А потом без всякого предупреждения поднял меня на руки.
– Так будет быстрее...
– Инквизитор, это моя подопечная...
– начал было ректор Хушетан.
Не успела я ничего понять, как инквизитор поскакал бегом по коридорам со мной наперевес... Пока мы не оказались в одной из комнат для индивидуальных занятий западной стороны на восьмом этаже.
Тут инквизитор просто и тупо сбросил меня на пол, захлопнул двери и уселся на кафедру на постаменте. Его сине-зеленый взгляд неприятно сверлил мое неподвижное лицо. Эта сволочь даже не запыхалась...
Против воли я взглянула в окно... Месяц, значит... За окном пасмурное небо, не понять какая часть дня...
– А теперь поговорим начистоту... Или я должен звать тебя Некрута Хладмор?
Цивилизация так и прет, как говорится... И почему я не удивлена, что меня вечно назначают козлихой отпущения?! Стоп, нужно говорит козой... Или козлом?
Чертова усталость. И инквизитор это знает, поэтому и достает именно сейчас!
Правильно делает. Иначе я бы продолжила молчать. Но сейчас я без сил, и слова так и лезут... Контроль... я совсем без контроля...
Из огня да в полымя. Один псих не убил, теперь другой прицепился?
Я молча поднялась, доползла до стула и удобно на нем расположилась, с удовольствием вытянув уставшие ноги. Пусть неудобная спинка и впивалась мне в хребет...
– Мне очень интересно, что ты сделала со студентом Даном... и зачем применила проклятье вечной любви...
– продолжал Райни без всякой придури.
Я же говорю: чтобы не случилось - всегда моя вина...
Каков вопрос - таков ответ.
– Меня не было целый месяц, а вы меня спрашиваете, что случилось с Миристалем? Это я должна спрашивать! Что вы с ним сделали?! Это же совсем другой человек!
– Ты смеешь спрашивать... меня?!
– возмутился инквизитор, сверкнув глазами.
– Это вас тянуло пообщаться! И никого другого я здесь не вижу! Кого еще спрашивать?!
– Какое ты имеешь к студенту Дану отношение?!
Да, действительно... Кто он мне?
– А какое вы имеете право спрашивать это?
– Я инквизитор!
– пафосно заявил красавчик таким тоном, словно объявил себя спасителем мира.
– И что теперь? Мне упасть на колени и исповедаться в грехах?
– Было бы не плохо!
Некоторые шуток не понимают... А еще говорят, что это я тормоз...
– Уважаемый инквизитор, отстаньте от меня срочно... Я очень устала, - я закрыла глаза, не в силах оставаться в сознании...
Но красавчик не поленился спрыгнуть с кафедры и начал трясти меня, как грушу: