Проклятье вечной любви
Шрифт:
Поев, Рис разлил ароматный травяной чай по чашкам и подтолкнул мне пирожное на тарелочке.
Но едва я поднесла его к носу, как меня чуть не стошнило. Он пах чем-то кислым и неприятным... Чем дольше, я на него смотрела, тем больше видела на нем чего-то похожее на грязно-коричневую жидкость... Но, когда моргнула, видение исчезло.
Уверена, что мое лицо не изменилось, но Рис, словно что-то почувствовал, отобрал пирожное и провел над ним рукой.
– Прости, приворотное зелье... Не успел проверить...
Приворотное зелье? Они здесь в это верят? Хотя... кто его знает, что здесь на самом деле является правдой?!
Рис просканировал все пирожные, и все они оказались сдобрены чем-то не тем.
– А как ты узнала, что оно с приворотом?
– А как ты узнал, что я узнала?
Миристаль горько усмехнулся и заметил:
– Тебе я могу сказать. Я эмпат. Это тот, кто может чувствовать чужие эмоции.
Я была в курсе, но это откровение меня совсем не поразило. Подумаешь, эмпат! А я могу ускоряться во времени...
– Твоя очередь...
– велел Рис.
– Моя очередь что?
– переспросила я на автомате.
– Ответить! Как ты узнала, что пирожное отравлено?
– Я и не знала, - равнодушно пожала плечами.
– Просто пахло оно неприятно... И выглядело... грязным...
– Так ты можешь видеть тонкие планы! Ты действительно имеешь силу!
– обрадовался Рис непонятно чему.
– Только никому не говори, что видишь. а то тебя быстро заставят служить правительству...
Ага, я - Кира, и у меня есть сила... Надоели эти кошки-мышки!
– Спасибо за еду, было очень вкусно! Спасибо за то, что не дал замерзнуть, позволил помыться и переночевать... И за теплое платье тоже спасибо... И не спасибо за нож, который ты отобрал! А теперь открывай дверь и отпусти меня!
– Куда ты пойдешь?
– Подальше от тебя!
– Это не может быть причиной! Ты ничего здесь не знаешь... Ты сразу влипнешь в неприятности, как сегодня!
– Это не твое дело. Отпусти меня!
– Не могу, - отрезал Миристаль.
Нет, ну вот это номер... Хотя помня его предыдущие слова, о чем-то таком я догадывалась.
– Ты что - взял меня в плен?
– Рис помотал головой.
– Тогда чего тебе от меня надо?!
– Прости...
– Рис перестал улыбаться и стал абсолютно серьезен.
– Это все моя вина, что ты оказалась здесь... Но обратно тебе хода нет.
Я не стала устраивать истерику. Откровенно говоря, не знаю как.
– Почему?
– спросила я просто.
– Потому что заклятье связало нас воедино.
Заклятье связало... Мне сразу на ум пришли летающие синие светящиеся руны... Я решила не перегревать мозг, а просто принять все на веру. Анализировать потом буду, а пока попытаюсь пожить логикой этого места.
– Ты сказал, что это твоя вина, что я оказалась здесь. Ответь честно, ты можешь вернуть меня домой?!
– Не знаю, - опустил глаза Рис.
– Но отпустить не могу. Вернее, не хочу.
У меня приличных слов на это не было. Вот эгоист! А обо мне подумать?! Я вот здесь не желала очутиться!
– То есть ты похитил меня из дома, привез сюда, и так спокойно сообщаешь, что не собираешься возвращать обратно?!
– Да, - спокойно констатировал Миристаль. Что еще за "да"?! Прибить бы гада!
– Ты же меня выгнал!
– возмутилась я.
– Так надо было!
– отрезал Рис. Кому, черт побери, надо?!
– Реаш приходил с друзьями... И хозяин должен был приехать... А мне надо было понять границы нашей связи...
– Понял? А теперь отпусти меня!
– Но раньше ты уходить не спешила!
– А раньше ты меня не выгонял!
– Ты что - обиделась?
– потрясенно спросил Миристаль.
– А что - нельзя?
– Это из-за того, что я пытался тебя поцеловать?
А это здесь причем?! Ну вот где логика?!
– Я тебе помогла, а ты меня выгнал, - отрезала я.
– И как мне верить тебе после этого?
Миристаль долго молчал, глядя мне в глаза. Это был тяжелый неприятный взгляд. У меня мурашки от ужаса побежали... Я бы попятилась, но ноги стали ватными и примерзли к полу...
– Я последний негодяй, верно?
– его тихий голос был почему-то страшным.
– Украл тебя, пристал к тебе, прогнал тебя... Действительно, как мне можно верить? Но можно посмотреть на все с другой стороны. Ты заключила со мной договор, но моей крови тебе было мало, ты еще и натурой хотела взять... А когда я после заклятья чуть не умер, что странного в том, что я попытался разорвать договор... Кстати, в таком случае по идее, ты могла вернуться обратно... Но ты договор не разорвала... И выполнять его не собираешься... Вот как тебе после этого верить?!
Вон как все повернул... Кручу, верчу, запутать хочу!
Против воли я покраснела, но это не сбило меня с вопроса:
– Так ты из-за меня чуть не умер?
– Я же сказал, - говорил Миристаль с трудом, словно против воли.
– Я отдал тебе все, что у меня было. Свою кровь, свое слово, свою силу...
И вот как это перевести на нормальный язык?
Значит, он чуть не умер из-за меня? Ага, счас! Не знаю, в чем тут дело, но меня ни о чем не предупреждали, ничего не говорили и никакие договоры я не заключала! И насколько мне помнится, когда синие руны летали между нами, я пыталась разорвать контакт... А этот гад не дал! Так что неизвестно еще, кто в чем виноват!
– А я тебя просила?
– вырвалось у меня.
Миристаль помрачнел. Он был такой несчастный, что мне даже пожалеть его захотелось... Ха! Это мне-то!
– Теперь это не важно. Дело в том, что если ты вернешься домой, то я умру.
Это он меня сейчас обманывает или запугивает?
– На вид ты совершенно здоров...
– Скажем так: сейчас я в безвыходной ситуации... Поэтому прости: я не могу тебя отпустить.
Ну, непонятно же ничего!
Миристаль глянул за окно, где давно уже сверкала звездами морозная ночь.
– Думаю, пора немного отдохнуть. Ты верно устала...
За себя говори!
– Вообще-то мне очень интересно, - отрезала я. Но у Риса были другие планы:
– Отложим разговор до завтра...
– парень поднялся и сделал какой-то знак над большим зеркалом над столиком. Затем потянул раму на себя, и зеркало открылось, как дверь. За ним оказалась точно такая же комната, что и эта, только зеркально отраженная.
Миристаль схватил меня за руку и потащил внутрь. Нашел выключатель, зажег свет. Все было точно таким же, только шкаф - пустым, кровать обычная, а дверь изнутри забита досками и привалена огромным комодом. Так что выйти из комнаты в коридор или попасть в нее, кроме как из комнаты Риса, было невозможно.