Чтение онлайн

– Я могу всё решить.

– Не надо.

– Но почему? Ты же так хотел Её?

– Тогда я, может, не буду знать, о чём с Ней говорить. Сейчас знаю, о чём – о Любви. Если хочешь помочь, верни мне моё безумие – оно должно уйти само. Это тяжело, но надо потерпеть. Незаметность – сестра окончательности. Окончательность – сестра милосердия. Будь и ты милосерден, о великий Анубис! А что за решение?

– Ну, украдём, уговорим. Я помогу.

– Это не решение.

– Почему?

– Потому что решение – это любовь. Твои решения работали в XXI веке до нашей эры. Сейчас XXI век нашей эры. Ты хорошо сохранился, о великий Анубис. Вопрос не в том, что я хочу Её. А в том, чтобы Она хотела меня. А это не в твоих силах, о великий Анубис. Только я (но очень немного) могу что-то изменить. Времена меняются.

– Тогда зачем ты называешь меня великим Анубисом? Ты можешь даже больше, чем я.

– Когда человек любит, он может больше, чем Анубис. Я называю тебя великим Анубисом из уважения к старшим. Я кочевник, мы чтим старших. А ты старше духов моих предков. Я ощущаю твою опеку. Ты и есть дух моих предков.

Анубис вернул Ему безумие.

И безумие незаметно стало само покидать Его.

Иногда самый простой способ прекратить пожар – дать ему сжечь всё дотла.

Душевные муки – это когда в нас организм борется с душой. Если побеждает первое, то разрушается второе. И наоборот…

Если кто-то пренебрёг вами – отомстите, заставьте пожалеть об этом: станьте лучше!

Отзвуки

Отскрипел я зубами во сне.

Отскрипела, притёрлась та боль.

Чуть забудусь – почудится мне:

Дверь входная скрипит –

 пред ТОБОЙ.

О конечности целей и бесконечности пути

Трудность достижения цели делает её на определённом этапе смыслом нашего существования. На пути к цели, «падая и вставая, мы растём» и может наступить момент, когда обнаруживается несоответствие цели первоначальным представлениям о ней, её мизерность – конечность. Тогда последующее достижение цели приведёт лишь к крушению идеала, невзирая на былой пиетет.

Удовлетворение в конечном итоге приносит не абсолютная величина, а соответствие реальной и воображаемой величин достигнутой цели.

Теряя (достигая) цели конечные, мы движемся к Цели Бесконечной. Бесконечной, как само Движение.

*****

В момент наибольшего страдания Ему явился Анубис и предложил забрать страдание.

В ответ Он спросил:

– А что взамен?

Анубис напомнил:

– Сначала согласие – потом условие.

Он вновь забеспокоился:

– Это не жизнь моих близких и ещё не родившихся?

– Нет.

Он подумал: что может быть ценнее отсутствия страдания?

– Ну тогда я согласен.

– Взамен страдания я даю тебе пустоту.

Пустота – это такая «тёмная материя», которая замуровывает сердца.

Пустота – это нейтронная бомба: оставляет живым тело и омертвляет сердце.

– О великий Анубис, помоги мне прозреть!

– Хорошо, я открою тебе глаза. Не торопись благодарить, пока не прозреешь. Ты увидишь не то, что хотел.

Его ведут в дом пить чай. На похоронах в Центре Евразии так делают – кочевники жили далеко друг от друга. Пока доедешь – трижды проголодаешься. За столом Он оказывается единственным мужчиной в окружении своих одноклассниц. Вглядывается в их лица. Они ничего не выражают – как лица мёртвых.

*****

И солнце в ночь устало сядет снова –

 пусть.

Что обронил, на Млечный Путь закинет –

 пусть.

Ведь радость плещет веселее нам тогда,

Когда фонтан наполнен был тобою, грусть.

Мера преодоления инстинкта

От любви до ненависти один шаг – шаг слабости. Слабости чувств или человека: либо любили не столько кого-то, сколько себя в нём, либо это анестезия ненависти приходит на помощь скальпелю.

Тот, кто мог бы проиграть достойно, себе (а это главное) не проигрывает. Поэтому, наверное, мы наблюдаем проигрывающих недостойно.

Светлые стороны души лучше всего видны в тёмные для личности периоды.

Если обстоятельства уронили вас, то это лишь повод встать на ноги.

Человек тем отличается от неодушевлённого предмета, что согревается не столько получая тепло, сколько отдавая его.

Подобно тому, как на утоляемой водой почве могут взойти хлеб или сорняк, так и на утоляемой человеческой страсти могут взойти безразличие или любовь. Вот почему браки по расчёту (некорыстному) бывают прочней брака по страсти: мелиорация почв в первом случае и их эрозия во втором.

Себялюбие (инстинкт самосохранения, страсть) выше самолюбия. Поэтому уступки ради удовлетворения страсти – это не унижение самолюбия, а возвышение себялюбия.

Угроза инстинкту самосохранения мобилизует все возможности человека. Именно поэтому гении рождаются на переломе судеб – личностей и общества.

Человек – это мера преодоления инстинкта самосохранения. В этом глубоко человеческая сила фигуры Христа.

Хорошо ли быть бессмертным или долгожителем? Например, тебе сто лет – и умерли все твои дети и даже внуки. Или тебе девяносто – и не осталось ни одного друга детства. Или тебе семьдесят – и ушли родители, дяди, тети, которые нянчили тебя в детстве. Или тебе чуть за пятьдесят, ты жив, но что-то в тебе уже умерло. Что? Например, сердце.

Человек – единственное в мире существо, которому нужно не только произвести потомство, но и о чём-то разговаривать с партнёром… семьдесят лет… В этом проблема.

Когда люди любят друг друга, разговор объединяет их. Когда люди перестают любить, он разъединяет их.

Любовь, а не Смерть – главная тайна, которой ведает Анубис. Чем глубже проникает человек в эту тайну – тем хуже для него. Анубис умеет мстить за свои секреты.

О любви

Нечто человеческое мне не чуждо.

Любовь спасла человека от вымирания и создала человечество.

Степь ожидания