Чтение онлайн

Он не знал, было дело в его голосе или взгляде Девина, но солдаты уводили его осторожнее.

Аргон смотрел на караван короля из окна. Он нахмурился, когда Девина забросили в телегу. Караван уезжал со двора, руки Аргона вдруг сжались в кулаки. Он видел, как король увозил так многих, он не страдал от этого, знал, что злость его сердцу не поможет. Все решала Судьба. У нее были задумки для всех живых.

Но, пока караван пропадал за вратами, он начинал ощущать то, чего не было долгое время. Эмоция, которую он предпочитал подавлять, думая, что все задумано Судьбой.

Спокойствие пропало, сменилось темным пылающим сомнением. Аргону не нравилось позволять жребию падать. Он впервые надеялся, что Судьба знала, что делала.

Глава 42

Удивительные друзья

Килэй… Килэй!

Лед треснул. Пузырьки закрывали обзор, что-то маячило за ними. Они шипели и рассеивались, открывая пальцы протянутой руки.

Килэй поплыла к руке, боролась с яростью реки. Если она сможет ухватиться, она спасена. Она пыталась заставить себя двигаться, вытянуть руку, достать. Но холод был слишком сильным. Она не ощущала мышцы так, чтобы двигать ими.

Она боролась, и рука пропала.

Только это ей и снилось, вспышка цвета в вечной тьме, этот шанс вытащить ее душу. Каждый раз она промазывала и снова погружалась во тьму. Не было звуков или силуэтов, чтобы за них ухватиться. Она погружалась в глубины часами, ожидая сон.

Прошла вечность, она услышала рев воды. На нос и губы давило. Ее глаза открылись миру из оттенков синего и зеленого.

Тени мелькали над ней, спешные шаги по льду. Она услышала тихий зов, свое имя, тень гремела над головой, и она… последовала туда.

Это было новым. Она не дожидалась, пока река нападет, она боролась сама. Она смотрела, как тени замерли над ней. Она знала, что рука в любой миг появится в воде, и в этот раз она была готова.

Ее пальцы двигались, разбивая ледяной панцирь на коже. Разум ощущался острее, она уже не была предметом в мире света и тьмы, пленником клетки.

Она сбежит. Вытащит душу из глубин.

Сила этой мысли принесла тепло. Жар давил на ее ладони, кружил, растекаясь по пальцам. Она двигала ладонью, потом рукой. Она слышала, как трещит лед, как брызжет вода. Ее губы приоткрылись, пузырьки полетели, она поднимала себя.

Через миг, когда она подняла руку, мир потемнел… но она сделает это. Должна. Даже во тьме она ощущала руки в своих ладонях. Сначала они были онемевшими, не принадлежали ей. Когда пальцы задели ее ладонь, она поняла.

К ней медленно возвращались чувства. До ушей Килэй донеслась песня, издалека, но становилась все четче, пока она слушала. Странные слова знакомым голосом. Они проникали в сон, дразнили ее танцующими нотами. Она следовала за голосом к краю тьмы, пока печать на ее легких не сломалась.

Они развернулись, вдыхая воздух с запахом и вкусом. Первый вдох удивил ее. Второй пробудил ее конечности.

Тело Килэй дрожало от холода. Ее окружало тепло по бокам. Оно топило ее по краям. Ее легкие вбирали воздух, полный жара. От него с кровью растекалось тепло, топило лед в ее груди.

Огонь рос в ней, пока не коснулся теплых комков по бокам. Пальцы медленно кружили по ее ладоням. Прикосновения были маленькими, подходили странной песне. Килэй показалось, что она снова уснула. И потому она сжала ладони на руках, притянула их ближе…

Песня прекратилась от вопля.

Килэй застонала, тепло вдруг пропало. Холодный ветер ударил по ней, заставляя открыть глаза.

Темные пряди выбились из серебряной заколки, но не закрывали искры в ее глазах. Надин обвила шею Килэй руками, склонив ее голову, чтобы ей было слышно биение ее маленького сердца.

— Она проснулась! — закричала Надин.

— Слава Судьбе. Я умирала от жары, — тепло отодвинулось от Килэй. Рука похлопала по плечу. — Я рада, что ты не умерла.

— И я, Элена, — сказала Килэй. Ее голос был хриплым ото сна и крепких объятий Надин. Ее запах был сильнее, чем раньше. Она поняла, что ее ухо прижато к голой коже. — Надин, ты… обнажена?

Она отодвинула Килэй и подняла меховое одеяло до подбородка.

— Нам нужно было согреть тебя.

— Ох, я плохо на тебя повлияла, — пошутила Килэй. — Теперь ты нарушаешь все правила.

Надин нахмурилась от ее улыбки.

— Это не считается. Они сказали, что лед проник в твои кости, а тепло других тел не давало замерзнуть твоей крови…

— Я польщена, — Килэй справилась с холодом, чтобы обхватить плечо Надин. — Правда. За все мои годы я ничего такого не сделала, чтобы заслужить таких прекрасных друзей, — она закрыла глаза от оранжевого света. — А теперь… объясните, как вы попали в Беспощадные горы?

Оказалось, у них было дикое путешествие. Сердце Килэй сжалось, когда она услышала о бедах людей Поляны, но воспрянуло от боя с бандитами. Она рассмеялась, когда Элена рассказала ей, как Джейк нечаянно сжег весь Вороний крест.

— Он долго злился на меня за это, — проворчала она, глядя на каменный потолок. Руки были за ее головой, шкура накрывала грудь. Тьма в ее глазах смягчилась, пока она говорила. — Думаю, он понял потом… смерть — часть жизни, да? Чем больше зла мы уберем, тем больше счастья будет в жизни. Это подарит спокойствие.

Они говорили еще немного, обменивались историями, пока Килэй пыталась вспомнить, как использовать конечности. Но стук в дверь вызвал у подруг панику.

Элена накрыла Килэй с головой и прижимала к себе, пока Надин кричала:

— Быстро заходите! Дверь не держите открытой.

Скрип, порыв ледяного воздуха. Килэй поняла, что ее тело еще не пришло в себя. Суставы помнили боль холода, их свело судорогой, хоть Элена и прикрывала ее.

К счастью, дверь быстро закрылась. Знакомые шаги сказали ей, что это Гвен.

— Ужин. Подмерз по пути. Я его погрею на углях, но…

Элена убрала шкуру с лица Килэй, котелок выпал из рук Гвен. Он ударился о каменный пол со звоном, бульон разлился.

На миг было видно белки ее глаз, выделяющиеся на фоне черной краски. А потом нахмурилась.

— Страшно подумать, сколько прялок Судьба испортила о твой гобелен, паразитка.

— Я тоже скучала, милая, — улыбнулась Килэй.

Удивительно, но Гвен ухмыльнулась в ответ.

— Да, кстати о… гобеленах, — сказала она, произнося слово так, что Килэй нахмурилась. — Болван захочет знать, что ты проснулась. Я схожу к нему.