Чтение онлайн

Мужчина в лохмотьях был за листьями, сидел, скрестив ноги, прижавшись спиной к стене. Кожа мужчины так потемнела от грязи, что Каэл не удивился бы, увидев, как он вылезает из дымохода.

— Простите, я вас не заметил.

Мужчина не ответил.

Спутанные волосы его перетекали в спутанную бороду. Его голова была склонена, словно он спал. Из-за наклона его головы и волос Каэл не видел его лица.

— Вы меня слышите? Вы в порядке?

Мужчина не ответил, и Каэл пригляделся. Его одежда была из лохмотьев: обрывков штанов, безрукавок и чего-то, подозрительно похожего на чулки. Все это было сшито и окутывало его, как бинтами.

Он был странно неподвижным. Каэл постучал его по плечу, и узловатая рука впилась в его запястье.

— Я подумал, что вы мертвы! — охнул Каэл, вырывая руку. — Можно было просто сказать, что вы в порядке, а не хватать как… ох.

Каэл смог только охнуть. Мужчина поднял голову, и Каэл увидел, что тряпки были завязаны на его глазах.

Он был слепым.

— Простите. Я не понял…

— Ты идешь в горы?

Каэл не мог дышать от потрясения. Мужчина был грязным, но голос его был властным и ясным. Он говорил так, что каждое слово звало к себе следующее, словно он оценивал каждый подъем и падение идеального звука.

— Хмм… такого ответа я еще не слышал.

— Какого ответа? — осторожно сказал Каэл.

— Тишина, — слепой улыбнулся. Удивительно, но у него все еще были все зубы. — Я задавал этот вопрос каждому, кто проходил эти врата. Я сидел здесь и слышал только «нет», «не в этот раз» и даже пару «никогда». Я еще не слышал тишину. Так тишина означает… да?

— Я не иду в горы, — твердо сказал Каэл.

Слепой зажал руками уши, со спутанных волос полетела пыль на плечи.

— Врешь! Слова не вылетели, птица оказалась среди ног и ищет открытое окно. Лети, пташка, лети!

— Простите, но я не иду в горы, — сказал Каэл. Он попытался уйти, но слепой заголосил громче.

— Нет, о, нет. Пташка попалась! Бьет крылышками, отчаянно стремясь к синему небу…

— Я не вру.

— …но не может сбежать. Что-то удерживает пташку, — без предупреждения слепой раскинул руки и взвыл. — Лети! Лети, пташка! Смотри на солнце, покинь позолоченную клетку! Используй клюв, используй когти!

Люди начали пялиться. Торговцы в хвосте каравана поворачивали головы, раскрыв рты. Стражи с любопытством поглядывали на них.

Кошмар. Только этого Каэлу не хватало.

Он пытался отойти, но слепой схватил его за лодыжку.

— Лети! Лети, пташ…

— Да, ладно? Да, я иду в горы. Ради всего святого, можете замолчать?

— Зависит от того… — он склонил грязную голову, — возьмешь ли ты меня с собой?

Каэл не хотел, чтобы всю дорогу в горы его задерживал слепой. Этого он точно не хотел, хуже только — попасть в лапы стражей графини.

Слепой завыл.

— Хватит. Хватит… ладно! — прошипел Каэл. — Можете идти со мной.

Он тут же улыбнулся.

— Чудесные новости! Дай только собрать вещи… — он похлопал по земле узловатыми руками, а потом нащупал мшистый холм. — Я долго ждал, когда меня возьмут в горы, — сказал он, копаясь во мхе. — Кажется, что века.

Каэл ему не верил, а потом он потянул за что-то в холме мха, и грязный рюкзак вырвался оттуда.

— Давно он там был?

— Как только я сел, конечно. Глупый вопрос, — слепой поднял руки. — Помоги мне.

Каэл поднял его на ноги.

— Идем, — пробурчал он.

Он сделал пару шагов и понял, что слепой не идет за ним. Он стоял у стены, руки держал перед собой, словно читал книгу.

— Что-то очень тяжелое на твоих плечах, путник, — сказал он через миг. — Я слышал это в твоих шагах, когда ты только подошел. И я подумал: «Ах, вот человек, ходивший по земле. Вот человек, понимающий важность следов, что он оставляет, потому что уже много оставил». Я слышал такое лишь пару раз. Обычно они принадлежат старым людям. Твои руки удивительно молодые, — Каэл слышал шорох, когда мужчина потер пальцы. — Но они… липкие от крови.

Без слов слепой схватил грязный рюкзак, закинул на плечи и пошел вперед. Он схватился узловатыми пальцами за сумку Каэла и держался, пока они проходили врата.

Каэл не знал, как глубоко они зашли в лес, когда Килэй вышла из-за деревьев. Она убрала капюшон, и он прочитал удивление на ее лице.

— Мы можем умереть по пути, так что какая разница? — проворчал Каэл раньше, чем она заговорила.

Килэй пожала плечами.

— Возможно. Но, могу я хоть узнать, почему слепой присоединился к нам?

Каэл тяжко вздохнул и поклялся, что почти ощутил вес на плечах, когда сказал:

— Я не мог оставить его. Он слишком много знает.

Глава 4

Паук и бард

Как только врата Оуклофта остались далеко позади, Килэй сошла с дороги в укрытие деревьев. Вскоре их окружил Великий лес.

Высокие деревья были всюду. Многие их ветви тяжело склонялись к земле. Густая тень их вершин накрывала почти всю землю, покрытую мхом.

Шорох порой доносился до них, ветер вдали колыхал верхушки. Но мир под ветвями, в основном, был зловеще тихим.

Уши Каэла вскоре начали звенеть, словно давление тишины причиняло не меньше боли, чем вой. Его легкие пылали, он понял, что задерживал дыхание. Он выдохнул, и шум дыхания прозвучал громко.

Он старался не шуметь, а Килэй шла свободно. Она двигалась с тишиной леса, ее сапоги поднимались и опускались, неся ее по тенистой земле. Порой ее плечи разворачивались к деревьям. Она склоняла голову, замедляла шаг на миг и смотрела на ветви.

Каэлу казалось, что она что-то ищет. Может, ей просто не нравилась тишина. Но ее поведение заставляло его нервничать.

— Мы в опасности? — прошипел он.

— Хмм…? О, нет. Нет.

— Тогда почему ты озираешься?

Она развернулась и прошла пару шагов назад. Он обрадовался ее улыбке.

— Я просто слушала всех. Давно не ходила по лесу.

— Слушала всех? — Каэл что-то опустил. Он замер, чтобы посмотреть, и слепой врезался в его спину.

— Мы прибыли? Мы уже в горах?