Чтение онлайн

– Если они зашевелились, – удовлетворенно хмыкнул Пилипчук, – мы движемся в правильном направлении и предварительная задача выполнена. Внимание привлекли. Теперь давайте дождемся ответа, посмотрим на их аргументы, хотя крыть им нечем. А там поглядим, что дальше.

Вечером к Перелыгину зашел Пугачев и рассказал, что весь день звонили из Объединения – зондировали почву.

– Да-а-а… нешуточную кашу вы заварили, – закурив свой «Беломор» и щуря глаз, будто от дыма, заметил Пугачев.

– Кроме Пилипчука… – Перелыгин обвел Пугачева вкрадчивым взглядом. – Я и с геологами пообщался, не самое подходящее время, говорят, Неру лопатить. А тебя чего, на разведку послали? Давай колись.

– Слепота – это не потеря зрения, а неумение оценивать действительность. – В голосе Пугачева звучали одновременно ирония и назидательность. – Деньги выделены, прииск будет, такие дела назад не отыгрываются, а ты на рожон лезешь.

– Не лезу я никуда, – отмахнулся Перелыгин. – Будет прииск и пусть его, но история тухлая, запах от нее нехороший идет.

– Этические проблемы – не мой профиль, иначе книги твои лежали бы в ящиках из-под картошки. – Пугачев прошелся вдоль стеллажа, который они сделали вместе. Перелыгин тогда наотрез отказался от фабричного. «Всегда мечтал о стенке по собственному проекту», – заявил он и нарисовал чертеж. Пугачев распорядился напилить досок нужных размеров, принес специальную пленку под светлое дерево, разные уголки, фурнитуру, привезли какие-то списанные из общежития тумбы, и за три дня они собрали стенку всем на зависть. Особую гордость вызывали небольшой шкафчик-сейф и бар, внутренняя стенка которого сияла зеркальным отражением специальной подсветки. – Чувствую, скоро новую варганить придется. – Пугачев обвел взглядом заполненные книгами полки. Он пожевал мундштук папироски, неторопливо повернулся и ткнул пальцем в Перелыгина. – А знаешь ли ты, друг мой, что один экскаватор уже частично отгружен с завода и скоро поплывет в солнечный город Магадан? Срок поставки второго – не раньше лета будущего года, времени у тебя вагон.

– Пилипчук знает? – Перелыгин резко нахмурился.

– Нет, – покачал головой Пугачев. – Ты да я, а больше пока никто.

– Может, кофе хочешь или чего покрепче? – Перелыгин благодарно посмотрел на Пугачева. Теперь они с Пилипчуком не будут играть втемную и не окажутся в дураках – нельзя повернуть назад уже отправленный экскаватор, но остановить второй можно.

– В следующий раз, – протянул руку Пугачев. – Ты давай собирайся, днями на Магадан двинем, Цветаев зовет.

Первый выпуск программы «600 секунд» Александра Невзорова.

В Иркутске создан Восточно-Сибирский филиал Сибирского отделения АМН СССР.

В Москве завершилась международная научная конференция «Великий Октябрь и современность», в которой приняли участие 120 ученых и общественных деятелей из 65 стран – представители марксистско-ленинской научной мысли, социал-демократических, социалистических, революционно-демократических партий и организаций.

В Вашингтоне М. Горбачев встретился с Президентом США Р. Рейганом. Состоялись переговоры по вопросам контроля за ограничением мощности подземных ядерных испытаний и мирных ядерных взрывов.

В советском посольстве в Вашингтоне состоялась беседа М. Горбачева с вице-президентом США Дж. Бушем; М.С. Горбачев встретился с большой группой деятелей делового мира США. М. Горбачев провел пресс-конференцию для журналистов, освещавших встречу на высшем уровне в Вашингтоне.

В Кемерово встретились представители социально-политических клубов из Красноярска, Новосибирска, Томска, Пензы, Кургана, Новокузнецка.

Упразднен Госнефтепродукт.

На другой день после возвращения из Москвы Сороковое появился на работе пораньше. Поджидая Колкова, просматривал газеты, сложенные в стопку на столе, перебирая в памяти подробности разговоров с Ильей и встреч в Якутске. Он задумал воспользоваться итогами научной конференции, прошедшей в Городке, и, опираясь на ее результаты, попробовать добыть денег на рудную разведку. На конференции ученые со всей страны пророчили району блестящее будущее, но ему ясно дали понять, что денег не предвидится, а следовательно, Унакан вновь зависал. Однако после встречи с Ильей Сороковов оценивал ситуацию иначе и уже не спрашивал: «Сколько прикажете ждать?» Теперь он больше знал о приближении часа «х», после чего произойдет неизвестно что.

«А если не произойдет? – сомневался он. – Илья может перегибать палку». Ему хотелось, чтобы Илья ошибался, – слишком страшной казалась его правота. Но чем больше он думал, чем сильнее наполнял себя сомнениями, ища в них опору, тем больше убеждался, что неправ он. А ведь речь шла о жизни Золотой Реки на сорок – пятьдесят лет вперед. Трудно было смириться, что заглядывать вперед стало невозможно.

На этой мысли его взгляд уткнулся в статью Пилипчука. Закончив читать, Сороковов какое-то время сидел, уставившись на облачко вокруг вершины Юрбе, напоминающее кружевной воротничок. Оно считалось верной приметой нелетной погоды, даже если небо вокруг блистало лазоревой чистотой. «Так и в жизни нашей грешной, – вдруг подумал Сороковов, – повиснет над тобой крохотное облачко, с виду красивое, безобидное, и все, казалось бы, прекрасно, ты его и не замечаешь вовсе, а ни туда, ни сюда, как проклятье». – Он криво усмехнулся – не хватало в философию удариться.

Он еще раз пробежал глазами статью, думая, что взяться за перо Пилипчука заставила обида на Королева, резко отреагировавшего на несогласие с проектом нового прииска. И хотя решение принято, деньги выделены, их всех уличали в технической несостоятельности, в том числе и его, пусть удар наносился по Королеву.

Опять возник Клешнин. Мысль о нем уже не вызвала вчерашнего раздражения. Вспомнился рассказ Ямпольского, как Клешнин искал пути перекачать часть денег от Сентачана на Унакан. Тогда ему помешали. Как именно, Ямпольский не знал, но Сороковов вдруг ощутил толчок у сердца: почему бы ему не попытаться отщипнуть кусочек для Унакана из отпущенных средств на новый прииск. Сложно, но чем черт не шутит? Пусть прав Илья, а если за два года получить результаты? Унакан может стать его козырем. Что тогда скажете, товарищ Клешнин?

Наступила приятная минута ясности, дарующая веру в себя. Только действовать надо быстро. Он повертел в крупных руках остро заточенный карандаш, достал чистый лист бумаги, но в дверь шагами, подчеркивающими энергичность и готовность к немедленному действию, вошел второй секретарь Колков.

Несколько минут Сороковов слушал Колкова, что-то рисуя на бумаге. Колков – настоящий мужик, не чурающийся никакой работы – нравился ему горняцкой прямотой, за которой скрывались природный ум и хитрость простолюдина. Внешне они были полной противоположностью: высокий, могучий, широкий в кости Сороковов и маленький, юркий Колков с быстрыми мелкими глазками на узком, длинноносом лице. Вылитый живчик, но за Колковым закрепилось другое прозвище – мышиный жеребчик.

– Пора переводить Делярова в райком, – сказал Сороковов, словно неожиданно нашел решение шахматной задачки, которую они решали давно. На его лице заиграла привычная полуулыбка, он придирчиво оглядел Колкова. – Пора убирать его из экспедиции, – решил он не церемониться. «Все равно, – подумал Сороковов, – даже муж с женой не знают до конца друг друга, а я не могу действовать один, да и времени нет». – Ему перед учебой полезно у нас покрутиться. Как считаете?

Колков молчал. Выходит, Деляров кому-то перебежал дорогу и стал помехой. Но где и кому? В голову ничего не шло, кроме глупого скандала с Ямпольским. Никто не поверил, что Деляров «подкладывал» тому какую-то женщину. Чушь! Ямпольский отделался выговором для профилактики, и все успокоилось. Колков не понимал, куда клонит Сороковов, но спрашивать не стал. Плелась комбинация, в которой участвовали люди, много лет жившие бок о бок, и плести ее скрытно невозможно, поэтому он выжидающе посмотрел на Сороковова.

– Хотите узнать, почему? – Сороковову понравилась сдержанность Колкова, он усмехнулся. – Надо разбираться с Унаканом, использовать научный прогноз конференции, а Деляров будет мешать.

– Без поддержки обкома такое решение не протолкнуть, – Колков сидел за столом ровно, осторожно, не касаясь спинки стула, перед открытым еженедельником.

– Есть кое-какие варианты. – Сороковов рассказал о своей задумке. – Поэтому нам в экспедиции не нужны альтернативщики.

– Кого на место Делярова?