Чтение онлайн

Филип потер руку.

— Было неприятно, но я выжил и ничего не сломал.

— Рада за тебя, — я покраснела, но вовремя вспомнила, что хотела вести себя равнодушно, чтобы погасить все глупые надежды Филипа на совместное будущее. — Хорошо узнать, что если мы упадем в воду, ничего плохого не случится.

На секунду взгляд Филипа опустился к моим губам, затем вернулся к глазам, и он кивнул в сторону сарая, который был окружен каменной стеной.

— Одному из нас придется отвлечь охранников, пока другой будет красть лошадей. Если они увидят тебя, то нам крышка. Я буду отвлекать их.

— Хорошо.

Я не нервничала из-за освобождения лошадей, но переживала о том, что надсмотрщики сделают Филипу. Есть ли у них мечи? Кинжалы? Магия?

— Пожалуйста, будь осторожен, — я пристально посмотрела ему в глаза, не в состоянии спрятать свои чувства.

— Буду.

Его губы нежно коснулись моих, и я растаяла в его объятьях, зная, что этого делать не стоило. Когда он отстранился, то ничего не сказал, просто повел меня к сараю. Филип скрестил свои руки вместе, и я поставила на них ногу. Он помог мне взобраться на каменную стену, окружавшую сарай. Я стояла тихо прямо над Бисквит и Эйсом, умоляя небеса, чтобы надсмотрщики не смотрели вверх.

Прозвучал громкий свист, и четверо надсмотрщиков обменялись взглядами.

— Что это было? — спросил один из них.

— Нужно проверить, — сказал другой и вышел вместе с первым.

Двое надсмотрщиков остались. Крик пронзил воздух, и третий надсмотрщик побежал в их сторону. Последний остался на месте, но я не могла дольше ждать, боясь, что крик привлечет других охранников или предупредит Леона.

Я спрыгнула со стены на плечи охраннику. Под моим весом, он покачнулся и упал на колени. Меч лязгнул по земле, и я схватила холодную сталь, пытаясь отбиваться каблуком. Когда надсмотрщик перестал двигаться, я поспешила к Бисквит и Эйсу, отвязала их и запрыгнула на спину единорогу, таща за собой Эйса.

Снаружи один из охранников лежал на земле, из его груди сочилась кровь, в то время как Филип сражался с двумя другими стражниками. Несмотря на его мастерство, он бился в неравном бою. Ему удалось разоружить одного из охранников и толкнуть на землю. И тогда другой вонзил меч Филипу в бок, и тот покачнулся, кровь потекла из раны.

У меня перехватило дыхание, и я замерла, осознавая позже, что не могу просто стоять рядом. Нужно что-то делать. Схватив белый флакон, подаренный скорпионом, я брызнула по одной капле на каждого охранника. В тот же миг они замерли.

— Хватай Эйса и убираемся отсюда, — крикнула я Филипу, который продолжал стоять, будто его тоже парализовало.

Мне не нужно было повторять дважды. Он вскарабкался на своего жеребца, и я поморщилась от его сдавленного стона. С обработкой раны придется подождать. Сперва нам нужно покинуть место преступления и найти лодку.

Мы галопом помчались в гавань, где небольшая парусная лодка привлекла мое внимание. Двое стражников прогуливались по набережной туда-сюда, и я была уверена, что поблизости были другие, ожидавшие сигнала тревоги.

— Нужно вернуться к вечеру, — сказала я, успокоившись, когда адреналин утих в моей крови.

— Нет! — решительно возразил Филип. — Если мы так поступим, то можем упустить возможность. Я смогу скрутить их.

Решимость на его лице сказала мне, что он остановит стражников любой ценой, включая получение новых ран. Но это моя миссия, не Филипа, а мне и дальше придется наблюдать его страдания. Второй раз за день я достала парализующее зелье.

— Что ты делаешь? — спросил Филип, когда я пустила Бисквит галопом.

Стражники обернулись при звуках приближающихся копыт, но было слишком поздно. Я брызнула двумя последними каплями из белого флакона на них. Они замерли, и я поспешила в сторону парусной лодки, возле которой Филип уже маневрировал веревками. Я присоединилась к нему и успокоила лошадей, которые не очень желали путешествовать по воде.

Филип работал, не говоря ни слова. Только когда мы отплыли от берега на расстояние, и остров уменьшился в размерах, он повернулся ко мне.

— Как ты могла использовать все парализующее зелье?

— У меня не было выбора.

— Оно нужно нам для победы над Мышиным Королем.

— Оно нужно было сейчас.

С каждым предложением наши голоса становились все громче.

— Зачем ты это сделала?

Обвинение отражалось на лице Филипа.

— Потому что не хотела видеть, как ты истечешь кровью, — я оторвала кусок своего рукава обвязать его рану. — Ее нужно промыть?

Филип задрал свою льняную рубаху, и я заставила себя посмотреть на почти запекшуюся рану и разрезанную кожу.

— Думаю, все в порядке. Грязи нет. Плюс, я сомневаюсь, что на этой лодке есть что-то, чем можно обеззаразить рану.

— Я посмотрю.

Я помчалась, не дожидаясь его ответа, и с облегчением вздохнула, когда заметила наполовину пустую бутылку водки.

Возвращаясь к Филипу, я скомандовала так, будто уже делала это много раз:

— Ложись.

К моему удивлению, он послушался без всяких возражений. Я открыла бутылку и вылила жидкость на его рану. Хотя молодой человек не издал ни звука, по искаженному лицу я видеть, что ему очень больно. И это причиняло боль мне. Я туго перевязала рану, сосредоточившись на процедуре, а не на чувствах волнующих меня.

— Почему ты это сделала?

Я посмотрела в глаза Филипу.

— Потому что ты мог умереть от инфекции.

Он пропустил мой ответ мимо ушей.

— Почему ты беспокоишься? — когда я не ответила, он добавил: — Я думал, ты поцеловала меня лишь из любопытства и скуки.

— Ты остаешься моим другом…

— Бред, — оборвал меня Филип. — Я тебе не верю. Думаю, ты обеспокоена даже больше, чем могла бы признать, и это пугает тебя. Ты не веришь, что мы можем быть вместе из-за твоего отца.

Чувство горечи забурлило во мне, омрачив желание отрицать.

— Да, — выпалила я. — Мы никогда не сможем быть вместе, так что мы должны справиться с этим максимально безболезненно, если это возможно, а не мучить себя.

Я развернулась на каблуках и устремилась в противоположную часть лодки. Крепко сжимая перила, уставилась на воду, и из глаз потекли глупые, ненужные слезы.

26

.

Клара

После спора я и Филип не разговаривали друг с другом, пока лодка не достигла грота. Мне не составило труда найти местоположение пещеры: невидимая энергия притягивала, призывая ближе. Бисквит тоже чувствовала волшебство. Мотая гривой из стороны в сторону и топая копытами по мере нашего приближения.