Чтение онлайн

— Один. Два. Три. Четыре. Пять.

Мои губы стали неподвижными, и я молила его взглядом сказать мне, что он любит меня, прежде чем я потеряю способность слышать.

— Шесть. Семь, — на последнем шаге Филип запнулся об одну из голов мертвого Мышиного Короля. С громким стуком он упал на спину.

Все было кончено. Я закрыла глаза, и слезы потекли по лицу. Подождите-ка, я чувствовала свое лицо. Я открыла рот.

— Филип? — я была в состоянии говорить. Через несколько секунд смогла двигать руками, телом и, наконец, ногами.

— Филип! — я бросилась вперед, опасаясь, что он не пошевелится и не издаст ни звука. Конечно, падение не могло быть таким уж плохим.

— Филип? Филипп! С тобой все в порядке? — мой мир остановился, когда я взглянула на него. Он был неподвижным и деревянным. Я взглянула на Гризельду. — Что случилось?

Она сложила руки, не отвечая.

— Что случилось? — потребовала я более решительно.

— Он разрушил проклятие, но частью проклятия было сделать семь шагов назад, не потеряв равновесия. Поскольку он потерял равновесие, проклятие обрушилось на него.

— Какое контрзаклятие?

— Его нет.

Я покачала головой, отказываясь верить.

— Насколько тебе известно, нет. Но я найду кого-нибудь, — вспомнив просьбу мистера Дроссельмейера о мече семиглавого Мышиного Короля, я схватила его и засунула за пояс. — Помоги мне донести Филипа до Эйса.

Гризельда подняла брови, словно спрашивая, серьезно ли я говорю. Я взяла Филипа за плечи, чтобы показать, что серьезно настроена, и она подняла его за ноги.

— Если ты мне поможешь, я позабочусь о том, чтобы тебе нашлось место в Шенбрунне.

Ее рот сложился в букву «О».

— Почему?

— Потому что это правильно. Потому что Шенбрунн должен был стать твоим домом.

— Но я проклинала тебя, а теперь… — она заколебалась, — … твой друг… изменился.

— Ты также помогла мне с Мышиным Королем и помогла Филипу снять проклятие, когда я ничего не могла сделать, — я хотела заверить ее, что все будет хорошо, если она вернется в Вену, но я знала, что предстоит нелегкий путь. Вместо этого я дала обещание, которое смогу сдержать. — Пока я жива, тебе не причинят вреда, если ты вернешься в Шенбрунн. Я понимаю, если ты не хочешь, но знай, ты всегда можешь передумать позже. Просто пришли мне письмо.

Подбородок Гризельды дрогнул:

— Благодарю тебя, Клара.

Мы вошли в комнату с игрушечными солдатиками, и она крикнула:

— Не стреляйте. И принесите нам лестницу, достаточно длинную, чтобы добраться до первого этажа.

Солдатики сделали, как она велела, и лестница была установлена на вершине второго этажа, доходя до первого.

— Так гораздо лучше, — сказала я, радуясь, что мне не пришлось снова балансировать на веревке, хотя это было бы невозможно, если бы я несла Филипа. Даже с лестницей, нашм спуск с Филипом на руках был медленным и тяжелым. Каждый раз, когда скрипела ступенька, моя грудная клетка сжималась, и с каждой секундой жжение в плечах и руках увеличивалось.

Мы шли и, в конце концов, оказались на первом этаже.

Раздались щелчки пуантов, и к нам повернулись балерины-марионетки. Я собиралась опустить Филиппа на землю и вытащить его меч, но прежде, чем я успела это сделать, Гризельда закричала:

— Убирайтесь!

Чудесным образом они прислушались.

— Балерины и игрушечные солдатики подчиняются твоим приказам, — сказала я с благоговением, и щеки Гризельды покраснели от похвалы.

Она передвинула несколько рычагов. Свет и туман в лабиринте исчезли, и металлический сепаратор поднялся. Бисквит и Эйс направились к нам.

С помощью Гризельды я взвалила Филипа на Эйса, напомнив себе, что делаю это не в первый раз, и что он уже выздоравливал. Однако на этот раз все было по-другому. На этот раз Филип не просто устал или заболел. На этот раз он больше не был Филипом. Его душа все еще находилась в теле? Или его душа была внутри Щелкунчика? Если да, то есть ли способ вернуть его?

Остановись, сказала я себе, прежде чем мои мысли побежали бы по кругу. Я не должна беспокоиться об этом, пока не доберусь до Гумпольдскирхена. Мистер Дроссельмейер знал бы, что делать, и помог бы мне, потому что у меня был меч Мышиного Короля.

Прежде чем мы вошли в лабиринт, Гризельда покопалась в кустах, где, как я догадалась, располагались аэрозоли. Затем она повела меня через лабиринт к лодке, на которую бросила тяжелое одеяло.

— Оно непроницаемо и защитит вас от кислоты, — пояснила она.

Я провела Эйса на лодку и вернулась за Бисквит. Я была так сосредоточена на них, что только когда лодка отошла от берега, я поняла, что Гризельды в ней нет.

— Запрыгивай, — крикнула я, но она покачала головой, грустная улыбка играла на ее губах.

— Твое предложение великодушно, Клара. Но я не заслуживаю возвращения в Шенбрунн после всех страданий, которые я причинила. Для двора и твоих подданных я всегда буду дочерью женщины, которая пыталась убить принцессу, или девушкой, которая прокляла принцессу. Я хочу остаться здесь и начать все сначала, посмотреть, смогу ли превратить этот обездоленный замок во что-то стоящее.

Я была так далеко от нее, что мне пришлось кричать, чтобы меня услышали.

— Я уверена, у тебя все получится. Но если захочешь уйти, дай мне знать. И, пожалуйста, напиши мне. Я скучала по твоей компании.

Я подумала, что мое последнее предложение — это слишком, но тут до меня донесся ответ, мягкий, как колыбельная.

— Я тоже скучала по тебе, сестренка.

32

. Клара

На другом берегу мы пришвартовали лодку, и Бисквит постучала рогом по порталу, открывая его. Мы проскакали через него, оставив Перевернутое Королевство и вернувшись в лес, Эйс и Филип последовали за нами.

К счастью, конец клубка все еще лежал на земле. Стремясь освободить Филипа от деревянных оков, я пришпоривала Бисквит и Эйса, мы едва останавливались, чтобы отдохнуть, поесть или попить. Нить, казалось, продолжалась вечно, но, наконец, сладкая мелодия достигла моих ушей и передо мной открылась деревня Гумпольдскирхен, окруженная синим сверкающим светом. Мы приехали. Как и в прошлый раз, полдюжины грифонов окружили меня. Несмотря на то, что они позволили мне пройти раньше, холодная дрожь пробежала по мне от их грозных орлиных когтей, острых клювов и сильных львиных задних лап.

— Что ты здесь делаешь, человек? Ты не должна быть здесь. Это территория волшебного народца, — сказал самый большой гриффон.

Я почтительно кивнула.

— Меня зовут Клара, принцесса Австрийская, и я вернулась в Гумпольдскирхен повидаться с мистером Дроссельмейером и отдать ему меч, который он просил меня достать, — я обнажила клинок Мышиного Короля и держала его обеими руками в неопасном жесте. — Я также пришла за советом для моего друга, — я указала на деревянную фигуру Филипа.