Чтение онлайн

–Да уж, порой хорошим девочкам нравятся плохие мальчики. Но надеюсь, не в этом случае, – сказала Алёна, завершая разговор.

В усадьбе было тихо и скорбно. На воротах дежурил сменщик Егорова Григорий Нестеренко, высокий и худой шатен за пятьдесят. Он пропустил капитана и его спутницу лишь внимательно проверив их служебные удостоверения, появление в Сотниково врача-психотерапевта отставника возможно удивило, но на его морщинистом лице это никак не отразилось.

– Кто находится сейчас на охраняемой территории? – строго спросил Рубцов.

– Только Надежда Гущина, – ответил бывший военный связист, – ждёт вас.

– В доме?

– Нет, во флигеле.

– А братья Ухломские?

–Пока не приезжали.

Горничная встретила гостей на пороге флигеля, предложила поговорить в беседке под высоким тополем. Там действительно было удобно и свежо, а не душно как в прожаренном солнцем одноэтажном здании.

– Вы что-то говорили о мёртвых в прошлый раз, Надежда Ивановна, нельзя ли поподробнее, – попросил Рубцов.

Гущина насупилась, ответила коротко:

– Сболтнула я лишнего тогда, уж извините.

– И всё-таки, что вы хотели этим сказать, расскажите нам, пожалуйста, – вмешалась в разговор Морозова.

– Да слышала я в детстве от матери, а та от своей бабки, что места Сотниковские с очень давних пор гнилые, недобрые, нечистые. А ещё про девушку слышала, что на кладбище здешнем похоронена. Большая беда с ней случилась, а после то ли померла она от горя, то ли руки на себя наложила. Вскоре барина тогдашнего, нынешним Ухломским сродственника, нашли на лугу с осиновым колом в груди, а через неделю сыну его старшему кто-то дубиной голову разбил до смерти. И значит, похоронили их обоих в семейном склепе, на том же кладбище. А с той поры по ночам люди видели на лугу тени какие-то в саванах и слышали стоны, на волчий вой похожие. А потом в пруду нашли тело зарезанного сельского лавочника, а месяц спустя парня-коробейника на дороге просёлочной обнаружили ранним утром, с горлом до крови прокушенным. Вот и стали говорить, что упыри да оборотни снова проснулись и из могил в тёмное время выходить повадились, а главные у них – старый барин с сыном старшеньким. Младший-то, он военным был, офицером, велел на могиле девушки несчастной красивый памятник поставить, всё оплатил, дверь в дом усадебный заколотить приказал камердинеру, да и уехал на войну с турками, братьев наших православных освобождать. Такое вот творилось в Сотниково тогда, так мне мать рассказывала.

Гущина тяжело вздохнула и трижды перекрестилась. Наступило молчание. Рубцов не выдержал этой гнетущей тишины и решил прервать её, пошутив:

– Вам, уважаемая Надежда Ивановна, надо книги начать писать, вы самого Стивена Кинга по популярности превзойдёте.

Гущина на эти слова ничего не ответила, встала, небрежно кивнула в знак прощания и медленно пошла в сторону флигеля.

–Как вам здешняя сказительница? – спросил с улыбкой капитан.

Алёна шутливый тон не приняла.

– Странная женщина, очень странная, – задумчиво произнесла она.

– Что, потенциально ваш пациент?

– Возможно, хотя и не обязательно. Но как я и предположила, Гущина поддаётся внушению, у неё отсутствует критическое восприятие сомнительной или явно фейковой информации, она всерьёз верит в то, о чём только что рассказала. Таких людей легко гипнотизировать и зомбировать. Хотя…

–Что же ещё, договаривайте.

– Вам никогда в своей практике не приходилось сталкиваться с паранормальными явлениями?

– Бог миловал, – ответил Рубцов, – все эти истории про полтергейст, левитацию, НЛО и оживших мертвецов я знаю только по книгам и кинофильмам.

Конец ознакомительного фрагмента.