Чтение онлайн

– Вы думаете, кто-то из подруг совершил на вас покушение? – понял-таки Левон. – Ида или Маша?

– Да. Больше некому.

– Уверена? – тяжело посмотрел на нее Леня.

– Ты о своем папашке? У него кишка тонка.

– А у его бывшей жены?

– Эта баба на многое способна. Но ее тогда не было в России. Одна из подруг на меня покушалась. И я склоняюсь к тому, что это Ида.

В комнату зашла Зуля, чтобы спросить, где накрывать ужин, но Оля прогнала ее жестом.

– Она вышла замуж за Зайку, так, Леня? И жила припеваючи. Хотя почему жила? Она и сейчас, как я думаю, не бедствует. Ты хоть и разругался с ней, но содержишь.

– Откуда ты знаешь?

– Догадываюсь. Как и обо всем остальном. Едва я вспомнила последние факты, как убежала. Машка пыталась догнать, но я неслась на своих курьих ножках, как олимпийская чемпионка.

– Мама, ты ошибаешься. Ида не хотела замуж за отчима. Она сделала это только ради меня. И страдала в браке, потому что мужа не любила, а изменять не могла.

– Какой же ты дурачок, – прошептала Оля. – Ни черта в женщинах не разбираешься…

– Это серьезное обвинение, – кашлянул Левон. – И основывать его на догадках не стоит.

– Естественно, я не собираюсь идти в полицию и писать заявление на своих подруг. Но разобраться я должна. В этом мне поможет ваш друг… Он ведь поможет?

– Макар уже пятнадцать лет не служит в полиции.

– Мне от него нужна только информация, которую он собрал когда-то.

– Мы с вами уже говорили об этом, – напомнил Левон. – Все, что нарыл Макар, я вам рассказал. Другой инфы нет. Дело закрыли слишком быстро.

– Это я помню. Как и о том, что Макар именно подруг моих подозревал. Но почему-то отмел их кандидатуры.

– Обе имели алиби. Их проверили и только после этого сняли подозрения.

– Для меня это не доказательство. Та же Машка обеспечивала алиби одному своему любовнику-бандиту. Но я все же больше подозреваю Иду. Она в тот период не в себе была, могла психануть и наделать глупостей.

– Тебе не кажется, что нужно поговорить с Идой? – спросил у матери Леня. – И только после этого кидаться обвинениями?

– Обязательно это сделаю. Ты обещал мне ее координаты. Дашь?

– Я тебя отвезу к ней. И буду настаивать на том, чтобы вы говорили при мне.

– Заметано. А теперь иди есть плов, ты когда-то очень любил его. Мне нужно пошептаться с доктором Сарикяном.

Леонид не стал спорить с матерью. Он как будто робел перед ней. Но это нормально. Сарикян свою тоже побаивался. Она никогда не поднимала на него руку, даже голоса не повышала, но ТАК смотрела, что он делал все, чтобы ее не расстраивать. Левон и учиться в Москву отправился, чтобы совершать ошибки вдали от матери. Уже тогда он понимал, что хирургия – не его. Правда, надеялся в процессе обучения ее полюбить.

Когда Леня вышел из комнаты, Ольга всем корпусом развернулась к доктору Сарикяну и задала неожиданный вопрос:

– Как вам мое платье?

– Красивое. И очень вам идет.

– Мне тоже нравится. Его создала девушка, чьим кумиром юности была Ляля Череша.

– Кто это?

Оля ткнула себя пальцем в грудь.

– У вас был псевдоним?

– Иван Дмитриевич не рассказывал?

– Врачебная тайна не позволяет. Все, что не относится к непосредственному процессу лечения, не разглашается психологом.

– Я работала моделью какое-то время. И почти снялась в кино. Была утверждена на роль, готовилась к съемкам. Но жена моего любовника-продюсера узнала об этом и перекрыла мне кислород.

Она говорила это и внимательно смотрела на Левона.

– Какой реакции вы от меня ждете? – спросил он.

– Любой. Но вы сидите с каменным лицом.

– Потому что не понимаю, зачем вы это мне рассказали.

– Чтобы вы понимали, с кем имеете дело. Я не сказочная принцесса, фиалками не какаю… Впрочем, о последнем вы как мой врач знаете. – Ольга, наморщив нос, скорчила рожицу. Хотела расслабить, но Левон еще больше напрягся. – У меня бурное прошлое. И вспомнились моменты, за которые стыдно.

– Вы убили кого-то? – осторожно спросил Левон.

– С чего вы взяли? – опешила она.

– Вы так долго готовите меня к чему-то…

– Грехи мои не настолько тяжки, – успокоила его Оля. – Но их много. А вы мне видитесь человеком правильным. Я не такая. И все же я осмелюсь пригласить вас на свидание.

Левон молчал. Он онемел от удивления. Не ожидал инициативы? Или не верил счастью? И то и другое, пожалуй.

– Так что скажете, Левон Гамлетович? Согласны со мной поужинать в каком-нибудь милом ресторанчике, где подают отменный шашлык и хрустящий хлеб со специями?

– С удовольствием, – выдохнул он наконец.

– Это не противоречит врачебной этике?

– Плевать на нее. Я сам собирался вас пригласить, но робел, – решил сознаться он. – И не потому, что я врач, а вы пациент, просто не был уверен в том, что вы готовы к свиданиям…

– А я и не была. Но как только почувствовала, что готова, дала вам знать.

– Мы все еще на «вы»?

– Конечно. «Ты» только после брудершафта.

– Как насчет завтра? Я не хочу тянуть.

– Я тем более. – Она протянула руку, чтобы Левон помог ей встать с дивана. – Ресторан на ваш выбор, я понятия не имею, где сейчас вкусно кормят.

– Знаю такое место, – он, естественно, подумал о том заведении через дорогу, что спасало его от голода. Там и готовят хорошо, и есть уютная ниша, в которой можно спрятаться от посторонних глаз, но при этом видеть всех через деревянные жалюзи. – Значит, до завтра?

– Буду ждать звонка.

Он поцеловал ее руку на прощание. Леониду и Зуле сказал «до свидания». Он был внешне спокоен, но лишь до того момента, пока не сел в машину. В салоне он дал волю эмоциям и радостно прокричал: «Ура!»

Они ехали в машине, и Оля не понимала, что это за марка.

– Китайская, – объяснил Леня.

– Ты точно богатый?

– Наследство я получил хорошее. А что?

– Но ездишь на китайском авто? Как так?

– Сейчас это не позор, – улыбнулся ей сын. Сегодня он был просто одет: в спортивный костюм. Оля же опять нарядилась в платье из кашемира. – Китайский автопром развивается так стремительно, что даже скептики, типа меня, отказались от немцев и японцев.