Чтение онлайн

– А почему вы мне тыкаете? – вздохнул подследственный. – И кроме того, насколько я знаю, сейчас мне положен адвокат, но его до сих пор нет.

– Демократия хренова, – проворчал полковник. – Так тебе ж предлагали, а ты отказался. Помнишь, надеюсь?

– Я хочу своего адвоката, – проговорил Алимов. – Свяжитесь с…

– Успеется.

– Ну что ж, – улыбнулся Алимов, – тогда я вообще отказываюсь разговаривать с кем бы то ни было. И сразу заявлю об этом следователю Генеральной прокуратуры. Он, кажется, должен приехать завтра?

– А ты неплохо информирован, – недовольно пробормотал милиционер.

– Вы же потому и пришли. Не знаю, зачем вам понадобился этот спектакль, может быть…

– Все равно ты сядешь, – перебил его милиционер. – И я уверен, очень скоро будешь давать показания по делу. Причем быстро, чтобы опередить других.

– Мечтать не вредно, – язвительно проговорил Алимов.

– Будешь сидеть, гнида, – повысил голос полковник, – и все твои дружки тоже!..

– Вы не откажетесь повторить это при адвокате? – Алимов усмехнулся.

Выматерившись, полковник нажал кнопку вызова конвоира.

– О чем они говорили? – жестко спросил Леонид рослого парня.

– Да я-то откуда знаю? – пожал тот широкими плечами. – Кристина сказала – поехали, мы и поехали.

– Локоть, – угрожающе проговорил Леонид, – если я что-то узнаю, сам тебе башку откручу! Понял?

– Да как не понять? – спокойно отозвался тот. – Но я что знаю, то и говорю.

– Иди отсюда! Ей ни слова.

Локоть, кивнув, вышел. И, словно дождавшись этого, зазвонил телефон.

– Нам надо встретиться, – услышал Леонид женский голос.

– Наконец-то соизволила…

– Все очень серьезно, – перебила его Кристина. – Приезжай через два часа в «Буратино». Я буду там. Желательно, чтобы об этом никто не знал.

– А что случилось?

– Я жду в четыре, – услышал он, и раздались частые гудки.

«Просто так она бы не позвонила», – подумал Леонид.

– Ну вот и кончились наши мучения, – подмигнул Отмычке Ларионов. – Завтра поедем в златоглавую.

– Твои, возможно, кончились, – поправил его вор, – а мои только начинаются.

– Может, все-таки скажешь, – дав ему сигарету, спросил капитан, – зачем ты приехал в Хабаровск?

– Знал, что ты здесь, – насмешливо ответил Отмычка, – и решил тебе отпуск испортить.

– Командировку, – улыбнулся капитан. – И, надо сказать, тебе это удалось. Слушай, возьму грех на душу перед начальством, поеду с тобой, куда ты хотел. Мешать ни в чем не буду.

– Так с тебя же шкуру спустят, – помолчав, вздохнул Отмычка.

– Это уже мои проблемы. Согласен?

– Нет, – снова помолчав, ответил домушник. – Если честно, я от тебя дернуть хотел. А сейчас…

– Что-то ты темнишь, Замков.

– Точно, начальник! – Отмычка засмеялся.

– Ну, как хочешь. Я думал, раз завтра улетаем, то сегодня мы съездили бы – и на самолет. Тут уж не знают, как от нас избавиться.

– Ты в натуре отвезешь? – быстро спросил Отмычка.

– Конечно, а то ведь мы тебя в камере вроде как незаконно держим.

– Слушай, начальник, – Отмычка вздохнул, – если ты в натуре предлагаешь…

– Далеко ехать? – спросил Ларионов.

– Да здесь, в Хабаровске. Я ж тут не бывал ни разу. Адрес имеется, вот туда и хотел.

– К кому? – вроде бы без интереса спросил капитан.

– К делу это не пришьешь, – усмехнулся вор.

– Это утешает. Ладно, поедем. Но предупреждаю: что-нибудь не так, и я тебя пристрелю.

– Понятное дело, – пробормотал Отмычка.

– Отоварили и укатили, – вздохнул участковый. – Я им успел удостоверение показать и получил…

– А что Скворцова говорит? – спросил его майор милиции.

– Так она уже не раз заявляла, что ей угрожают. Мы дождемся, – потрогав синяк на подбородке, предупредил он, – что и она изменит показания, а потом…

– А что мы можем сделать? – с досадой перебил майор. – Нет у нас закона о защите свидетеля. И ведь сколько из-за этого преступников выпустили!.. – Он выматерился.

– Так все равно надо что-то делать, – сказал участковый.

– Что? Предложи. Бери, например, на себя ее охрану. Это единственное, что мы можем предпринять. Я только заикнулся об этом начальству, так меня чуть не сожрали.

– Вот откажется она от показаний, тогда запоют по-другому.

– А с этим домушником вообще что-то непонятное. Москвич, словно нянька, ходит в отдел, жрать ему носит. Санкцию на арест не дали, а он сидит. Собираются в столицу отправлять и никак не отправят.

– А мне-то вы зачем это говорите? – удивился Камышев.

– Да, тебе это действительно не нужно. Об этом все говорят, вот я и продолжил. Ты, Петр, мужик неглупый и понимаешь, что к чему. Сейчас на тебя вся надежда, можно сказать. Так что ты уж почаще около Скворцовой…

– Послушайте, товарищ майор, – вздохнул тот, – но ведь…

– Короче, вот что, – заявил Грушев, – сделаем так: когда она будет из дома уходить, пусть с тобой свяжется. Если сам буду свободен, я за ней присмотрю. Нельзя допустить, чтобы Алимов отвертелся. Тут дело крупным пахнет.

– Тебе легко говорить, – раздраженно сказал участковый. – А тут…

– Слушай, – хмыкнул Грушев, – а не обидно, что тебе морду набили? Я бы, например, только из-за этого не дал им Скворцову тронуть.

– Понял, – кивнул Петр. – Я думал, что у нас есть закон и мы все ему служим. А выходит…

– Закон-то имеется… – Майор махнул рукой.

– Ладно, я договорюсь с ней.

– В общем, ты согласен присматривать за Скворцовой?

– Конечно, согласен.

– Ну и отлично, – облегченно проговорил майор.

– Ясно, – сказал Вячеслав. – Ну что ж, – помолчав, пробормотал он, – значит, будем и здесь воевать. А что в милиции ей говорят? – спросил он сестру.

– Пишите заявление, разберемся, – недовольно ответила Маша.

– Понятно. В общем, ты ее к нам позови. Пусть поживет, пока дело в суд не попало.

– Не пойдет она, – уверенно заявила Маша. – И показаний не изменит. Ленка смелая женщина. Вот я бы, конечно, сразу сделала все так, как сказали. А она – нет.

– От кого у нее сын? – спросил Вячеслав.