Проклятие тайных желаний
Шрифт:
Но сейчас посиделки расширенные, тут есть и чужие эльфийки.
Девушки, которые мне больше не подруги.
Эта моя встреча с ними в каком-то роде точка. Прощание с прошлым.
Теперь у меня совсем другой круг общения и каждый день полон хлопот.
Ну и не только хлопот — я регулярно слушаю восхитительные музыкальные концерты в храме.
А так курсы по истории давно кончились, а танцы, переговоры и конструирование остались. Ох уж это конструирование. Но я уже не такая бездарная, как раньше. Уже что-то могу.
А еще каждый мой день наполнен ворохом храмовых дел. Наших с Неро семейных дел. Теперь я только так считаю.
Моя родная семья процветает: кататься на лодках от главной жрицы Сантоса хотят все. Первым делом для зачета по конструированию я домой как раз новые лодки отправила.
Но я все больше чувствую себя не лодочницей, а основательницей своего клана. Которой я официально стану после Церемонии.
А пока что ради любопытства и чтобы понимать механизмы работы, я уже провела несколько встреч как главная жрица. Приняла гостей.
Неро научил меня, как бесконтактно делиться с ними энергией. Это тоже часть обязанностей, поскольку в главных жрецах Сантоса есть особая энергия, не только энергия Дара.
Вот этой-то особенной энергией я и делюсь. По цвету она розовая.
На одну из встреч пришел Двоюродный Аламбре. Я не стала его выгонять. Пусть сидит, смотрит на меня и понимает, что навредить нам с Неро ему не удастся.
Интриги бессильны против любви.
А игр в гляделки я не боюсь.
Вместо этого я налаживаю контакты со всеми своими подчиненными. И Арлену уже видела, и Элейну.
Кстати, Донато оказался частым посетителем храма. Даже пробовался в жрецы, но Неро его не взял. Просто потому, что у Донато нет нужных талантов.
Время потихоньку движется к Церемонии.
Срок на подумать громадный, потому что потом вместе — вечность.
И я готова разделить ее с Неро. И с нашими детьми, когда те будут.
Я их всех уже заранее люблю.
***
НЕРО
Когда я был ребенком, меня нисколько не беспокоило, что у меня нет братьев и сестер.
Мне так не хватало родительской любви, что я не был готов еще с кем-то ей делиться.
Потом, благодаря Сантосу, я все это восполнил.
Неважно, что этот мой отец между встречами отсутствует по куче лет, его любовь и поддержку я чувствую всегда.
А теперь я сам отец. И за мою любовь никому не нужно драться: ее на всех хватит.
Мы с детьми, а пока их четверо, два мальчика и две девочки, ну просто так получилось, валяемся на большущем пушистом ковре и играем в «убеги от поля».
Ага, так они и сбегут: как только кто-то пытается выползти с оговоренной площадки, я подхватываю его или ее и поднимаю к потолку. Затем опускаю, и они снова пытаются выползти. Забавно, когда все вместе. Детки сговариваются мысленно, но и я начеку.
Шума, криков и визга столько, что мы не замечаем, когда возвращается земляничка.
— А меня поднимешь? — спрашивает.
— Да запросто. Только шанса сбежать у тебя не будет.
— Я шучу! Пойдемте поплаваем в море, давайте? — предлагает.
Дети смеются и пытаются пробиться к маме, но игру-то мы не окончили, и я их крепко держу.
— Сдаетесь? — уточняю.
Они сдаются и мы идем плавать на новой Армелиной лодке.
Теперь, когда мы давным-давно слаженно работаем с ней вместе, в храме никакого бардака, и мы спокойно берем выходные, которые проводим семьей.
Не, я ничуть не устаю с Армелой работать и жить вместе.
Когда я взял ее руку в свою и пообещал держать ее вечно, я все учел.
Я всегда верил в счастье, и оно наступило.
Это что-то очень простое, очень понятное и самое ценное, что есть в мирах.
Семья. Любимая жена. Дети. Ну и работа, куда без нее.
Так что все у нас хорошо, чего и вам желаю.
Конец