Чтение онлайн

— Существует множество способов носить шарф дупатта. Можно носить его на плечах, как сделала ты, но можно перекинуть один конец через плечо, а второй набросить на руку, вот так. Это современный стиль.

Рен обернул шаль вокруг себя и развернулся, чтобы продемонстрировать мне стиль. Я не выдержала и расхохоталась.

— Откуда ты знаешь про современные веянья?

— О, я много чего знаю. Ты еще не раз удивишься! — Он снова снял шаль и повязал на голову. — Можно носить дупатту на голове, так велят правила приличия при встрече со старшими, в знак уважения.

Я низко поклонилась ему и со смехом сказала:

— Огромное спасибо, что проявили столь глубокое уважение ко мне, мадам. Позвольте заметить, что шелк вам очень к лицу.

Рен рассмеялся и показал мне еще несколько способов, один забавнее другого. Он говорил, а я чувствовала, что теряю голову. «Он такой… красивый, очаровательный, волшебный, притягательный… обаятельный». Разумеется, при этом Рен был еще невероятно красив, но даже будь он менее хорош собой, я была бы рада часами сидеть с ним рядом и болтать обо всем на свете.

Я заметила, как рука Рена задрожала. Он стал серьезным и сделал шаг ко мне.

— Но больше всего мне нравится, когда дупатту носят так, как ты сделала это раньше — свободно накинув на плечи. Благодаря этому я получил возможность увидеть во всей красе твои волосы, струящиеся по спине.

Накинув шаль мне на плечи, Рен потянул за концы и бережно притянул меня ближе. Потом взял прядь моих волосы и стал наматывать ее себе на палец.

— Эта жизнь совсем не похожа на ту, которую я знал раньше. Слишком многое изменилось. — Он выпустил из рук шаль, но продолжал играть моим локоном. — Но кое-что стало гораздо, гораздо лучше! — Рен выпустил мои волосы, провел пальцем по моей щеке и легонько подтолкнул меня в сторону комнаты. — Спокойной ночи, Келси. Завтра у нас тяжелый день.

На следующее утро я нашла на комоде Муджулайнскую Имперскую печать. Это оказался красивый камень сливочно-белого цвета с золотыми бороздками цвета ржавчины и мягкой лентой для ношения. Я взяла тяжелый предмет в руки, чтобы получше рассмотреть, и тут же заметила вырезанные слова, которые, если верить Рену, обозначали «мудрость, зоркость, храбрость и сострадание». На основании печати был изображен распустившийся цветок лотоса. Тщательность прорисовки мельчайших деталей говорила о высоком мастерстве художника. Я долго любовалась прекрасным цветком.

«Если Рен не обольщается и его отец действительно был верен этому девизу, то он был очень хорошим царем».

Минуту-другую я пыталась мысленно нарисовать себе портрет раджи в образе постаревшего Рена. Мне было нетрудно представить Рена возглавляющим людей. Было в нем нечто располагающее, пробуждающее инстинктивное желание доверять и подчиняться. Я невесело усмехнулась. Да уж, женщины с радостью последуют за ним хоть в омут головой!

Но ведь мистер Кадам служил Рену больше трехсот лет… Сама по себе мысль о том, что Рен сумел внушить человеку пожизненную верность, вызывала трепет. Прервав свои размышления, я с новым уважением посмотрела на старинную печать.

Затем я расстегнула оставленную мистером Кадамом сумку и обнаружила в ней фотоаппараты, цифровой и одноразовый пленочный, спички, набор инструментов для копания, электрические фонари, перочинный нож, непромокаемые спички, плотную бумагу и уголь для выполнения оттисков, еду, воду, карты и еще кучу разных вещей. Некоторые предметы были упакованы в водонепроницаемые пластиковые пакеты. Я взвесила сумку в руке — как ни странно, она оказалась мне по силам.

Вбежав в гардеробную, я мимоходом коснулась рукой своего платья и вздохнула. Потом натянула первые попавшиеся джинсы с футболкой, зашнуровала новые ботинки и захватила свои старые кеды.

Спустившись вниз, я нашла мистера Кадама на кухне, где он нарезал манго к завтраку.

— Доброе утро, мисс Келси, — сказал он и посмотрел на мою шею. — Я вижу, вы уже нашли печать.

— Да. Она просто прелестная, только немного тяжелая. — Я переложила на свою тарелку несколько ломтиков манго и налила себе свежесваренного шоколада. — Вы все эти годы берегли ее?

— Да. Эта печать очень много для меня значит. Она была изготовлена не в Индии, а в Китае. Такие старые печати сегодня большая редкость. Она сделана из камня шоушань, и хочу заметить, что, вопреки распространенному заблуждению, это совсем не разновидность жадеита. Китайцы верили, что шоушань — это разноцветные яйца птицы Феникс, найденные в высоких горных гнездах этих загадочных созданий. Храбрецы, с риском для жизни добывавшие камни шоушань, удостаивались великих почестей, славы и богатства. Только самые богатые люди могли владеть предметами, сделанными из этих драгоценных камней. Теперь вы понимаете, какая великая честь была оказана деду Рена, когда он получил эту печать в подарок. Это бесценная реликвия царской семьи. А вас, надеюсь, порадует вот какое свойство шоушаньского камня — он приносит удачу тому, кто им владеет или носит на себе. Возможно, эта печать не раз поможет вам в пути.

— Получается, семья Рена была особенной?

— Очень, мисс Келси.

Не успели мы приняться за завтрак, состоявший из свежего йогурта и манго, как на кухню вошел Рен и первым делом положил голову мне на колени.

Я почесала его за ухом.

— Молодец, что решил к нам присоединиться. Наверное, волнуешься перед путешествием, да? Представляю, что ты должен чувствовать, зная, что проклятие вот-вот будет снято!

Рен не сводил с меня пристального взгляда, словно просил немедленно отправиться в путь, но мне не хотелось торопиться. Чтобы успокоить тигра, я стала скармливать ему ломтики манго. Немного утихомирившись, он уселся и с аппетитом принялся за угощение, слизывая сок у меня с пальцев.

— Прекрати! — засмеялась я. — Щекотно же! — Он не только не послушался, но полез своим языком вверх по моей руке, облизав меня до самого рукава футболки. — Фу, это уже безобразие, Рен! Хватит. Хватит, я сказала. Ладно, идем.

Я вымыла руку, в последний раз обвела взглядом кухню и поспешила в гараж. Мистер Кадам был уже во дворе вместе с Реном. Он взял у меня сумку, поставил ее на пассажирское сиденье и открыл мне дверь джипа.

— Будьте осторожны, мисс Келси, — предупредил мистер Кадам напоследок. — Рен будет охранять вас, но впереди множество опасностей. Некоторые мы предусмотрели, но я уверен, что вы столкнетесь с таким, о чем я и подумать не мог. Будьте осторожны, умоляю вас.

— Конечно. Надеюсь, мы скоро вернемся.

Я подняла стекло и выехала задом из гаража. Навигатор тут же бодро запищал, подсказывая, куда ехать. И снова, уже в который раз, я с благодарностью подумала о предусмотрительности мистера Кадама. Без него мы с Реном уже сто раз пропали бы!

Поездка прошла без особых приключений. Первый час мы путешествовали практически по пустой дороге. По мере приближения к Мумбай движение стало уплотняться, однако к этому времени я уже привыкла ехать по левой стороне. Еще через четыре часа грунтовая дорога привела нас к парку.

— Так, теперь нам туда. Если верить карте, дорога до пещер занимает два с половиной часа. — Я посмотрела на часы и продолжала: — А следовательно, нам предстоит убить целых два часа, выжидая, пока стемнеет и туристы разойдутся.

Рен выпрыгнул из машины и следом за мной отправился на поиски тенистого местечка в парке. Там он растянулся на траве, а я села рядом. Сначала я опиралась на тигра спиной, а потом совсем осмелела и положила на него голову. Глядя на верхушки деревьев, я стала болтать без умолку. Я рассказала Рену о своем детстве с родителями, о том, как ездила в гости к бабушке, и о каникулах, которые у нас было принято проводить всей семьей.