Чтение онлайн

— Тот, кто напал на меня, был весь в крови и царапинах, однако мне показалось, что его это не очень-то беспокоило.

— Да, они такие. Большая часть тварей, гнавшихся за мной, были разорваны в клочья колючими ветками. Только это смогло их остановить.

— А сюда они за тобой не прибежали?

— Нет, они прекратили погоню, как только я добрался до пещер. Наверное, пещеры их пугают.

— Прекрасно их понимаю. Ты… нес меня всю дорогу? Как же ты мог крушить деревья и держать меня?

Рен тяжело вздохнул.

— Я перекинул тебя через плечо и лупил по деревьям, пока не расчистил себе дорогу. Потом я убрал гаду, надел рюкзак и до этого места нес тебя на руках.

Я надолго присосалась к бутылке и услышала, как Рен тяжело вздохнул.

Потом он тихо сказал:

— Я много перенес в своей жизни. Я принимал участие в кровопролитных битвах. Я видел смерть друзей. Я видел ужасные вещи, которые люди творят с людьми и животными, но до сих пор я не знал, что такое страх. Да, я переживал. Я ощущал тревогу и напряжение. Мне доводилось бывать в смертельной опасности, но я никогда не испытывал того потного ледяного ужаса, который сжирает человека заживо, бросает его на колени, заставляет молить о пощаде. Стыдно признаться, но я даже гордился тем, что стою выше этого. Я считал, что после стольких страданий и испытаний уже ничто и никогда не сможет меня испугать. Ничто не доведет меня до такого состояния.

Он быстро поцеловал меня в шею.

— Я ошибался. Когда я нашел тебя и увидел, как эта… эта тварь пытается тебя убить, я ослеп от ярости. Я убил ее без колебания.

— Да уж, тот каппа был жуткий!

— Я испугался не каппу. Я боялся… потерять тебя. Я впервые испытал тот самый… бездонный, ломающий и выворачивающий наизнанку ужас. Это было невыносимо. И мучительнее всего было понимать, что мне незачем жить, если ты умерла, но я все равно ничего не могу с этим поделать. Без тебя я был бы навеки обречен на это никчемное существование…

Я слышала каждое сказанное им слово. Они дошли до моего сердца, и я знала, что чувствовала бы то же самое, если бы мы вдруг поменялись местами. Но я не хотела этого признавать. Я сказала себе, что проникновенные слова Рена были всего лишь реакцией на экстремальное напряжение, в котором мы находились. Хрупкий росток любви, расцветший в моем сердце, жадно цеплялся за каждую мимолетную мысль, и слова Рена были для него животворной утренней росой. Но я холодно отчитала свое глупое сердце и безжалостно выполола из него нежные сорняки любви, приказав себе оставаться равнодушной.

— Все в порядке. Я здесь. Тебе больше нечего бояться. Я все еще рядом с тобой, чтобы помочь тебе снять проклятие, — с напускным спокойствием ответила я.

Рен крепче обнял меня за талию и еле слышно прошептал:

— Тогда я и думать забыл об этом проклятии… Я думал, что ты умираешь.

Я сглотнула ком в горле и как можно небрежнее бросила:

— Но я же не умерла! Видишь? Я выжила, чтобы снова ссориться с тобой. Не жалеешь, что все так обернулось?

Его руки застыли, и он с угрозой сказал:

— Никогда не говори так, Келси.

Я немного поколебалась, но потом все-таки выдавила:

— Ладно, спасибо тебе. Спасибо, что спас меня.

Он крепче прижал меня к себе, и я позволила себе на минутку — всего на одну минуточку! — прильнуть к нему и забыться.

«Вообще-то я чуть не умерла. Разве я не заслужила какую-нибудь награду за свое выживание?»

Когда минута прошла, я решительно вырвалась из рук Рена. Он с неохотой отпустил меня.

а я с кривой усмешкой обернулась к нему. Потом попробовала встать и убедилась, что ко мне потихоньку возвращаются силы.

Когда я думала, что умираю, мне хотелось признаться Рену в любви, но теперь, когда смерть отступила, я не желала даже думать об этом. Я вновь была полна решимости держаться от него подальше, но желание вновь очутиться в его объятиях было таким сильным… таким неодолимым. Решительно повернувшись к Рену спиной, я расправила плечи и подобрала с земли рюкзак.

— Вперед, Тигр! Пора шевелиться. Я здорова, как бык! — соврала я.

— Мне кажется, тебе лучше чуть-чуть притормозить и отдохнуть, — сказал Рен.

— Нет. Я и так проспала целых два дня! Теперь я готова пройти пятьсот миль без передышки!

— Не спеши, поешь хотя бы!

— Брось мне энергетический батончик, я слопаю его по дороге.

— Но, Келлс…

Я на миг заглянула в его темно-синие глаза, поспешно отвела взгляд и тихо сказала:

— Я хочу как можно скорее убраться отсюда.

С этими словами я отвернулась от Рена и стала собирать наши вещи. Он не тронулся с места и молча смотрел на меня, прожигая взглядом мне спину. Да, я отчаянно хотела поскорее убраться отсюда. Чем дольше мы были вместе, тем быстрее таяла моя решимость. Да что там говорить, я была на волосок от того, чтобы попросить его навечно остаться со мной здесь, среди колючих деревьев и кровожадных капп! Было очевидно, что если я не сумею как можно скорее вернуть Рена в тигриную шкуру, то окончательно потеряю голову от его мужской ипостаси.

В конце концов он медленно, почти грустно проговорил:

— Конечно, Келси. Как скажешь.

Потом встал, потянулся и погасил костер.

Я подошла к Фаниндре, свернувшейся в виде манжеты для измерения давления, и задумчиво уставилась на нее.

— Она спасла тебе жизнь, — сказал Рен. — Ее укусы исцелили тебя.

Я осторожно дотронулась до своей шеи в том месте, где меня укусил каппа. Кожа была совершенно гладкой, даже шрама не осталось. Я присела на корточки перед волшебной коброй.

— Значит, ты снова спасла меня, Фаниндра? Спасибо.

Подняв золотую змею, я надела ее себе на руку, потом закинула на спину рюкзак и решительно зашагала вперед. На ходу я обернулась и крикнула:

— Идешь, Супермен?

— Куда ты, туда и я.

Мы вошли в зев черной пещеры. Рен протянул мне руку, но я отмахнулась от нее и, как ни в чем не бывало, направилась в глубину туннеля. Тогда Рен резко остановил меня и снова протянул руку, на этот раз многозначительно глядя мне в глаза. Я со вздохом взяла его за два пальца. Потом глуповато улыбнулась, осознав, что опять слишком вызывающе демонстрирую свое нежелание прикасаться к нему. Рен брезгливо хмыкнул, схватил меня за локоть и потащил за собой, крепко обхватив рукой за плечи.

Мы быстро шагали через туннель. Другие Рены и Келси еще более настойчиво стонали и зазывали нас к себе. Крепко зажмурившись, я позволила Рену вести меня по лабиринту и только сдавленно охала, когда призрачные фигуры вырастали перед нами, пытаясь схватить.

— Они не могут обрести телесность до тех пор, пока мы не обратим на них внимание.

Мы старались идти как можно быстрее. Злобные тени и знакомые фигуры взывали к нам на разные голоса. Мистер Кадам, мои родители, моя приемная семья и даже синьор Маурицио хором кричали, молили, требовали, заклинали.