Чтение онлайн

– Уверен, так они и сделают. Если бы мы и впрямь собирались в Кастер, нам бы точно не поздоровилось. Но мы обойдем город с востока, а потом свернем на юго-запад, к Хейсхему. Туда, где каменные могилы. С Лихом надо что-то делать, а время на исходе. Поговорить с Нейзом – наш последний шанс.

– А что будет потом? Мы когда-нибудь сможем вернуться домой?

– Почему бы и нет? Со временем… В конце концов квизитор потеряет наш след. О, он отступится не сразу, не надейся. Однако поищет-поищет – и уберется туда, откуда пришел. Кому охота таскаться по морозу, когда можно пересидеть зиму в тепле?

Я кивнул, однако на душе у меня все равно было беспокойно. План Ведьмака, может, был и неплох, но изъяны в нем просто бросались в глаза. Хотя бы то, что он все-таки недостаточно окреп для перехода через холмы. И нас могут схватить еще до Хейсхема. Опять же, что мешает людям квизитора обыскать дом Ведьмака и сжечь его дотла, особенно если они потеряют наш след? И в любом случае следующий год спокойным не будет. Весной квизитор наверняка снова отправится на север. Он производит впечатление человека, который никогда не сдается. Куда ни кинь – всюду клин. Я никак не мог представить себе расклад, при котором мы снова сможем спать спокойно. И еще одна мысль буквально сразила меня…

Что, если они схватят меня? Квизитор пытает людей, добиваясь от них того, чего он хочет. Что, если я не выдержу и расскажу, откуда я родом? Он забирает себе или сжигает дома приговоренных. Может так получиться, что из-за меня папа, Джек, Элли и их малышка лишатся крыши над головой. А что будет, если квизитор увидит маму? Она боится солнечного света, помогает местным повитухам во время трудных родов и собирает лечебные травы. Маме точно несдобровать!

Терзаемый всеми этими тревогами, я все же помалкивал, потому что чувствовал, что Ведьмак и без того устал от моих вопросов.

Час спустя мы уже были высоко в холмах. Безветренный день обещал быть погожим.

Если бы не причина, по которой мы оказались здесь, я наверняка радовался бы такой хорошей погоде. Компанию нам составляли лишь кроншнепы и кролики, а далеко на северо-западе в солнечном свете посверкивало море.

Поначалу Ведьмак шел впереди, довольно бодрым шагом, но задолго до полудня начал сдавать и, когда мы присели рядом с пирамидой из камней, выглядел уже совершенно измотанным. Когда он разворачивал сыр, я заметил, что руки у него дрожат.

– Держи, парень, – он протянул мне небольшой кусок. – Только не накидывайся сразу.

Я стал медленно жевать сыр.

– Ты заметил, что девчонка тащится за нами? – спросил Ведьмак.

Я изумленно посмотрел на него и покачал головой.

– Она идет в миле позади. Мы остановились, и она остановилась. Как думаешь, что ей нужно?

– Наверное, ей просто некуда идти, кроме как на холм Пендл, а туда она возвращаться не хочет. И в Чипендене остаться не может – там ведь вот-вот появятся квизитор и его люди.

– Ага. А может, просто ты ей нравишься, вот она и плетется за тобой? Жаль, что я не успел разобраться с ней до того, как мы покинули Чипенден. Она опасна, потому что, куда бы ни пошла, Лихо тоже будет неподалеку. Сейчас-то он под землей, но солнце сядет – и он потянется к ней, словно мотылек к пламени свечи. Если она еще раз даст ему свою кровь, он сможет видеть ее глазами и слышать ее ушами. Впрочем, кругом полно другой добычи – хоть людей, хоть животных. Он будет питаться их кровью, становясь все сильнее и сильнее. И в конце концов обрастет плотью. То, что произошло сегодня ночью, – лишь начало.

– Но если бы не Алиса, мы бы остались в Чипендене и попали в лапы квизитору, – заметил я.

Ведьмак словно и не слышал моих слов.

– Ладно, пора идти. Сидя здесь, я не становлюсь моложе, – сказал он.

Однако спустя час мы уже снова отдыхали, на этот раз еще дольше. И так продолжалось весь день: переходы становились все короче, привалы – все длиннее. К заходу солнца погода изменилась. В воздухе запахло влагой, и вскоре пошел мелкий дождь.

Когда стемнело, мы начали спускаться к ограде – длинной стене, сложенной из разномастных камней. Склон был крутой, трава скользкая, и мы оба несколько раз падали. Вдобавок дождь усилился и подул сильный ветер.

– Давай передохнем, пока я отдышусь, – сказал Ведьмак.

Мы перелезли через стену и уселись с другой ее стороны, укрываясь от дождя и ветра.

– В моем возрасте сырость проникает в самые кости, – проворчал Ведьмак. – Проживешь всю жизнь в Графстве, будешь чувствовать то же самое.

Рано или поздно здешняя погода доконает любого. Что-нибудь да страдает – либо кости, либо легкие. Мы съежились у стены. Я ужасно устал и, несмотря на погоду, с трудом боролся со сном, но все же уснул. Мне приснился один из тех долгих снов, которые, кажется, тянутся всю ночь. И в конце он превратился в кошмар.

Это был определенно самый жуткий сон в моей жизни, а ведь с тех пор, как я стал учеником Ведьмака, кошмары снились мне довольно часто.

В этом сне я как будто потерялся и искал дорогу домой. Никаких трудностей с этим вроде бы не предвиделось, поскольку светила полная луна, но стоило мне свернуть, и я оказывался в совершенно незнакомом месте. В конце концов я перевалил через вершину холма Палача и увидел внизу нашу ферму.

Чем ближе я к ней подходил, тем сильнее меня охватывало беспокойство. Слишком уж тихо там было, слишком спокойно даже для ночного времени. Никакого движения. И ограда совсем покосилась, чего ни папа, ни Джек в жизни бы не допустили. И дверь хлева болталась на одной петле.

Дом выглядел заброшенным: несколько окон разбито, на крыше тут и там не хватает черепицы. Открыть заднюю дверь оказалось нелегко, но в конце концов она поддалась. Я вошел на кухню, которая выглядела так, будто уже много лет здесь никто не жил. Повсюду лежала пыль, с потолка свисала паутина. Мамино кресло-качалка стояло прямо посреди кухни, и на нем лежал сложенный листок бумаги. Я взял его и вышел наружу, чтобы прочесть при свете луны:

Могилы твоего отца, Джека, Элли и Мэри – на холме Палача.

Мать найдешь в сарае.

Сердце у меня едва не разорвалось, и я выбежал во двор. Остановился около сарая, внимательно прислушался. Все было тихо. Не чувствовалось даже дуновения ветерка. Сильно нервничая, не зная, чего ожидать, я шагнул во мрак. Может, тут тоже могила? Мамина могила?

Сквозь дыру в крыше внутрь проникал лунный луч, и в его свете я разглядел мамино лицо. Она смотрела прямо на меня. Кроме лица, я ничего не увидел в потемках, но по тому, как низко над полом оно было, решил, что мама стоит на коленях.