Чтение онлайн

– Ведешь дневник?
– Спросил удивленно он.

– Да, - кивнула я, - должен же хоть кто-то знать, что я полюбила оборотня.

– Интересно было бы об этом прочитать, - улыбнулся Никита.

– Нет, совсем не интересно, - покачала головой я.
– За тобой не следят?

– Нет, не должны, - покачал головой Никита.
– Я бы не стал подвергать тебя опасности и приходить сюда.

– Как долго мы будем прятаться?
– Спросила я его.

– Пока не надоест, - пожал плечами Никита.

– Мы никогда не сможем быть вместе, да?
– Спросила я.

– Да, никогда, - вздохнул Никита. Было видно, что ему эти слова даются очень трудно.
– Но я все равно буду любить тебя всегда, всю свою жизнь.

– А какая у тебя жизнь? Долгая?
– Спросила я.

– Для меня все равно, что вечность, - пожал плечами Никита, - без тебя.

– Нет, серьезно, сколько живут оборотни?
– Спросила я.

– Больше пятьсот лет. Кому повезет, тот доживет и до тысячи, - ответил Никита.

– Значит, даже если мы уедем и спрячемся от стаи, мы все равно не сможем быть все время вместе, потому что я умру, а ты будешь жить.
– Сделала вывод я.

– Не важно, сколько буду жить я, важно, сколько времени мы проведем вместе, - прошептал Никита и нагнулся, чтобы поцеловать меня.

Когда я проснулась утром, Никиты уже не было. И я не помню даже, когда он от меня ушел. В первый раз я проснулась сама, а не по зову отца. Время было всего лишь шесть утра. Я села в кровати и все-таки решила написать в свой дневник.

“Дорогой Дневник.

Я не рассказывала тебе о том, что случилось за последние дни, и пошла пора мне это сделать. Ведь только ты один можешь понять меня, как никто другой.

Никита оказался оборотнем, поэтому он и спас меня тогда в лесу. Он не мог иначе. Он говорит, что любит меня, да и я его тоже. Но мы никогда не сможем быть вместе. Никогда. А все потому, что у стаи оборотней тупые законы. Людям нельзя знать, что оборотни существуют, иначе того, кто узнал, ждет незамедлительная смерть. А я все еще жива, хочу я тебе и себе напомнить. Мы нашли с Никитой траву, которая избавляет от влияния оборотней и защищает от них. Никите пришлось выпить чай с этой травой, чтобы не разболтать все отцу, который, кстати, является вожаком стаи. Мы никогда не сможем быть с Никитой вместе, из-за тупых законов, а еще из-за того, что Никита может прожить около тысячи лет, а я меньше века.

Но тем не менее, мы с Никитой провели сегодня замечательную ночь. Я не знаю, сколько еще мы сможем с ним скрываться. Но моя жизнь висит на волоске, а зачем мне жизнь без Никиты? Ведь я за столь долгое время первый раз могу сказать, что счастлива. Честно, счастлива. И люблю его”.

Я закрыла дневник и убрала его под подушку.

– Милая, вставай, в школу пора, - сказал отец, заглядывая ко мне в комнату.
– Ты уже встала?
– Удивился он.

– Ну, да, давным-давно, - кивнула я.

– Я удивлен, - улыбнулся отец и закрыл за собой дверь.

– Это переходит все границы! Где ты шлялся всю ночь?!
– Воскликнул отец Никиты.

– Я превратился и гулял, - ответил невозмутимо сын.

– Снова под окнами этой девчонки?
– Спросил отец.

– Ты что, следил за мной?!
– Воскликнул Никита.

– Да, пришлось, потому что моему доверию пришел конец, - ответил отец.
– Ты не пойдешь в школу! Ты больше вообще никуда не пойдешь! Ты наказан и будешь сидеть дома! И только попробуй сбежать, тогда твоя девчонка сильно пострадает.

– Но отец…я ничего не рассказывал ей, - сказал Никита, стремясь принять удар на себя.

– Это мы проверим позже, - ответил отец и закрыл Никиту на ключ.

Я целый день искала Никиту глазами в школе, но он так и не пришел. На следующий день то же самое, и на следующий тоже. Я терялась в догадках, что с ним могло случиться? Но у меня даже не было его телефона, чтобы позвонить и все узнать. Или адреса, чтобы прийти и расспросить. Можно было бы конечно придти в лес и снова заблудиться, но не факт, что меня кто-то бы спас.

Я ходила всю неделю понурая, и конечно, отец не мог этого не заметить.

– Что случилось, дочка?
– Спросил он.

– Мне нездоровится, - соврала я.

– Не ходи завтра в школу, - предложил отец.

– Да, так будет лучше, пока не выздоровею, - кивнула я.

Утром, когда отец ушел на работу, я собралась и пошла в лес.

– Ау, есть здесь кто-нибудь?
– Кричала я, заходя в лес все глубже и глубже.

Вдруг я увидела среди деревьев вдалеке какой-то огонек и пошла на него, словно это был маячок. Я сделала лишь пару шагов, когда из кустов показался большой черный волк, намного больше, чем Никита, когда он превращается. Он оскалился на меня и приготовился нападать. Вдруг откуда не возьмись, выскочил белоснежный волк и преградил ему дорогу. Они долго стояли и молча смотрели друг на друга, и тут завязалась драка. Я отскочила в сторону, потому что черный волк так и стремился на меня напасть, но Никита ему не давал.

– Хватит!
– Воскликнул взрослый седой мужчина, и волки тут же остановились.

На моих глазах оба волка перевоплотились. Теперь передо мной стоял Никита и еще какой-то темный парень.

– В дом, живо, и вы девушка, тоже, - сказал седой мужчина всем.

Никита медленно кивнул головой и взял меня за руку. Я чувствовала, что он ведет меня на плаху и ничего хорошего уже не будет.

– Не знаю, как вы оказались так близко к деревне, ведь она защищена, но факт остается фактом, вы знаете, кто мы, - начал говорить мужчина, обращаясь ко мне.

– Но папа… - начал было заступаться за меня Никита, но мужчина его перебил.

– Я не желаю ничего слушать! Ты должен был ее сберечь, чего ты не сделал! Ты знаешь, что будет, сын, - воскликнул отец.

– Пожалуйста, я сама сюда пришла, не наказывайте Никиту. Он ничего мне не рассказывал, я сама догадалась, - попросила я его.

– Сама говоришь, догадалась? И что же нас выдало?
– Усмехнулся отец Никиты.

– Вы оставляете слишком много следов, слишком много жертв, есть даже очевидцы, - ответила я.

– А ведь она права! Сколько раз я говорил всем быть осторожными!
– Воскликнул отец.
– Ты умна, но это не пойдет тебе на пользу, увы. Закон есть закон.

– Но вы не тронете Никиту?
– Спросила я.

– Ты беспокоишься за его жизнь больше, чем за свою?
– Удивился отец Никиты.
– Ты человек, тебя легко убить, покалечить. А моего сына-оборотня не так легко убить. Ты должна думать о себе, а не о нем!

– Я не могу, я должна удостовериться прежде, чем умру, что с ним все будет в порядке, - покачала головой я.