Чтение онлайн

— Мой работодатель ищет ее.

— Как и русские.

Кнолль улыбнулся:

— Правда. Но спустя пятьдесят лет мы называем это собственностью нашедшего — так, мне кажется, говорят американцы.

— Чем мог помочь вам мой отец?

— Он разыскивал ее много лет. Найти Янтарную комнату было первоочередной задачей для Советского Союза.

— Это было пятьдесят с лишним лет назад.

— Для такой награды отрезок времени незначительный. И это делает поиск еще более интригующим.

— Как вы узнали, где мой отец?

Кнолль вытащил из кармана и подал ей какие-то сложенные листки:

— Я обнаружил их на прошлой неделе в архиве Санкт-Петербурга. Они привели меня в Атланту. Как вы видите, КГБ был у него несколько лет назад.

Рейчел развернула и прочла документ. Слова были напечатаны кириллицей. Перевод на английский был написан с краю голубыми чернилами. Она сразу заметила, кто подписал верхний листок. Семен Макаров. Она также увидела, что было написано на листке КГБ о ее отце:

Но отец точно знал, где жил Макаров. Он переписывался с ним в течение многих лет. Почему он солгал? И отец никогда не упоминал о том, что к нему приходили из КГБ. И почти не говорил о Янтарной комнате. Было неприятно думать, что в КГБ знали о ней, Марле и Бренте. Рейчел подумала о том, что еще утаил отец.

— К сожалению, мне не удалось поговорить с вашим отцом, — сказал Кнолль. — Я прибыл слишком поздно. Я искренне сожалею о вашей потере.

— Когда вы приехали?

— В понедельник.

— И вы ждали до вчерашнего дня, прежде чем пойти ко мне в офис?

— Я узнал о смерти вашего отца и не хотел беспокоить вас в вашем горе. Мои дела могли подождать.

Ее напряжение стало спадать. Этот человек, возможно, заслуживал доверие, но она предостерегла саму себя от излишнего благодушия. В конце концов, хоть он и был красив и очарователен, Кристиан Кнолль все же был ей не знаком. Даже хуже, он был незнакомцем в чужой стране.

— Вы летели одним рейсом со мной?

Он кивнул:

— Я едва успел на самолет.

— Почему вы ждали до нынешнего момента, чтобы заговорить?

— Я не был уверен в цели вашей поездки. Если она личная, мне не хотелось вмешиваться. Если она касается Янтарной комнаты, я намеревался подойти к вам.

— Мне не нравится, когда за мной следят, мистер Кнолль!

Он пристально посмотрел на нее:

— Возможно, это удача, что я следил за вами.

Воспоминание о такси вспыхнуло у нее в голове. Может, он прав?

— И называйте меня Кристиан, — попросил он.

Рейчел велела себе остыть. Не было необходимости вести себя так враждебно. Он прав. Он спас ей жизнь.

— Хорошо. Пусть будет Кристиан.

— Ваша поездка связана с Янтарной комнатой?

— Я не уверена, что мне следует отвечать на этот вопрос.

— Если бы я был опасен, я попросту бы дал тому такси переехать вас.

Хорошее замечание, но все же этого недостаточно.

— Фрау Катлер, я опытная ищейка. Предметы искусства — моя специальность. Я говорю по-немецки и знаком с этой страной. Вы, возможно, прекрасный судья, но я осмелюсь предположить, что вы новичок в проведении расследования.

Она не ответила.

— Я заинтересован в получении информации о Янтарной комнате, ничего более. Я поделился с вами своей тайной. Я только прошу того же взамен.

— А если я откажусь и обращусь в полицию?

— Я просто исчезну из поля вашего зрения, но буду держать вас под наблюдением, чтобы знать, что вы делаете. Ничего личного. Вы для меня ниточка, потянув за которую я размотаю клубок. Я просто думал, что мы можем работать вместе и сэкономить время.

В Кнолле было что-то суровое и опасное, это ей нравилось. Его слова были ясными и прямыми, голос уверенным. Рейчел тщетно искала в его лице что-то необычное, подозрительное, но не нашла. И она приняла быстрое решение, так как привыкла делать в суде:

— Хорошо, мистер Кнолль. Я приехала найти Семена Макарова. Он живет на улице с таким же названием, как и эта, в Кельхайме.

Кнолль поднял кружку и сделал глоток пива.

— Это на юг отсюда, к Альпам около Австрии. Я знаю эту деревню.

— Он и мой отец явно интересовались Янтарной комнатой. Очевидно, даже больше, чем мне казалось.

— Есть ли у вас соображения насчет того, что может знать герр Макаров?

Она решила не упоминать пока о письмах.

— Я знаю только, что они работали когда-то вместе, о чем вы, кажется, уже тоже знаете.

— Как вы узнали это имя?

Рейчел решила солгать.

— Мой отец часто говорил о нем последние годы. Они когда-то были близки.

— Я могу вам помочь, фрау Катлер.

— Честно говоря, господин Кнолль, я надеялась побыть какое-то время одна.

— Я понимаю. Я помню, как мой отец умер. Это было очень тяжело.

Слова звучали неподдельно, и она оценила заботу. Но тем не менее он был незнакомцем.

— Вам нужна помощь. Если этот Макаров владеет информацией, я могу помочь разобраться в ней. Я обладаю обширными знаниями о Янтарной комнате. Знаниями, которые будут очень полезны.

Она промолчала.

— Когда вы планируете поехать на юг? — спросил Кнолль.

— Завтра утром.

Она ответила слишком быстро!

— Позвольте, я отвезу вас.

— Я не разрешаю своим детям соглашаться, когда незнакомцы предлагают их подвезти. Почему же я сама должна это делать?

Он улыбнулся. Рейчел понравилась его улыбка.

— Я был открыт и откровенен с вашим секретарем относительно своей личности и своих намерений. Слишком явный след для того, кто намеревался бы причинить вам вред.

Кнолль допил остатки своего пива.

— В любом случае, я бы просто последовал за вами в Кельхайм.

Она приняла еще одно быстрое решение, которое удивило ее саму:

— Ну хорошо. Почему бы и нет? Поедем вместе. Я остановилась в отеле «Вальдек». Пара кварталов в ту сторону.

— А я через улицу от «Вальдека», в «Элизабет».

Она покачала головой и улыбнулась:

— Меня это не удивляет.

Кнолль наблюдал, как Рейчел Катлер исчезла в толпе. Прошло довольно неплохо.